Юрий Корчевский - Язычник

До Ладоги конные «соседи» не добирались, но беспокоили западные и северные. То литовские разрозненные, но воинственные племена нападают, то немецкие ордена, коих много развелось – крестоносцы, тевтоны, меченосцы, а еще даны и шведы. Одним словом, норманны добычу алчут. Вот и получалось – ни года спокойного. Для того и крепость мощную Рюрик поставил.

Крепость имела неправильную форму и пять башен – Клементовскую, Воротную, Стрелочную, Тайницкую и Раскатную. Располагалась она на стрелке Волхова и Ладожки. В тылу ее находились посады. Внутри крепости располагались две деревянные церкви – Святого Георгия и Святого Димитрия Солунского, терем князя, в котором ныне проживал посадник, воинская изба и другие здания.

По обеим сторонам крепости были пристани для кораблей – и по Волхову, для морских судов, и по Ладожке – для речных ушкуев, лодей и стругов с небольшой осадкой.

Илья не просто бродил по городу и глазел, он присматривался, куда пристроиться можно. Деньги на житье были, но если калиту не пополнять, монеты закончатся. Да и скучно жить без дела.

Работа сама нашла его.

В один из дней Илья с Марьей ужинали. Трапезная была полна: купцы и команды с кораблей, местный люд. Торговые люди с ремесленниками зачастую обсуждали сделки за кувшином вина. Все было тихо-мирно.

Они уже собрались уходить к себе в комнату, когда вдруг раздался шум и крики от одного из столиков.

Илья поморщился – опять кто-то не рассчитал свои возможности и перебрал с крепким олуем.

Но ссорой дело не ограничилось, следом за шумом раздались звуки ударов, и из-за стола вскочили, судя по одежде, два купца. Они сопели, выкрикивали обидные слова и награждали друг друга тумаками. Лица у купцов были красные – оба были в изрядном подпитии. И ладно бы они не мешали другим, а то ведь столы начали толкать, посуда на пол полетела, несколько кувшинов с вином и пивом опрокинулись, а один и вовсе разбился.

Хозяин заведения метался за стойкой.

– Ах, беда какая! Одни убытки и разорение!

Илья вначале не думал вмешиваться. Пусть выпустят пар, обменяются тумаками, остынут.

Окружающие сначала смотрели на потасовку с интересом, но драчуны разошлись не на шутку. Кто-то принялся увещевать их и получил кулаком по лицу. Обиженный решил не спускать оскорбления и сам кинулся в драку.

Через пару минут в трапезной был бедлам. Посетители дрались, бросались посудой, били друг друга лавками.

Илья понял – надо вмешаться, иначе они разгромят постоялый двор. Он схватил одного из дерущихся и выбросил его за дверь, во двор. Через несколько секунд туда же отправился другой. Третьего он свалил ударом под дых. Четвертого схватил за руку, крутанул на месте и кинул в группу дерущихся, свалив этим всех на пол. Пока они барахтались, пытаясь встать, он хватал их поодиночке и выбрасывал во двор.

Хозяин, прятавшийся за стойкой, кричал:

– Обогоди маленько! За ужин-то кто платить будет? Они вино заказывали, пиво, еду недешевую.

Илья остановился:

– Ты помнишь, кто сколько должен?

– А как же, у меня записано.

Илья выхватил из группы драчунов одного и заломил ему руку:

– Этот сколько проел-пропил?

– Десять ногат.

– Отсчитывай из его калиты.

Трясущимися от страха руками хозяин развязал калиту купца и отсчитал деньги.

– За разбитую утварь еще бери – кувшины побили, миски.

– Верно. – Хозяин вытащил еще две ногаты.

Илья проследил, чтобы хозяин лишнего не взял, иначе могут обвинить в разбое или краже.

Так и пошло. Илья хватал дерущихся, заламывал им руки и держал, а хозяин по счету забирал деньги. Тех, кто сидел за столом смирно – а были и такие, – Илья не трогал. Пришел человек покушать, поговорить, пива выпить, никого не трогает – да пусть себе сидит.

Когда все драчуны были выдворены, вошла прислуга и стала наводить порядок: ставить на место столы и стулья, убирать черепки и остатки еды с пола. Несколько драчунов продолжали сражаться во дворе, а парочка самых разгоряченных и ретивых попыталась вернуться. Илья без труда спустил их с крыльца.

– Ай, нехорошо! Солидные люди, а ведете себя как босяки! Облик человеческий потеряли, стыдно!

Полчаса ушло на уговоры, но в итоге драчуны двор покинули. Уже за воротами грозились завтра вернуться и проучить Илью. Но он полагал, что драчуны за ночь могли бы протрезветь и даже не вспомнить о драке, кабы не их синяки и разбитые носы.

Илья взбежал по крыльцу в трапезную, и к нему тут же подошел хозяин:

– Не знаю, как и благодарить тебя, городскую стражу ведь не дозовешься. А что я один могу? Сегодня еще хорошо обошлось, а как иноземцы бывают, до ножей доходит. Мне же – одни убытки.

– Сочувствую.

Хозяин оглядел Илью с головы до ног:

– Вышибалой ко мне не пойдешь ли?

– Сколько платить будешь?

– Две ногаты в день.

– Мало! – Илья развернулся, намереваясь уйти.

– Харч и комната бесплатно, – тут же добавил хозяин.

Илья прикинул: служба в тепле, далеко ходить не надо. Две ногаты в день – это, конечно, скромно, но если за жилье и питание платить не надо, то можно согласиться. Он повернулся к хозяину:

– По рукам, согласен.

– Вот и славненько, – потер руки довольный сделкой хозяин.

Служба оказалась необременительной. Утром Илья завтракал с Марьей, потом, поскольку посетителей по утром немного, в основном постояльцы, он шел на задний двор и колол дрова. В его обязанности это не входило, но Илья хотел поддерживать физическую форму. Если только есть и спать, обленишься, жирком заплывешь. Для тренировки он нож боевой метал в столб.

Хозяин вышибале был рад. Первое время драки и скандалы случались. Спорящих Илья увещевал, а драчунов просто выбрасывал из трапезной. Сопротивление ломал быстро, и постепенно на постоялом дворе воцарился порядок.

Слухи расходятся быстро, и драчуны стали обходить стороной этот постоялый двор, зато порядок и спокойствие оценили солидные люди. Понемногу состав посетителей поменялся, и вместо любителей выпить, пошуметь, помахать кулаками постоялый двор облюбовали купцы побогаче – деньги шум не любят. Здесь заключали сделки, обмывали смирно, зная, что не побеспокоит никто, Илья одним своим видом отбивал охоту побузотерить.

Прибыли у хозяина возросли. Солидные посетители заказывали вина дорогие, заморские, и кушанья им под стать – осетра, икру, жаркое, а не каши и репу с квасом, как прощелыги.

А тут Илья еще идею хозяину подал:

– Ты бы, Трифон, отдельные комнаты сделал для трапезничающих. Мало ли, не все хотят видеть, кто и с кем договаривается. Может, люди хотят с глазу на глаз за трапезой пообщаться.