Мари Польская - С видом на жизнь. Дилогия (СИ)

— Это его правая рука.

— Вот и этот самый Лернер сказал, что Данияр при смерти, у него прожжена аура по причине преступления клятвы. А сам Данияр даже не подозревает, когда мог такое совершить.

— Интересно. Время повернуло вспять, но совершенные проступки остались.

— Только этот. Ведь те, кого я убила в первый раз, потом были живы.

— Все верно, — вмешался в разговор ректор, — в материальном мире следов не осталось, а на тонком плане они есть.

— Это значит, мне нужно найти его и провести обряд прощения.

— Чтобы еще на шаг стать ближе к концу света?

— Если время остановится, то мир пострадает в любом случае: прощу я Данияра или нет. В пророчестве, как мне кажется, указаны основные вехи, по которым можно пройти до конца. А он в пророчестве счастливый. Мир‑то ведь спасем! — я неуверенно улыбнулась. — Понять бы еще как.

— Тогда я буду сопровождать тебя к Данияру, — откликнулся Рай Вард, — вернее, я тебя туда понесу на себе.

Эта мысль мне понравилась.

— А ритуал прощения клятвопреступника прост, — Алекс подошел ко мне и приобнял за плечи, — вам нужно будет встать друг против друга, и тебе сказать следующее: «Прощаю тебе, Данияр, преступление клятвы, да услышит меня Первородный». После чего пролить свою кровь.

— Ты, Вета, возьми «Зуб дракона», — посоветовал Сван Нисс, — и проведи лезвием по руке. Кинжал позаботится, чтобы рана была неглубокой и не причинила тебе лишней боли.

Я кивнула.

— Вот только… — продолжил тихо Алекс, — твое прощение может опоздать. Если аура слишком сильно пострадала…

— С этим, как раз, я постараюсь справиться. Главное, чтобы он дожил до моего визита.

— Ты так боишься его потерять? — спросил Рай Вард.

Я потупилась и покраснела:

— Да. Так что давай отправимся прямо сейчас.

Рай Вард пожал плечами:

— Как хочешь…

— Неужели наша Вета влюбилась? — подал голос Властитель небес. — Я почему‑то думал, что на месте Данияра будет другой мужчина.

Он сверлил глазами Рай Варда. А тот делал вид, будто его вообще это не касается.

— Перестаньте уже, — вздохнула я, — кто говорит о любви? Просто…

Но договорить я так и не смогла, не нашла аргумента, который можно было бы привести.

— Ну что, за дела! — встрепенулся Мирик Ксавер. — Встретимся завтра и обсудим первые результаты.

До племени серых волков лететь пришлось часа два. Это сколько бы я скакала на лошади? Дня два — три, не меньше. Все‑таки хорошо иметь знакомых драконов. Рай Вард в степи ориентировался неплохо, поэтому мы отыскали нужные нам шатры довольно быстро. Сверху стоянка племени походила на небольшой городок с яркими домиками. Белые шатры были украшены красно — коричневыми орнаментами и серыми лентами.

Завидев дракона, орки в испуге разбегались кто куда. В руках нескольких мужчин появились луки и мечи. Рай Вард изящно приземлился у самого большого шатра в центре племени. Я быстро скользнула по его броне и выставила вперед пустые руки, показывая, что оружия у меня нет. Рай Вард в мгновение ока принял человеческий облик.

— Приветствую вас, свободное племя! — подала я голос. — Я — Вета Таис, баронесса Тиан — Иррская. Разрешите представить вам моего друга — принца Рай Варда. Мы пришли к вам с миром и помощью.

Вперед вышел тот самый орк, который говорил с Беглером во второй раз — Лернер.

— Приветствую вас, госпожа Вета, — он поклонился, — меня зовут Лернер, я помощник хозяина степей. Простите невежливый прием, мы никого не ждали.

— Я хотела нанести визит Данияру. Он приглашал меня в гости!

И ни разу не соврала даже, Данияр, действительно, меня приглашал. Вот только давно это было.

— Прошу прощения, госпожа, но не в добрый час вы решились на путешествие. Данияр не сможет вас принять. Он… — Лернер весь будто почернел, — он при смерти.

— Господи, да чего мы тогда тут стоим, быстрее, — я подбежала к Лернеру, ухватила его за рукав, — где он?

Лернер беспомощно оглянулся и приглашающее протянул руку к самому большому шатру. Я бросилась к нему со всех ног, таща за собой Лернера.

В шатре царила скорбная полутьма, пахло травами и отчаянием. За свисающей с потолка белой легкой тканью лежал осунувшийся как после продолжительной болезни человек. Я подбежала к низкой постели и упала на колени:

— Данияр, — позвала я его, ты меня слышишь?

Он открыл глаза и посмотрел на меня отсутствующим взглядом.

— Данияр! Ты встать можешь?

Этот вопрос был уже лишним. Встать он явно не мог. Тогда я повернулась к Лернеру:

— Поднимай его!

— Простите, госпожа Вета, — он растерялся, — я чего‑то не понимаю…

— Он умирает из‑за того, что нарушил клятву. Я хочу провести ритуал прощения. Понятно?

Лернер кивнул и вопросительно посмотрел на меня.

— Нужно, чтобы он стоял лицом ко мне.

Лернер нагнулся к Данияру, приподнял его, проскользнул под рукой и, обхватив за торс, поднял на ноги.

— Прощаю тебе, Данияр, преступление клятвы, да услышит меня Первородный! — выпалила я, достала «Зуб дракона» и не глядя полоснула по руке. Боли я не почувствовала, но кровь, как и положено, пролилась на пол шатра. Она будто прожгла дыру в ковре и зашипела, едва коснувшись земли.

Данияр вздрогнул всем телом и обвис на руках у Лернера.

— Поздно, — прошептал тот, — он умирает.

Я от отчаяния заплакала. Слезы скатывались, оставляя следы на щеках.

— Ничего подобного! Я не дам тебе так просто уйти! — я скрипнула зубами. — Положи его и выйди!

Он послушался. Я села и закрыла глаза, чтобы увидеть нити силы. В ауре Данияра зияла огромная брешь. Надо ее затянуть, надо вытащить его. Дать ему жизнь. Почему‑то я была уверена, что это необходимо. Кроме того, Данияр, действительно, мне нравился. С самого, можно сказать, детства.

Я потянулась к нитям силы и просто стала играть. Хотелось спеть что‑нибудь доброе, то, из‑за чего стоит жить. Слова пришли сами:

Вокруг все замерло. Казалось, даже степной ветер забыл, как нужно дуть. Тишина окутывала со всех сторон.