Алексей Федорочев - Начало (СИ)
В Империи жили уже пятнадцать лет, по-русски говорили чуть ли не лучше, чем по-китайски. Уже два пункта с моими ожиданиями совпали, может что-то еще всплывет? Но больше они никакими особыми талантами не блистали, на волю не хотели, даже испугались, когда предложил отпустить.
— Хозяин, не надо волю! На воле плохо, у хороший хозяин хорошо!
Тьфу ты, аж противно стало. Мне, воспитанному на "Спартаке" и "Хижине дяди Тома" было странно владеть людьми, я всеми силами пытался откреститься от такого счастья, но эта четверка чуть ли не со слезами талдычила:
— Хозяин, работать будем — довольный будешь. Суп варить, каша варить, дом прибирать. Китаец есть надо мало, работать много!
Ну и что тут сделать? Видимо принять все, как есть — разбираться буду по ходу. Буду считать, что это запоздавший ответ неба на мои запросы. Четче надо было формулировать, тогда бы и таких вот накладок не случилось. Зато кухарку теперь искать не надо. Пока буду думать, что просто нанял себе четырех низкоквалифицированных работников, которые работают за копейки и относиться соответствующе. Посмотрим, все равно с ходу ничего решить не удается.
Вот так я и стал еще и рабовладельцем до кучи.
— Та-дам! — за неимением музыки приходится подчеркивать торжественность момента самому.
Леха и Олег в нетерпении устремляются в расположенный за складом закуток с готовыми изделиями, но, увидев стандартные движковые ранцы за спиной МБК, разочарованно тормозят. Один Ваня продолжает заинтересованно оглядывать результат наших с профессором и мастером трудов. Полировать броню мы с Виктором не стали, наоборот, добавили царапин и потертостей, так что теперь доспехи выглядели еще хуже, чем при покупке. Энергоблоки замаскировали под стандартные новгородские движки, благо короба от них стоили копейки. А я еще специально самые страшные выбрал. Савелий Малюта — отец Антона, продавший мне ранцы, наверно решил, что второго такого жлоба в Москве не найдется — так я торговался с ним за приглянувшиеся мне запчасти. Зато и не подумает никто, что это настоящие МБК, а не их имитация.
— А сколько сил движок выдает? — уже ни на что не надеясь, спрашивает Алексей у Виктора, решив, что именно он отвечал за установку.
Мастер угрюмо пожимает плечами. Гордость за выполненную работу смешивается у него с сожалением от перспективы возврата в долговую яму. А тут еще и будущие хозяева изделий явно недовольны. Есть от чего расстроиться.
— Хорош кривиться, примеряем обновы! — командую я.
Нам с Бушариным не терпится увидеть итог месячной непрерывной работы. Я хоть и опробовал Лехин агрегат, но это то же самое, что посадить за управление вертолетом необученного сопляка. Выучиться полноценному использованию МБК, прочитав руководство, невозможно — вмятины на внешней стене и крыше недвусмысленно это подтверждают. Пришлось даже отложить презентацию на пару дней, чтоб Витя смог вправить помятые пластины брони. Спрашивается, и чего ради старался искусственно придать доспехам непрезентабельный вид? Пять минут мотания вокруг склада чудесно решили эту проблему! Это я еще предусмотрительно самый слабый режим выставил, дал бы больше — где-нибудь над Кремлем сбили бы.
Разочарованные пилоты снимают верхнюю одежду и лезут внутрь. А ведь оба специально в майках пришли, чтоб контакты ровно на шею легли! Даже постриглись заранее покороче. Верили всё-таки в меня до последнего! Жаль, что забрала скроют сейчас их лица, очень хотелось бы посмотреть на эмоции, когда поймут.
Последние напутствия перед стартом:
— Время первого тестирования — пять минут. Направление — только юго-запад, у складов не светиться! Обратите внимание: место старта и финиша отмечено крестом, он у вас под ногами.
Пилоты синхронно склоняют головы, запоминая криво намалеванный чуть светящейся краской крест. Весенние сумерки недавно сменились ночной темнотой, и риск заблудиться вполне реален. С востока и севера расположен основной складской массив, где в отдельных местах еще вовсю кипит работа, поэтому соваться туда не стоит, если хотим пока сохранить секрет. В молчании Виктора я уверен, потому что не без моей помощи он уже пять минут как спит, привалившись к стене забора. Здоровый сон — залог здоровья. Претензий к качеству его работы нет, по крайней мере, с моей стороны. Если рабочие испытания пройдут штатно — нам все равно потребуется механик, если нет — тогда и говорить не о чем. Последнее слово все равно будет за пилотами.
Первые тесты парни проводят еще на земле — подгоняют под себя размеры, проверяют подвижность отдельных узлов и шарниров. Программа запуска отработана до мелочей на тысячах пилотов и вбита в подкорку мозга так, что даже после перерыва в несколько лет производилась на автомате.
Алексей медленно делает первый шаг, прислушиваясь к работе механизмов, потом уже увереннее другой, третий… За ним начинает двигаться по площадке Земеля. А потом легким прыжком оба МБК поднимаются в темное небо и начинают воздушную акробатику. Нам с профом плохо видно, к тому же пилоты быстро скрываются в разрешенном направлении, но и так понятно, что пока все отлично. На лице Бушарина нешуточное волнение, ведь испытания заканчиваются только с посадкой, но повлиять на что-либо мы не в силах.
Впрочем, что это я?
Бегом мчусь за рацией.
— Шаман, Земеля, это база, ответьте!
— Гена, это нечто!!! Мощность выше нормы, управляемость потрясающая! Йо-ххо!
— База, подтверждаю, машинка изумительная. Движки — вообще песня!
Бушарин выхватывает у меня рацию и начинает запрашивать у пилотов какую-то специфическую тарабарщину про отклик цепей, силу импульсов, регулировки… (это только то, что я понял). Парни с восторгом отвечают, на нашей частоте царят сплошные возгласы.
Будильник неумолимо отсчитывает минуты, и я отбираю рацию из рук Александра Леонидовича. Он, гад, пытался сопротивляться, но я непреклонен — сам же до этого твердил о регламенте.
— Время! Возвращайтесь на базу!
— Гена!!! — какая единодушная мольба в голосах!
— Не обсуждается! Домой!
— Нууу… еще чуть-чуть… — вот в такие моменты чувствую себя строгой мамочкой.
— Пилоты! На базу! Это приказ! — отданная строгим голосом команда возвращает парням мозги на место. — Минута, время пошло!
Спустя сорок пять секунд с легким гулом в небе вырисовываются знакомые силуэты. Заложив лихой вираж, оба МБК изящно опускаются на предназначенное место. Пижоны! Завистливо переглядываемся с Метелицей и направляемся к героям дня, точнее ночи.