Владимир Тимофеев - Дорога на Сталинград. Экипаж легкого танка
Растерявшийся Свиридяк невольно присел, а потом резко выпрямился и злобно просипел прямо в лицо майору:
— Сука, б… Зубы мне, значит, заговаривал. Ну ничего, отольются кошке мышкины слезы. На куски твоих резать буду, слезами кровавыми умоются.
Отряхиваясь и отплевываясь, он кинулся к выходу, но у самой двери приостановился и коротко бросил небритому:
— Этих двоих — в расход. Потом вниз и на базу. Транспорт сами найдете.
Небритый кивнул, а когда дознаватель скрылся в проеме, почесал бандану и поинтересовался у бородатого:
— Слушай, Аслан, я чот не понял, где мы тут транспорт найдем? Все ж машины этот чертов танк расхреначил.
— Найдем, — проворчал бородач. — Там, за забором… ну, к реке который, я там мотоцикл заныкал. Босса на нем с утра в Орловку возил. Как знал, что пригодится. Вертушку-то, небось, босс под себя забрал, ну а мы… мы не гордые, мы и на байке могём. Но ничего, зато с ветерком.
— А, тады живём, — тип в бандане довольно ощерился и мельком глянул на привалившегося к стене майора. — Ну чо, этих сразу грохнем или вначале распишем малёхо?
— Хм? Босс сказал — в расход.
— Ну а я чо, против, что ли? В расход, так в расход. Тока щас прямо или через час, без разницы.
— Я те дам через час, — рявкнул бородатый. — Жрать охота, а тебе лишь в игрушки играться. Ладно бы, девок каких поймали, я б тогда и пару часов не жрамши перетерпел. А тут — тьфу, вояка старый да жидёнок. Тоска.
— Ну, не скажи, не скажи, — протянул небритый. — С воякой-то, конечно, да, интересу никакого. Пристрелим и ладно. А вот с жидёнком можно позабавиться.
— Ты с ним, как с девкой, забавляться хочешь или… как девка? — заржал Аслан.
— Да иди ты… — озлобился второй бандит. — Я те чо, педик что ли? Шкурку с него по лоскуточку сниму и хватит.
— О, вот это дело, уважаю… Ладно уж, забавляйся. Минут за десять управишься?
— Управлюсь.
Бородатый отошел от шкафа, пропуская небритого, а потом прислонился к простенку и принялся наблюдать. Одним глазом — за пристегнутым к трубе майором, а другим, с гораздо большим интересом, — за напарником. Небритый же вертлявой походочкой подошел к связанному Кацнельсону и присел на корточки.
— Привет, козлик. Я — Чича, — представился он пленнику. Марик в ответ промолчал.
— Ты чо, б… Я те русским языком сказал, я — Чича!
— Не расслышал. Ты — Бздича? — прохрипел красноармеец, слегка переиначив погоняло бандита.
Стоящий у стены Аслан расхохотался и с удовольствием попробовал на вкус новое прозвище:
— Чича…м-м …Бздича. Гы-гы-гы, Бздича.
— Чо ты сказал!? — заорал Чича, вскакивая на ноги и разворачиваясь к бородатому. — Да я, б…
— Утухни… Бздича, — со смешком бросил Аслан и слегка повел стволом "драгуновки" в сторону небритого.
Вертлявый сжал кулаки, побагровел, но тут же сдулся под насмешливым взглядом габаритного напарника. Пробурчав что-то невнятное, он вновь склонился над привязанным к стулу Кацнельсоном. Достав нож, покрутил его в пальцах.
— Ну чо, козел, визжать будешь? Или сразу язык отрезать?
— Выпить есть? — глухо буркнул Марик в лицо небритому.
— Выпить? Это чо, типа последнее желание приговоренного? — хохотнул Чича. — Ну что ж, уважим. Может, орать потише будешь. Не люблю я визгов этих — отвлекают.
Бандит вынул откуда-то плоскую фляжку, отвинтил пробку, понюхал. С сомнением глянул на пленника, а затем снова — на фляжку.
— Эй, Аслан, у тебя стакана нет? А то этот хмырь обслюнявит всё — вдруг заразный.
— На столе, — усмехнулся в ответ здоровяк, указывая винтовкой на пузатый стеклянный сосуд, покоящийся в выемке массивной столешницы.
Чича ухватил рукой стакан и машинально вытряхнул на пол содержимое — что-то тяжелое, завернутое в тряпицу.
— Чо за хрень? — небритый с удивлением воззрился на покатившуюся по бетону гранату. Аслан среагировал быстрее. Услышав знакомый щелчок, он бросился в сторону и попытался укрыться за шкафом. Но, все равно, не успел. Граната рванула раньше. Разлетевшиеся осколки достали и его, и Чичу, и связанного красноармейца. Правда, в отличие от бандитов, боец РККА не падал с грохотом на пол и не отползал к стене, суча ногами. Не пытался зажмуриться или вжать голову в плечи. Он просто ждал.
Умирать не хотелось, но смерти Марик отчего-то не боялся. Хотя нет, боялся, конечно, просто ему казалось, что смерть — это еще не самое страшное, что может случиться. Гораздо хуже было бы не выдержать пыток и уйти из жизни, дрожа от страха и боли, моля о пощаде в надежде хоть на миг оттянуть неизбежное. А смерть? Ерунда, всего лишь сильный удар в грудь и… темнота. Мягкая, обволакивающая, сияющая сиреневыми и оранжевыми сполохами. И совсем не страшная.
…Часть осколков принял на себя тяжелый стальной шкаф, словно стенка-стойка разделивший чердак на две неравные части. Видимо, только это и спасло майора. Плюс, конечно, везение. И удача. Ведь единственный прорвавшийся за импровизированную перегородку кусочек металла по чистой случайности перебил именно ту трубу, к которой был пристегнут бандитский пленник. Так что… одно короткое движение рукой, и через мгновение прочный браслетик из закаленной стали соскальзывает с отопительного стояка. И что в итоге? В итоге одно кольцо наручников, как и прежде, охватывает человеческое запястье, а вот второе… во втором теперь — только воздух. Уцепиться же за столь эфемерную субстанцию тупая железяка была, по определению, не способна. Удержать человека — тоже…
Тряхнув головой, слегка оглушенный майор вскочил на ноги и бросился к ближайшему бандиту, ворочающемуся на полу и судорожно скребущему пальцами по бетону. Кирпич, оказавшийся в руках у Бойко, моментально перевел беспокойного гражданина в тихое умиротворенное состояние. Всего лишь один удар по башке, и всё — "Хороший был кирпич. Жаль выбрасывать". Второй из бандюганов признаков жизни не подавал, да и поза его говорила о том же — кончился клиент, без вариантов. А вот Марика на месте не оказалось, только пустой стул и веревки. "Странно, куда ж он деться мог?".
Однако дальше раздумывать было некогда. Подхватив валяющуюся возле бородача СВДшку и рассовав по карманам патроны, майор кинулся к выходу и через пять секунд очутился на крыше. Наверху никого не было, только кучка стреляных гильз у пожарной лестницы и груды строительного мусора, разбросанные по всей поверхности кровли. Оглядевшись по сторонам, Бойко успел заметить в небе лишь крохотное пятнышко, даже, скорее, точку, удаляющуюся куда-то на юго-запад. "Сволочь Тарас, на вертушке к ангару двинул. Торопится гадёныш!".
Майор вскинул было винтовку, пытаясь поймать движущуюся цель в перекрестье визира, но тут же понял, что свой шанс он уже упустил. Слишком велика оказалась дистанция. Так что теперь оставалось только в бессильной ярости сжимать кулаки и думать о том, что делать дальше. "Вниз или…".