Офшорный блюз - Владимир Прягин

Овчинников переругивался с кем-то по телефону. Когда я сунулся к нему в кабинет, он коротко сказал мне, зажав трубку ладонью:

— Через двадцать минут.

Я ретировался и, воспользовавшись моментом, прочёл инструкции. Задержанного следует немедленно обыскать на предмет оружия или скрытых улик… Ограничить его подвижность, надев наручники… Как можно скорее доставить по месту дальнейшего содержания, к уполномоченному должностному лицу или непосредственно в суд…

— Ревякина, Комлев.

Я поднял голову. Шеф стоял на пороге, глядя на нас.

— Хватит прохлаждаться, — сказал начальник. — Альбина, что у тебя?

— Смываюсь, — ответила рыжуха Ревякина, поднявшись из-за стола. — Есть новости по Новоземельцеву, от полиции. Знаю, где прячется. Привезу.

— Возьми с собой Комлева.

— Шеф, не позорьте меня. Этот Новоземельцев — шибздик, он у меня не пикнет.

— Не сомневаюсь. Но Комлеву нужно втягиваться в работу. Как раз удачно, начнёт с простого. И вообще, Ревякина, присмотри за новеньким. Поняла?

Ревякина, скривившись, кивнула. А когда начальник ушёл, махнула мне рукой:

— Выдвигаемся.

Не дожидаясь меня, она направилась к лестнице, я за ней. На Ревякиной были обтягивающие джинсы, сапоги на плоской подошве и чёрная косуха. Короткий хвостик рыжих волос болтался ритмично.

Она кивком указала мне на свою машину. У неё был «фольксваген», простенький компактный хетчбэк, серебристо-серый, с круглыми передними фарами.

— Ерундой занимаемся, — сказала она, заводя мотор. — Детский сад.

— А если конкретнее?

— Клиенты у нас — серьёзные ребята вообще-то. А Новоземельцев — тьфу. Какой-то научник из «Оушен Сайбер Системс». Безоружный, естественно. Его бы любой патрульный взял и привёл за шкирку. Но хрен там плавал — республиканский ордер. Можно подумать, у нас своих забот не хватает. А тут ещё ты до кучи нарисовался…

— По-моему, — сказал я, — ты меня не любишь. А почему?

Некоторое время она молчала, хмуро уставившись на дорогу. Но всё-таки ответила:

— Шеф нашего отдела — Шульгин, который сейчас в отъезде. А тебя притащил Овчинников, начальник всего местного управления. Через голову Шульгина. Насколько я поняла, Овчинников и твой бывший начальник в Южном — старые знакомые. И вот тебя оттуда пропихнули сюда. Не хочешь прокомментировать?

— Извини, не знаю деталей. Просто так получилось, что я из Южного перевёлся в Новоархангельск.

— Ага, ну да, — хмыкнула она саркастически. — Взял, да и перевёлся. Именно так я себе это и представляла.

Я призадумался. Кажется, с моим переводом и впрямь не всё было однозначно. Какие-то подковёрные игры? Вообще атас…

— Судить не берусь, конечно, — продолжала Ревякина. — Может, ты у себя на юге и был орёл, но здесь ты пока — никто. Поэтому не отсвечиваешь и делаешь то, что я тебе говорю. Усёк?

— Не вопрос. Командуй.

Ревякина покосилась на меня недоверчиво, но больше ничего не сказала. Мы ещё минут десять колесили по улицам, приближаясь к северо-восточной окраине. Наконец свернули во двор и припарковались возле обшарпанного блочного дома, четырёхэтажного.

Вылезли из машины, и Ревякина буркнула:

— Район этот терпеть не могу. Отстойник…

И в самом деле, квартал не радовал. Может, и не трущобы, но где-то близко к тому. Небольшие серые здания, бугристый асфальт, чахлые кусты. Во дворе были припаркованы два старых седана и проржавевший пикап.

Географически мы сейчас находились примерно на полпути между Верстовой и Гаваньской сопкой. А на северо-востоке, километрах в пяти от города, просматривался горный хребет, вершины белели — они, как я уже знал, назывались Сёстрами.

Народу во дворе не было. Мы подошли к подъезду.

Я приостановился, оглядываясь. Двор имел только один автомобильный въезд, мне это почему-то не нравилось.

— Комлев, шевелись. Чем раньше управимся, тем раньше отсюда свалим.

Мы поднялись по ступенькам, свернули в коридор, освещённый слабенькой электрической лампочкой, и остановились у фанерной двери. Ревякина постучала.

За дверью скрипнула половица. Кто-то выглядывал оттуда в глазок.

— Служба приставов, — сказала Ревякина. — Открывай.

— Удостоверьте личность, — потребовали из-за двери после паузы.

Поднеся к глазку свой жетон, Ревякина буркнула:

— Не тяни резину, Новоземельцев. Иначе сочту за сопротивление.

Замок щёлкнул, дверь приоткрылась. Выглянул щуплый парень в толстовке и мешковатых джинсах. Близоруко прищурился, бросив взгляд мимо нас на лестницу:

— Вы одни?

— Нет, с нами флагманский крейсер военно-морского флота, — уточнила Ревякина. — А кроме тебя в квартире кто-нибудь есть?

— Нет, но…

— Отойди на два шага.

Держась левее от дверного проёма, Ревякина распахнула дверь шире и заглянула внутрь. В руке у неё был «вальтер». Я стоял справа, тоже вытащив пистолет.

Квартира действительно пустовала, если не считать Новоземельцева. Я проверил кухоньку и санузел. В единственной жилой комнате стояла продавленная тахта, на ней — ноутбук. В углу валялась расстёгнутая спортивная сумка.

— Пенёк ты, Новоземельцев, — констатировала Ревякина. — Если уж линять, то подальше. В Штаты, например. А ты здесь торчишь. Думаешь, очки снял — и всё, никто теперь не узнает? Заведи руки за спину, у нас ордер на твой арест.

— Это произвол, — сказал Новоземельцев. — Вся ваша юстиция — послушный придаток корпоративно-финансовой олигархии.

— Ага, — сказала Ревякина, защёлкнув наручники у него за спиной. — Что в сумке?

— Личные вещи!

— Комлев, проверь.

Я заглянул в сумку — скомканная одежда. Закрыл ноутбук и сунул туда же.

— Несите аккуратно, — сказал Новоземельцев, — техника хрупкая.

— Мы тебе не носильщики, — сказала Ревякина, — сам потащишь.

Сумку она навьючила на него, перекинув ему ремень через голову.

Мы вышли на лестницу и двинулись вниз. Новоземельцев сказал:

— Послушайте, у меня есть сбережения. Небольшие, но…

— Взятку нам предлагаешь? — заинтересовалась Ревякина.

— Это не взятка, просто я даю вам возможность поступить справедливо…

— Заткнись уже, надоел.

Мы вышли во двор и зашагали к «фольксвагену». Когда проходили мимо мусорного контейнера, Новоземельцев заметил:

— Вообще-то ноутбук уже старый, ничего ценного. Можно выбросить?

— Размечтался.

Мы подошли к машине. Усадили Новоземельцева сзади, сами опять устроились впереди. Ревякина завела мотор, мы выползли со двора

Навстречу нам, с улицы во двор, свернул джип, едва не зацепив нас. В джипе сидели двое жлобов с бритыми головами. Они синхронно уставились на нашу машину.

Когда мы их миновали, я обернулся, следя за джипом. Тот резко затормозил и дал задний ход, разворачиваясь на улице. В него чуть не врезалась случайная легковушка. Она