Владлен Багрянцев - Джеймс Хеллборн - Разрушитель Миров

Патриция всхлипнула.

— Это так трогательно и печально, — сказала она в ответ на серию удивленных взглядов, — но не могли бы мы поскорее убраться отсюда?!

Триплан приземлился на небольшом аэродроме к югу от Александрии на рассвете. Граф Алмаши перекинулся парой слов с обслугой и вернулся в самолет.

— В городе все спокойно, — сообщил он. — Войска Доминации действительно крепко застряли в пустыне. Поэтому вам придется сменить мундиры. Какие предпочитаете? У меня в ангаре есть любые — британские, португальские, сицилийские. И полный комплект документов.

— Драконские? — поинтересовался Хеллборн, прежде чем Мак-Диармат успел открыть рот.

— Безусловно.

— Идеальный вариант, — не стал спорить ирландец.

Граф был так любезен, что даже одолжил им машину. Еще через полчаса Мак-Диармат высадил альбионцев где-то в центре города.

— Возьмите номер в этой гостиннице и ждите. Я отправляюсь в порт. Если нам повезет, мы уберемся отсюда еще до полудня.

Хеллборн подождал, пока машина с ирландцем скроется за углом и принялся ловить такси.

— Что ты делаешь? — удивилась Патриция.

Джеймс достал из кармана конверт, где были сложены остатки трофейных советских документов — самые интересные из просмотренных. Остальные сгорели в погибшем автобусе.

— Смотри. Шесть телеграмм с обратным адресом «Александрия, улица короля Себастьяна, адвокатская контора Ибрагима аль-Гашими и Ренато Касагранде». Я хочу навестить эту почтенную фирму.

— Ты думаешь…

— Я решил последовать совету старого мерзаца Брейвена — и поэтому держу глаза открытыми.

И ничему — ничему!!! — не удивляюсь.

Город остался за кадром. Португальская Александрия заметно отличалась от известной Хеллборну, и больше походила на Макао или Мозамбик. Ничего удивительно, португальские спекулянты владели городом Клеопатры уже почти четыреста лет. К сожалению, у альбионцев не было времени любоваться его красотами.

Оказавшись у искомой двери, Джеймс Хеллборн собирался в нее вежливо постучать, но потом передумал и просто повернул ручку. Дьявол, он совсем отвык от деловой жизни больших городов. Разумеется, дверь незаперта, за дверью — приемная, а за конторкой — секретарша, немедленно заговорившая по-португальски. К сожалению, весь португальский словарный запас Хеллборна состоял из трех с половиной слов — «Лиссабон», «Мадейра» и «Васко да Гама». Вот и с таксистом не сразу договорились — пришлось показать ему телеграмму с подписанным адресом. Зато мерзавец охотно принял валюту Доминации. Небось, рассчитывает выгодно потратить банкноты Солдатской Республики, когда карфагенские легионы все-таки доберутся до Александрии.

— Французский? Английский?

— Да, разумеется, — отозвалась секретарша.

— Сеньор Касагранде у себя? Или сеньор аль-Гашими?

— Да, но по какому вопросу… — упавшая челюсть помешала ей договорить — Патриция направила на нее пистолет.

— У нас нет времени, — вежливо заметил Хеллборн, — поэтому мы будем действовать быстро и грубо.

Следующую дверь, с медной табличкой на уровне глаз, он распахнул ударом ноги. В комнате сидело трое. Этот араб — очевидно, господин аль-Гашими. Этот европеец — возможно, господин Касагранде. А этот парень — Хеллборн не знал его имени, но вспомнил лицо. Точно. Один из многочисленных советских офицеров, находившихся на дипломатическом приеме в советском посольстве в Харбине, в тот самый вечер, когда министр пропаганды тов. Л.Каннегисер читал свои стихи, а тов. стар. ком. Н.Стеллер пыталась допрашивать Хеллборна в скромном кабинете на втором этаже. Короче говоря, он не ошибся адресом.

— Сидеть! — на всякий случай объявил Хеллборн, поднимая повыше трофейный «Подбирин» калибра 9,2. — Где зеркало, tovarischi?

— Какое еще зер… — Касагранде не договорил, потому что Джеймс от всей души опустил рукоятку пистолета ему на голову.

— Неправильный ответ, — с грустью заметил альбионец. — Повторяю вопрос — где зеркало?!

— Кто вы такой?! — возмутился аль-Гашими. — Что вы себе поз…

И ему Хеллборн не позволил договорить.

— Вы совершаете большую ошиб… — начал было третий.

— Пустые слова, расхожие штампы, — Хеллборн был расстроен в лучших чувствах. — Патриция, запри входную дверь и тащи сюда эту жирную корову!

К секретарше так и не вернулся дар речи, поэтому Джеймс не стал бить ее по голове — ограничился кляпом. Потом принялся связывать оглушенных пленников разорванными рубашками и галстуками. Не было времени искать подходящую веревку. Если таковая вообще имелась в приличной адвокатской конторе. С другой стороны, адвокатская контора одновременно являлась шпионским гнездом… Все равно не было времени.

— Держи их под прицелом, если что — стреляй.

Патриция молча кивнула.

Итак…

Первое зеркало — в кабинете. Обычное. В туалете — обычное. В коридоре — обычное…

Подвал был заперт, пришлось вернуться наверх и тщательно обыскать пленников.

Зеркало в подвале. Оно. ОНО!!! И никакого сопротивления среды…

Только бы не «обманка», как это случилось в Габоне!!!

А если оно даже работает — что по другую сторону? Родной мир Альбиона, Халистана и Белголландии, или что-то другое?

Спросить пленников? Опять начнут кривляться и вилять. Пытать их? — никакого желания, да и опыта, если честно.

Придется рискнуть.

— Пат, я туда и обратно. Только посмотрю одним глазком и тут же вернусь.

На ее лице отразилось недоверие.

— Уж не хочешь ли ты пойти вместо меня?!

— А почему не вместе с тобой?! Хочешь меня бросить?! Вернуться к своей маньчжурской шлюхе?!!!

— ???!!! — Хеллборн потерял дар речи. Что у этих женщин вместо мозгов?! Мэгги — так ее, кажется, звали? — была последней, о ком/о чем он думал в настоящий момент!

— Извини. Я просто очень устала. Сорвалась… Извини.

Джеймс только отмахнулся.

— Если я не вернусь через час — убей их всех и возвращайся в отель. Дождись Мак-Диармата и плыви в Альбион. Попробуй свернуть на Остров Черепов. Я подробно объяснил тебе, что и где искать.

— Ты не думаешь…

— Нет. Если я вляпаюсь в очередное дерьмо вроде индоокеанского, у меня будет больше шансов, если ты вернешься с подмогой.

«Что за бред ты несешь?! — возопил Внутренний Голос. — Кто будет посылать за тобой спасательную экспедицию через два континента и три планеты?! Твою подружку запрут в сумасшедшем доме и выбросят ключ!!!»

«Пошел к черту».

— Я скоро вернусь.

Он собирался добавить «обещаю», но решил сэкономить пафос.

Немного постоял перед зеркалом и — даже не шагнул в него, а нырнул.

С той стороны — тоже подвал. Но очень запущенный. Пыль, битый камень, осколки стекла. Плохое начало. А что наверху, на вершине лестницы? Все еще хуже.

Эту Александрию Хеллборн тоже не узнал. Мудрено было узнать.

Город лежал в развалинах. Как такое могло произойти? Землетрясение? Ха! Скажи еще — цунами. Нет. Здесь явно поработали бомбы, снаряды, ТНТ, динамит и далее везде.

Только не торопиться с выводами. Это вполне может быть Александрия его мира. Столица Французского Нижнего Египта. А разрушили ее белголландцы. Точно! Они это любят. Разрушать города.

Черта с два.

Хеллборн видел Харбин и Кейптаун во время бомбардировки, и в ближайшие часы после нее. С другой стороны, во времена студенческой молодости он раскапывал древние развалины античных империй.

А эта Александрия занимала промежуточное положение. Ее разрушили несколько лет назад. Может быть даже, 10 или 15 лет назад.

Или?…

Он ведь тоже может ошибаться.

Как узнать? Как проверить? Есть ли в этом городе люди?…

Дьявол, потрясенный открывшимся пейзажем, Хеллборн в очередной раз утратил бдительность — и люди нашли его даже раньше, чем он о них подумал.

— Wakeff alla batukhakk! — сказал кто-то у него за спиной.

— Ничего не понимаю, — признался Джеймс, хотя догадался о смысле слов и не стал делать резких движений. — Спик инглиш?

— Парле ву франсэ? — поинтересовался незнакомец за спиной. — Стой, стрелять буду! Руки вверх!

Хеллборн подчинился.

— Ты кто такой? — спросил человек за спиной и демонстративно лязгнул железом. — Гиксос?

Гиксос?!

Джеймс осторожно обернулся.

Примерно такого собеседника он и рассчитывал увидеть — бурнус, когда-то бывший белым; халат совершенно неизвестного цвета; старая магазинная винтовка. Типичный обитатель этих краев. Слишком типичный.

— Ты гиксос? — повторил незнакомец.

Волна неописуемой радости захлестнула Хеллборна.

Наконец-то! Это его мир!!!

Все ясно и очень просто. Этот парень — иррегуляр из Королевства Верхний Египет. Верхние египтяне называют «гиксосами» французских колонистов — в память о совсем древних временах, когда «настоящие» гиксосы, протосемитские кочевники, пришельцы из Передней Азии, правили Дельтой Нила. Но это сейчас не имеет значения.