Дмитрий Никитин - РЯВанш!
Японским миноносникам повезло, что крейсер "Адмиралы Бутаков" больше был занят перестрелкой с отходящим "Яхаги" и обращал на них мало внимания. Но зато русские эсминцы обрабатывали японцев весьма активно. "Цубаки" лишился сбитого носового орудия и получил пробоину в турбинный отсек ниже ватерлинии. Чтобы предотвратить затопление, был вызван искусственный крен на противоположный борт. На "Маки" снаряд попал в нижнюю часть мостика, ранив находившихся там, и выведя из строя рулевое управление. В дальнейшем эсминцем управляли из машинного отделения. "Кеяки" пострадал от взрыва резервура сжатого воздуха одной и запасных торпед. Наиболее серьезные повреждения получил "Каси", которого достал-таки своим главным калибром "Петропавловск". Близкий разрыв 305-мм снаряда вбил в носовую кочегарку кусок надводной бортовой обшивки "Каси", уничтожив один котел и свалив дымовую трубу. Эсминец выглядел совершенно разрушенным, однако сохранил 10-узловой ход и смог ускользнуть за дымовой завесой. Таким образом, два эсминца из восьми оказались полностью выведены из строя, а еще два - сильно повреждены. Фактичсеки неспособным к дальнейшему бою оказался и флагман флотилии - легкий крейсер "Тикума".
Потери 2-й флотилии могли быть и болеее серьезны, но русские сами отказались от преследования поврежденных японских кораблей, сосредоточившись на охране своих линкоров. В бою у "Ильина" оказалась сбита грот-мачта, поврежден кормовой мостик; на "Изыльметьеве" были иссечены осколками средняя дымовая труба и выведены из строя два котла; "Дубасов" получил прямое попадание в кают-кампанию, где вспыхнул пожар. Небольшие повреждения осколками были на всех кораблях.
После того, как японские эсминцы отступили, к руководившему с кормового мостика огнем орудий "Петропавловска" капитану Беренсу подошел озабоченный старший механик Рашевский:
- Михаил Александрович! Вы своей стрельбой мне все переборки расшатали. Течь усиливается. Надо готовить команду к переводу на эсминцы. Все равно "Петропавловск" до Владивостока не довести. Постреляли и ладно...
- Станислав Казимирович! У нас на линкоре почти семьсот человек. Сколько эсминцев ими загрузить надо? А если у них на палубах вплотную стоять будем, смогут они бой вести? Стало быть из-за нас чуть ли не половина легких сил с японцами сражаться не будет? Нет уж, крепити переборки, а там уж как Бог положит. Пока идёт бой, привлекать эсминцы для эвакуации не дозволю! Где у нас тут ближайшая земля? Лианкур? Вот туда и пойдем, с Божьей помощью...
Контр-адмирал Кодзо Сато изучал полученную от адмирала Ямая радиограмму: атаковать поврежденные линкоры и охраняющие их легкие силы противника одновременно с действующей с севера 1-й минной флотилией. А где этот Тацио был, когда Сато ударил по русским в первый раз?! Однако делать нечего, надо повторять атаку. Два японских крейсера и одиннадцать эсминцев 2-й минной флотилии вновь разворачивались на север. Почти сразу они обнаружили идущий навстречу русский отряд - легкий крейсер типа "Светлана" и четверку "новиков"
Командир легкого крейсера "Адмирал Грейг" капитан 1-го ранга Дмитрий Иосифович Дараган вел свой корабль в бой вместе с эсминцами "Орфей", "Победитель", "Забияка" и "Летун" под общим командованием начальника дивизиона капитана 1-го ранга Михаила Николаевича Алеамбарова. Русские преследовали отходящие на юг три японских эсминца и два легких крейсера примерно равными силами (крейсера у японцев были явно слабее "Грейга"), как неожиданно состав вражеского отряда удвоился. Противник получил подкрепление - еще два минных дивизиона . Всего одиннадцать эсминцев на четуре наших! Алеамбаров просигналил прожектором с "Победителя": не отступить ли назад, под прикрытие главного калибра линкоров? Дараган насупился. Так кто кого должен прикрывать? Нет, вперед, в бой!
"Адмирал Грейг" открыл огонь, накрывая залпами передовые японские корабли. Вражеские эсминцы отчаянно маневрировали, уходя от накрытий, получить 130-мм снаряд им было явно не по вкусу. Неожиданно Дараган, следящий за боем в бинокль, заметил, что водяные столбы разрывов встают и среди задних японских эсминцев. Кто там пришел напомощь, ударил по врагу с тыла? О, да это же "Муравьев-Амурский"! Жив, курилка! Дымит всеми трубами! Ну, не всеми,задняя, похоже, сбита наполовину...
Внезапное появление недобитого "Муравьева" вызвало у контр-адмирала Сато бешеную ярость. Этот проклятый русский корабль потопил "Тенрю", а теперь еще срывает атаку. Ну, ничего! Можно подождать с нападением на линкоры и расправиться пока что с другим, более слабым противником. Оставив заслоном против русского отряда "Тацуту" и восемь эсминцев, Сато, взяв в сопровождении "Кумы" все тех же "Икадзути", "Оборо" и "Икебоно", повернул к "Муравьеву", готовясь открыть огонь на пересекающихся встречных курсах. Для полуразбитого русского корабля хватит и этого - шесть 140-мм орудий японского крейсера и девять 105-мм пушек эсминцев достаточны, чтобы пустить противника на дно!
"Муравьев-Амурский" отстреливался из уцелевших двух орудий. Уже почти час небольшой русский крейсер был под почти непрерывным обстрелом японских кораблей. В крейсер попало не менее тридцати 120-мм и 140-мм снарядов. Были разбиты две дымовые трубы, из десяти котлов действовало лишь шесть. Самым же опасным оказалось прямое попадание в отсек вспомогательных механизмов, лишившее корабль электричества. Элеваторы для подъема снарядов запустили вручную, но бороться с затоплением через многочисленные пробоины никак не удавалось. Корабль сильно погрузился носом. Расчет бакового орудия работал уже по колено в воде, носовой погреб боеприпасов оказался затоплен, снаряды приходилось подносить с кормы по накренившейся палубе. Из-за крена приготовленные для стрельбы снаряды стали скатываться и один из них даже упал в погреб, едва не вызвав там детонации боезапаса. Но корабль держался, готовый отстреливаться до последнего.
Флаг-офицер отвлек контр-адмирала Сато от сладостного зрелища расстрела русского крейсера. С "Тенрю" сообщали, что бой со вторым русским крейсером приобретает нежелательный характер. Японские корабли подвергались немалой опасности от 130-мм вражеских снарядов. "Хамакадзе" уже получил прямое попадание, и сейчас там срочно пытались исправить рулевой привод. Общий артиллерийский огонь восьми эсминцев и "Тенрю" никак не удавалось организовать, а на дистанцию торпедных пусков японцев не подпускали русские орудия. К тому же на севере обозначились медленно надвигавшиеся линкоры врага. Не поврежденные, а находившиеся в полной исправности. дневная атака на них граничила бы самоубийством. Сато, скрепя сердце, дал приказ на общий отход. Хорошо было бы напоследок добить "Муравьева" торпедами, но "Кума", "Оборо", "Икебоно" и "Икадзути" уже разрядили свои аппараты, а направлять сюда другие эсминцы уже некогда. Впрочем, "Муравьев" получил такие повреждения,что сам должен затонуть в ближайшее время. Нечего на него тратить торпеды.