Владимир Поселягин - Второй фронт
— Леха, — продолжил он, как будто и не было небольшого перерыва на переход в комнату из прихожей, — если ты не согласишься, то потом будешь жалеть всю жизнь. Мы подписываем контракт на пять лет. Что мы получаем за это? Начну по порядку: на первое время нас поселят в коммуналку, все же там большая проблема с жильем. Но у каждого будет своя комната. И уже буквально на днях там должно начаться строительство нескольких больших пятиэтажных домов для специалистов из нашего мира.
Новый микрорайон на окраине Москвы. Максимум к новому году их обещают уже ввести в эксплуатацию и расселить нас в них. Квартир, замечу, меньших, чем двухкомнатные, там просто не будет. Более того, по окончании контракта мы вольны будем уехать на Родину, где правительство СССР опять-таки обещает нам купить квартиры, или можем остаться в СССР и работать на прежних или иных должностях. Тогда за нами сохранится полученное там жилье. Зарплата, по самому пессимистичному для нас курсу, будет раза в три-четыре больше, чем ты сейчас тут имеешь. Плюс нам будут положены паек и форма, так как мы станем работать в структуре госбезопасности. Ну и в дополнение ко всему, мы можем многое взять туда из нашего мира. Конечно, есть список запрещенных к провозу предметов, но он не так уж и велик. Во всяком случае, автомобиль, компьютер и многое другое можно взять свободно. Правда, некоторые из современных девайсов, как, например, тот же компьютер, принтер, сканер, радиоприемник, сотовый телефон — подлежат обязательной регистрации по прибытии на место и на них же составляется опись при прохождении портала. Но никаких таможенных пошлин пока не придумали.
Только следует учесть при покупке бытовой техники и электронной аппаратуры, что напряжение электрической сети в той Москве 127 Вольт.
— М-да, — только и пробормотал я, осмысливая сказанное.
— Кстати, — стал дальше толкать свою речь Сергей, — ты вроде как мечтал авто приобрести? Так сразу после подписания контракта выдают подъемные, вот на них можешь и купить. На шестисотый «мерин» тебе, конечно, денег не хватит, но что-то попроще — купишь. Тут, кстати, есть некоторые условия. Первое: из-за запчастей советуют брать что-то вездеходное. УАЗы например, их там много, запчасти и спецы есть. Или «нивы». Могут выдать подъемные в белорусских, российских рублях или рублях СССР. Или в любом их соотношении по курсу. Второе: машину заберут на время войны, выдав справку. Обещают вернуть замену или по желанию само авто. Возить будут пока на служебных машинах.
— А чем мы там будем заниматься, обязанности-то у нас какие будут? Такие блага ведь просто так не дают? Надеюсь, пытать нам никого не придется? — попробовал я даже пошутить.
— Ну всех тонкостей я тебе не скажу, да и, по правде говоря, и сам их всех не знаю. В курсе только, что мы должны будем заниматься прослушиванием разговоров потенциально опасных для СССР лиц. Это и местных госслужащих и заграничных. Нет, нет, — замахал он руками, увидев мое выражение лица, — ихние, как их там, диссиденты в сферу наших интересов входить не будут на сто процентов. Ты ж вроде английский неплохо знаешь? Возможно, придется и за бугром побывать, правда, не сразу. Далеко не сразу. Заниматься, грубо говоря, будем тем, с чем ты борешься на своей сегодняшней работе. — Серега поднял голову и взглянул на настенные часы. — Ладно, время поджимает. В общем, я поехал, а ты пока подумай. Если не позвонишь на мой сотовый, буду считать, что ты согласен. В двенадцать ноль-ноль я должен быть с тобой или без тебя в кабинете капитана НКВД Свиридова в представительстве СССР тысяча девятьсот сорок первого. Сейчас я поехал себе «ниву» покупать — один хороший знакомый продает, а ровно в одиннадцать буду у тебя. А ты прямо сейчас дуй в деканат нашего факультета и забери свою характеристику. Я вчера утром ее заказал и в девять часов она должна быть готова. Паспорт не забудь только. С работы тебе никаких бумаг брать не надо — документы нужные закажем прямо из представительства. Лукашенко дал указание своим чиновникам оказывать всемерное содействие в этом вопросе, вот пусть они и бегают. Тем более и у твоей конторы есть прямая связь с представительством СССР.
И Серега, в темпе надев свои туфли в прихожей, убежал. Выглянув в окно, я заметил, как он садится в такси. Я тоже не стал медлить и отправился на автобусную остановку. Хорошо, что хоть езда до института и занимает по времени почти час, но зато никаких пересадок делать не нужно. Автобус подошел к остановке почти сразу после моего появления на ней. Так как было утро выходного дня, то народу ехало относительно немного, и я устроился на сиденье у окна. Как это ни странно, в душе я был согласен с Серегой, хоть и мало что знал о своей предстоящей командировке в мир 1941 года. В конце концов пришел к выводу, что хуже уж точно не будет, и успокоился.
В деканате меня уже ждали. Я предъявил свой паспорт, расписался в какой-то амбарной книге и забрал характеристику. Она была выполнена аж на трех машинописных листах. Даже последний лист был заполнен на две третьих. Внизу красовались подписи декана, секретаря и аж шести преподавателей! Умеет Батька чиновников заставить шустро побегать! И с чувством выполненного долга отправился домой.
Уже подъезжая к дому, вспомнил, что в соседнем подъезде один старичок, жалуясь, что глаза совсем плохие стали, вроде как хотел продавать свой УАЗ-31512, в просторечье — «козлик». К тому же, по словам какого-то из моих соседей, машина находится практически в идеальном состоянии, так как у сегодняшнего хозяина руки растут откуда надо. Да и ездил он очень аккуратно и мало. И решил, не откладывая дело в долгий ящик, заглянуть к дедульке в гости. Оказалось, что пока еще не продал, руки не доходят объявление дать. Сходили в гараж взглянуть на это чудо еще советского автопрома. В самом деле, внешний вид — практически как у новой машины. Правда, когда дедушка назвал цену в 40 000 почему-то российских рублей, мне чуть дурно не сделалось. Но тут же выяснилось, что в цену входит и куча запчастей на него, которые лежали в этом же гараже. Их было столько, что можно будет едва ли еще не такую же машину из них сварганить. Договорились, что мы к нему с Серегой в понедельник подойдем, благо мой приятель куда лучше меня в машинах разбирается, и тогда же и оформим документы. И с чувством исполненного долга я отправился домой.
И вот мы сидим после подписания контрактов в конференц-зале и слушаем капитана Свиридова. Он кратенько знакомит нас с перечнем задач, которые будет решать наша группа. Я внимаю его словам и, как бы это помягче сказать, понемножку охреневаю. Нет, я предполагал нечто подобное. Но такой размах!!! Мы должны будем организовать прослушивание лиц, потенциально опасных для СССР. Притом это будут, ну может быть, за редчайшим исключением, не граждане СССР, ибо предатели, о которых с открытием портала стало известно, уже давно сидят и наверняка активно сотрудничают со следствием, а иностранцы, которых по стране было не так уж и мало. И думается мне, что это еще далеко не все, чем нам предстоит заняться! Основное нам сообщат тогда, когда мы уже прибудем на место службы. А ведь нас всего 18 человек, не считая докладчика…