Александр Афанасьев - Время героев (Часть 3)
Он остановил машину прямо в проходе, это было делать нельзя, но ему было все равно…
Первым делом, он осторожно снял свою (не свою, а ту, в которой был одет) куртку и осмотрел рану. Хреново, конечно, но жить можно. Пуля в кость не попала – но вырвала целый клок мяса, выходное отверстие выглядело очень хреново и сочилось кровью.
Аптечка. В полицейской машине должна быть аптечка…
Аптечку он нашел – и аптечка была просто великолепная, большая и как раз для случаев огнестрельных ранений, потому что полицейские разбираются обычно именно с огнестрельными ранениями. В аптечке нашлись армейские перевязочные пакеты, один из них он наложил на рану, предварительно насыпав прямо в рану порошка, который он определил как антибиотик. От нахлынувшей волны боли чуть не потерял сознание, его как будто ножом резали – но он выдержал, стиснул зубы и выдержал – как тогда, в скаутах, когда сломал ногу. Выше раны он наложил жгут, но сильно затягивать его не стал, просто чтобы меньше сочилось. Напоследок, он нашел упаковку обезболивающего и выпил сразу две таблетки, остальные – сунул к себе в карман. Туда же – отправил антибиотики.
Куртка была темной, поэтому кровь если и была видна – то не так сильно. Но видна. Встав, он понял, что может стоять, не падая и что-то делать, не теряя сознание от боли – потому что болеутоляющее уже начало действовать. Уже хорошо. И хорошо, что есть ремень на поясе. Подтянув пояс потуже, он засунул за него один из автоматических пистолетов, которые у его были, второй сунул в карман под ту же руку. Правой рукой он действовать не может – но и левой, в случае чего – даст шороху.
Время еще было…
Первым делом – он обыскал карманы на дверях и бардачок патрульной машины. Североамериканские полицейские не берут штраф на месте наличными, они выписывают тебе либо квитанцию, если ты согласен со штрафом, либо повестку в суд, если не согласен. Тем не менее – любому полицейскому нужно питаться, в машине часто остается сдача от покупки гамбургеров в автомобильных ресторанах и тому подобные вещи. Добычей Вадима стал пакет с чипсами и примерно двадцать долларов мелочью, и то и другое он сунул в карман. Пожалел, что не сухарики как в России – чипсами не наешься, это тебе не хлеб.
Но и то ладно.
Напоследок, решив попытать счастья, он открыл багажник полицейской машины – и удивленно присвистнул – там был мягкий оружейный чехол. Решив, что семь бед – один ответ, он вытащил его из багажника, открыл – и обнаружил там карабин Кольт М6940 без автоматического режима огня и четыре снаряженных магазина на тридцать – к нему. Видимо, это было частное оружие кого-то из патрульных, которое он положил в машину с молчаливого согласия капитана участка. После перестрелки в Северном Голливуде* – дураков нема.
Хорош он будет на улице – в рваной куртке со следами крови и с оружейным чехлом за спиной…
Решившись, он сорвал чехол с запасного колеса полицейской машины и упаковал в него автомат и снаряженные магазины. Потому что в такой ситуации, в какую подал он – автомат не панацея от бедствий, но лишним не будет. Потом – все равно тащить – туда же сунул всю аптечку.
Все. Время!
Захлопнув багажник машины, Вадим бросился прочь.
На выходе из стояночного комплекса ему, наконец-то повезло. Он увидел пикап, большой пикап с двойной кабиной – и сквозь стекло он заметил, что на крючке над задней дверью висит чехол с одеждой – слишком хорошо, чтобы быть правдой. Он достал из кармана пистолет, рукояткой выбил стекло – и оказался обладателем прекрасной рабочей куртки, тоже темной – но на ней не было ни следов крови, ни чего подобного. А сам чехол – прекрасно подходит для того, чтобы спрятать в него винтовку – пусть все думают, что он купил себе новый костюм, а не стырил где-то колесо…
Семь кварталов нормально проехать не удалось – попали в пробку. Выругавшись, лейтенант вышел на связь, приказал оцепить комплекс и не приступать к операции, пока не прибудет он лично. Дело в том, что он хорошо знал полицейских Лос-Анджелеса: если парень стрелял в полицейских, живым его никто брать не будет. А вот лейтенант решил, что этого парня обязательно надо взять живым…
Когда лейтенанту удалось-таки пробиться через пробку к гаражу, он увидел, что гараж оцеплен со всех сторон, десятки полицейских прятались за машинами, целясь в гараж из ружей и винтовок. Чуть в стороне он увидел черный бронированный фургон от Oshkosh со зловещими белыми буквами SWAT. Отделение специального оружия и тактики, спецназ Города Ангелов…
– Сиди здесь – бросил он патрульному на заднем сидении – Джек, найди старшего, и скажи, чтобы не били копытами. Сейчас начнем…
Сам лейтенант поспешил к фургону спецназа, который очевидно прибыл только что – спецназовцы надевали бронежилеты и шлемы, рядом с фургоном стояли два снайпера, держа в руках длинные, черные винтовки с оптическими прицелами – и кто-то в полицейской форме стоял рядом и показывал на соседнюю крышу.
Кое-кого из спецназовцев, лейтенант хорошо знал лично.
– Гарри… – он подошел к здоровяку, проверявшему свой М4 – как жизнь?
– Нормально, сэр – улыбнулся тот – говорят, кое-кого сегодня грохнули?
– И не говори. К вечеру жди работы. Что тут?
– Тихо, сэр. Заложников, кажется, нет и стрельбы тоже нет. Пока приказа штурмовать не было…
– Кто у вас сегодня старший?
В группе спецназа командование было не закреплено за каким-то отдельным человеком – а передавалось по ротации.
– Вустер, сэр. Он в штаб пошел, ждем приказа.
Лейтенант показал пальцем, чтобы спецназовец склонился ближе
– Вот что, Гарри. Тут найдется немало ублюдков – возможно уже нашлись – которые не собираются брать этого парня живым, потому что он стрелял в копов. Так вот – осадите коней. Из трех копов, один получил по башке и сидит в моей машине, один получил пулю в бронежилет в солнечное сплетение, и одному кирпичная крошка попала в лицо и в глаза. Я уверен, что двоих из них этот парень мог пристрелить свободно, но не сделал этого. Так вот – усвой сам и передай остальным – этот парень нужен живым, понял?
– Сэр, если он будет в нас стрелять…
– Черт, я не прошу тебя подставить задницу под пулю. Я всего лишь говорю тебе – придержите коней и никого не слушайте.
– Лейтенант, что тут у вас происходит?
Лейтенант обернулся. Сержант Григгс из соседнего участка дал ценные указания снайперам, и теперь подошел к ним.
– Ничего, сержант. Это ваша территория?
– Точно, наша. Парень на полицейской машине протаранил шлагбаум и въехал внутрь. Это вы дали команду не двигаться с места?
– Да, я. И хочу, чтобы вы уяснили…
Внезапно они, все трое – лейтенант, сержант и парень из спецкоманды, да и другие парни – прервали свои занятия и как один подняли головы к небу. Какой-то звук… странный, как будто кто-то бьет в большой барабан, он отражался от стен домов и становился все сильнее и одновременно глуше. Мощь его была такова, что становилась не по себе.