Олег Жмылёв - Чё за дела, брат?

А тех, кто сражался на стороне инопланетян, назвали какими-то безродными космопо- литами, а кто из них не погиб и попал в плен, был отправлен на тяжелую физическую работа за колючую проволоку.

Подземный ход назвали временным порталом, и этот портал стал принадлежать только России, хотя считался международным. Но за определённую плату можно было желающему из любой страны, попасть в будущее, погулять там и вернуться в две тысячи одиннадцатый год. Но иностранные армии попадали в две тысячи восемьдесят первый год бесплатно.

Я собирался с молодой женой поехать в Белоруссию и показать любимой свою родину. Но перед отправкой в Минск мы решили прогулять по Кажыму. В ноябре темнеет рано, так что мы шли уже в сумерках.

Из кафе и ресторанов доносилась громкая музыка.

Шумными компаниями бесцельно шатались подростки, дымя сигаретами и распивая пиво.

Коммерсанты из две тысячи одиннадцатого года завезли спиртные и табачные изделия в две тысячи восемьдесят первый год.

Какой-то пьяный дед шёл в распахнутой куртке, без шапки, держа в одной руке две бутылки водки, а в другой – початую поллитровку, к которой, шатающийся старичок, через каждые метров десять прикладывался.

- Товарищ, ТО, ЧТО вы пьёте – вкусно?- поинтересовался я.

- Конечно!

- А чего празднуем-то?

- Как чё? Слободу. Слобода же-е-е! Ура-а-а!

Дедок допил водку, и отшвырнул бутылку на землю.

- Чё за дела, брат?- крикнул я.- Поднимите бутылку и бросьте её в урну.

- Да пошёл ты на.. – выругался старик.- Ты кто - инопланетянин что ли, чтобы мне указывать - КАК поступать и КАК жить дальше?

- Нет. Я не инопланетянин.

- Тогда отвали,- отмахнулся любитель спиртного и пошёл, пошатываясь дальше.

- И кто вам денег-то дал на водку,- вдогонку крикнул я.

Дед повернулся ко мне и ответил:

- Нам в долг дают по паспорту. Скоро пенсии платить будут. Тогда все долги отдам. Но это - ТОГДА, а сейчас я праздную.

В скверном настроении я ехал в Белоруссию. Посмотрю - КАК живут мои земляки в две тысячи одиннадцатом году. И если на моей родине мне встретится подобный дедок или пацан с бутылкой водки, то, несмотря на его возраст и партийную принадлежность, я сильно тресну его по лбу, и, сунув ему под нос его же бутылку водки, грозно спрошу:

- Чё за дела, брат?