Бандильерос - Петровские Ведомости
– Не раньше чем через две недели. Если тебе срочно, то лучше сам займись.
– Хорошо, хорошо, – согласился я, – в конюшнях скоро будет ремонт. Нужен камин туда, причём срочно, так как после ремонта ставить некуда будет. Этим займусь я, а тебе требуется купить лошадей.
– Если нужно быстро, тогда понадобятся твои транспортные возможности. – сказал Саня, подумав, – так чем мне сейчас заниматься?
– Коняшками. Другие вопросы я сам беру на себя.
– А карета?
– Я просил, что бы ты их заказал, а не что бы сам строил. Ты деньги за что платишь мастеру? Или он тебе платит за помощь? Сколько ты уже сделал там сам?
– Ладно, понял я, понял.
На том и порешили. Пришлось мне, взяв грузовичок, ехать в соответствующий магазин и покупать сейф. Там же, по мерке, стальную дверь для подвала, так как местные могли только так залезть. Замок на грузовом лазе со стороны двора мягко говоря, не впечатлял. Для разгрузки пришлось привлечь Добрыню и лебёдку, которая осталась после ремонтных работ лежать в углу двора. Таким образом три внушительно выглядящих сейфа заняли свои места в подвале дома, хотя попотеть пришлось изрядно, и даже Прокофия привлечь к работе. Кое-как сгрузив сейфы внизу, положив их плашмя в ряд на пол, я посчитал работу сделанной. Маленький сейф стоял на первом этаже в подсобке и мог ещё понадобиться как временное хранилище. Оставшись один и без конкретного дела, я тут же нагрузил Прокофия поиском прислуги, так как вдвоём они с Добрыней не справятся с целым домом. Прокофий вообще был кандидатом в управляющие магазином, когда нас не будет, так что предстояло серьёзно к нему присмотреться и обеспечить верность не только деньгами.
Повар нам был так же нужен, но для этого предстояло сначала обзавестись кухней, которая была мягко говоря, примитивной и не использовалась нами по прямому назначению. Стоящая там де печь вообще на ладан дышала.
День был потрачен исключительно на хранилище, от чего я заскучал и пошёл искать военных, прихватив сотню рублей серебром. Пора было выдать им жалование и заодно посмотреть, что да как.
Иван нашёлся вверху, с какими-то книгами.
– Здравья желаю, как успехи? – оторвал я его от чтения.
– И вам не хворать, молодой человек, – капитан тут же переключил на меня всё внимание, – составляю планы занятий. К сожалению, письменности люди не обучены, так что пришлось мне прибегнуть к помощи местных репетиторов. Заплатил писарям, что бы они провели ликбез.
– Расходы? – поинтересовался я.
– Три рубля ровно.
– Что ж, а я как раз о птичках. Во-первых, вам положено жалование, а так же вашим людям. Сколько там их?
– Одиннадцать человек. – напомнил мне капитан, – ровно одиннадцать. То есть жалование тридцать три рубля в месяц.
– Замечательно, – согласился я, – я вот денег принёс, – я выложил перед ним кошель, – тут сто рублей серебром. Сами выдадите кому и что сколько надо. Ещё вопросы содержания?
– Да, да, да, – закивал он, – я вот тут список составил… – он вытянул из стола папку и протянул мне. Я пробежался глазами по строчкам. Требовалась форма, мыло, средства гигиены, лекарства, оружие…
– А оружие?
– Я проверил на одной из ваших винтовок, – пояснил мне капитан, – не привычные они к бездымному пороху, прицельной стрельбе и стрельбе вообще. Так что комплекс подготовки по стрельбе нужен полный – с начальных азов прицеливания до использования оптики и ведения огня в движении. Лучше всего начать с пневматических винтовок, что бы просто приучить их целиться, а дальше будет уже проще.
– Место для занятий присмотрели?
– Пока что нет, так как практических занятий нет.
– Придётся подыскать и создать. Займётесь?
– Займусь, чего там, – махнул он рукой, – так что с обеспечением?
– Давайте займёмся хоть сейчас, если вы свободны. Мыло у нас на складе есть, пять коробок, а остальное придётся купить… кроме винтовок, эти придётся уводить со складов.
– Тогда, отправимся в двадцать первый век за припасами? – поинтересовался капитан.
– Да, именно. Собирайтесь, сейчас выходим.
– Да я готов.
Спустившись, вниз, я отцепил от форда прицеп и мы отправились за покупками. Быстро оказались найдены и магазины с военной формой – цены не кусались и мы взяли на пробу пару комплектов. Капитан их придирчиво осмотрел и выдал своё резюме: "Сгодиться".
Тогда мы просто заказали все нужные комплекты формы, кирзачи, ремни, принадлежности вроде фляжек и походной посуды, вещмешки, и я поехал дальше – средства гигиены, то есть зубную пасту и зубной порошок, который к моему удивлению ещё производился, полотенца, кухонно-походную утварь в виде котелков разных типоразмеров.
Всего не перечислить, но на следующий день в Архангельск грузовик влез, загруженный сверх всякой нормы.
Капитан был откровенно доволен тем, что наконец его орлы будут выглядеть как люди – помыты, побриты и одеты.
Всего это заняло целый день, но грузовичку было не судьба отдохнуть – как только коробки с военным имуществом были перегружены на конюшню, при помощи Добрыни, который поднимал их как пушинки, я разошёлся с капитаном. Приказал Прокофию помочь военному в деле выдачи всего имущество и его, Прокофия тут же забрал Гунин для собственных нужд. На следующий день около дома, с утра был замечен патруль – молодой парень, бритый ёжиком и в военной форме без знаков различий, коренастый, с охотничьим карабином на плече. Он прохаживался около входа, чем сильно нервировал по началу, но потом я как-то привык.
Не успел я отдохнуть от одного дела, как тут же понадобилось делать абсолютно противоестественное для этого времени – устанавливать камин в конюшню. О своих лошадках я предпочитал заботиться, так как стоили они шибко дорого.
Мне снова пришлось лезть в Тверь и заказывать уже через верфь три сборных комплекта – печь и четыре камина. К слову, этот материал считался тут не то что бы дорогим – офигенно дорогим. Изразцовые печи были только в домах особенно зажиточной московской аристократии и в кремле, в Архангельске изразец был известен, но денег на него не было. Стоимость отдельного камина в двадцать первом веке варьировалась от пятидесяти тысяч до миллионов. Лучшие изразцовые печи стоили дорого, но зато и качество было на высшем уровне. Пришлось посчитать всё, что надо было отопить и сделать выбор в пользу более компактных комнатных каминов, размером с обычную тумбу. Зато на их отделке я порезвился как следует, выбрав белые с золотыми и простыми узорами.
За заказанным пришлось снова ехать на форде и к вечеру перед домом снова была разгрузка. И если камины были относительно лёгкими, то печь занимала весь кузов в разобранном состоянии. Один из каминов, большой, угловой, под два метра высотой и с облицовкой изразцами, на которых были нарисованы разные лошади, я отдал Добрыне на конюшню. Хотя до установки всё это пришлось сложить на конюшне, но камин отданный Добрыне я распаковал тут же, вызвав шок у конюха и болезненный стон у писаря. Мало пока я окончательно распаковывал произведение каминно-печного искусства, эти двое лазили вокруг печи-камина и чуть ли не обнюхивали его. Писарь надолго завис, пытаясь высчитать цену, а Добрыня решил, что это добро ему не оставят, но я не стал произносить пламенную речь, сказав только что этот камин стоит в разы меньше лошадей, которых сюда поставят. Это привело писаря в ещё больший шок, так как в вопросах цен он разбирался хорошо, а Добрыня своей могучей пятернёй только почесал маковку и задумался.