Алекс Кун - Петербург
Балансируя центр тяжести абордажного дробовика, с картечницей на одном конце ствола и барабаном на другой — старался добиться равновесия в районе ручки. Барабан выходил довольно тяжелым, так как рассчитывал его на десять зарядов. При этом диаметр барабана выходил 12.5 сантиметров, а вес, соответственно, с учетом облегчений — почти 3 килограмма. Это было слишком много для мобильного оружия. Кардинально переделал барабан. Теперь он состоял из кольца камор на общей казенной пластине. Вес барабана упал до килограмма и дробовик уравновесился на длине ствола в 50 сантиметров. При этом, 30 сантиметров ствола с подствольной картечницей торчало вперед рукояти, и 40 сантиметров назад, из которых 20 сантиметров приходилось на ствол, 10 на барабан и еще 10 на законцовку приклада и механизм отката. Судя по всему, стрелять «от бедра» этой машинкой будет легко и удобно. Откат растянет отдачу, а автоматическая перезарядка позволит поливать палубу неприятеля картечью как из шланга. Страшноватое оружие. Над именем для него долго думал. Были серьезные опасения, что обычное сокращение от Абордажного Дробовика не понравиться святошам. Хотя звучало бы это символически — «Они принесли с собой «Ад»! «.
Управился с эскизами еще к середине ночи — сказывалось перетягивание расчетов и решений со Штуки. Утром озадачу оружейников, пусть делают опытный образец. И надо будет в мясном цеху столовой попросить не забивать пару хряков покрупнее — необходимо выяснить убойную силу АДской картечи.
Под хорошее настроение набросал эскизы женской шпаги и даги. Посчитал размеры и вес, поиграл этими параметрами — получались узковатые клинки, но ими кирасу и не прошибать. Зато нарисовал один из вариантов, когда ножнами шпаги выступает зонтик. Симпатично получилось, и вполне женственно. Отдам мастерам, пусть думают.
Целых пол ночи спокойного сна, даже на лавке штаба, под плащом и с планшеткой вместо подушки, это роскошь во время карусели. Насладился ей сполна.
Утро испортили семеновцы. Вот откуда у них страсть к музыке? Пришлось отстоять заутреню с полком. Зато проснулся.
Первым делом озадачил оружейников, пока полк завтракал. Озадачил их не только изготовлением Ада, все же надо со священниками переговорить по поводу названия, но попросил еще изготовить партию тонких шпаг, и даг к ним. Оружие не боевое, и мастера пытались наставить меня на путь истинный.
Попросил их выслушать меня внимательно и изложил концепцию школы благородных девиц. Упирал именно на здоровых и крепких девушек, способных порадовать мужей, в том числе и сильными сыновьями. Концепция укладывалась у мастеров со скрипом.
И чего они у меня такие узколобые? Да необязательно бабе на войну! А какая польза? Мастера, вам повезло, что почти выспался — попробую повторить.
Нужны нам девушки крепкие не только телом, но и духом. Это вы привыкли, что поморская большуха и голос свой имеет, и к делам любым допущена — а в остальной Руси все далеко не так. Вот и хочу, чтоб девицы, упражняясь с клинком, тело свое развивали, а не клушами сидели. Коль умений у них прибавиться, так они и уверенность в собственных силах обретут — этого мне и надо. Хочу, чтоб не коровы род людской продолжили, а пантеры.
Убедить мастеров, может, и не убедил — но заставил задуматься.
Мои эскизы они забраковали, сказали, что делать надо, как под руку парубка. Одним словом, меня вежливо послали, как ничего не понимающего в холодном оружии. Напоследок напомнил, что будут нужны тренировочные и боевые комплекты. На всякий случай добавил, чтоб сделали оружие полегче — все же девушки благородные, и им раскачанные руки могут помешать носить открытые платья. Мастера похмыкали и покивали. Помялся, и попросил дополнительно делать оружие не очень дорогое, особенно тренировочное, так как это у нас непрофильные расходы.
Но несколько комплектов сделать обязательно богатыми, так как наверняка найдутся кавалеры, желающие преподнести своей избраннице драгоценный и оригинальный подарок. Да еще такой, чтоб ей понравился. И надо заранее быть готовым к такому обороту.
Мастера похмыкали еще раз. Даже обидно стало. Ничего, отыграюсь, когда увижу результат их трудов. Хотя, чего там могу увидеть? Как был дубом в фехтовании и клинках, так и не изменился. Но умный вид сделаю обязательно.
Мои эскизы мастера, кстати, забрали, и даже начали обсуждать — все же, цифры весов и балансировок им оказались интересны.
После трапезы полка, началась запланированная экскурсия юнг. День, можно сказать потерян. Собрал поросль вокруг себя и провел основы техники безопасности. Не их безопасности, а своей. Сами пусть хоть в домну лезут, все равно пока не попробуют не поверят, что там горячо.
— Все, что увидите на заводе — тайна великая есть. О том, что тут мастера делают, знают только они, да государь наш. И коль вы, хоть кому, расскажите о том, что увидите — государь на вас сильно осерчает. Отчего так? Поясню. Вот расскажете вы приятелю, как пушки на заводе льют. Похвастаетесь. А приятель еще кому расскажет. Там глядишь, и до недругов наших дойдет, и они начнут лить пушки не хуже наших. А нам такого не надо!
Оглядел лужок округлившихся глаз строгим взглядом.
— Вот и упреждаю вас, чтоб никому, даже в школе, не пересказывали увиденное. Даже если вас друзья попросят — молчите. Это очень важно, уметь хранить тайны. Теперь у вас будет тайна общая с государем, будьте достойны такого доверия!
Уфф. Загрузил. Понимаю, что ничего особенного они не увидят, и рассказать не смогут, не тот уровень подготовки. Иначе бы их не пригласил на завод. Однако, общая великая тайна в этом возрасте — лучший цемент коллектива. По себе помню.
Чтож, продолжим делать из заготовок, галдящих вокруг, редкие диковины.
Хвастать достижениями всегда приятно. Мастера, к моему удивлению, отнеслись к общественной нагрузке по обучению юной поросли, весьма положительно. Вот и славно. Спихнул туристов на мастеров и грека, сам побежал экспериментировать с лампами. Может день еще и не окончательно испорчен! А то из меня эти вампиры энергию мегаваттами откачивают, лучше пару бессонных ночей над бумагами, чем день с ними.
По дороге к стекольному цеху, думал над повышением тарифной сетки для учителей факторий. Навеяло.
Небольшую лабораторию у стеклодувов уже давно оборудовали, для первых проб. Даже вытяжку сделали. Не хватало только ртути, а кроме этого на столах стояли в готовности агрегаты, на стелажах лежали заготовки ламп, а на полу били копытом мастера. Во всей этой предстартовой подготовке некоторое сомнение вызывал люминофор. Метод очистки цинковой обманки для него мог вызвать только покровительственные усмешки химиков моего времени — обманку просто отбирали самую прозрачную, а порошок из нее долго и тщательно вымачивали. После чего назначали эту пыль условно чистой. Далее шла чистая химия по активации и запеканию.