Радик Соколов - Холера. Дилогия (СИ)
— Ну, присаживайся. — Тон Агапа не предвещал ничего хорошего. — Что, сговорился с моей непутевой дочерью как Петра извести, убивец. — Хозяин вперил свой бешеный взгляд в лицо молодого человека.
— Я слышал, что у Вас ребенок болен. — Женька совершенно спокойно смотрел прямо в глаза своему оппоненту, абсолютно не выказывая признаков беспокойства. Спорить и что-то доказывать он считал глупым и проигрышным.
— ? — Агап немного растерялся. Смутить собеседника не удалось. В какой — то момент купец даже осознал, что на миг отвел свои глаза в сторону, что с ним давненько не случалось.
— Позволите осмотреть мальчика? Лена говорила, что ему уже полгодика исполнилось.
— Да. Чуть больше. Восемь месяцев. — Агап уже сам был не рад, что так нерадушно встретил незнакомого человека. — Сейчас кликну. Нянька его мигом принесет.
— Здесь темно. — Саблин окинул взглядом обстановку. — Есть место, где много окон?
— Арина, — раздался громоподобный рык хозяина. — Неси Ваньку в столовую. — Убедившись, что его указание исполняется, купец обратился к Женьке. — Пойдем.
— Да, попросите принести кипяченой воды, мыло, полотенце.
Идти пришлось недалеко. Едва выйдя из кабинета, надо было подняться на второй этаж, пройти по центральному коридору и сразу повернуть направо. Трапезная оказалась светлым помещением, щедро освещаемым из трех огромных окон.
— Поглядим. — Саблин посмотрел на гукающего мальчугана, который лежал на огромном полукруглом столе. Женька примерно представлял, с чем придется столкнуться и ничуть не удивился, увидев врожденный дефект — типичную деформацию лица в виде левосторонней расщелины, так называемую заячью губу. Теперь надо было разобраться, насколько тяжел недуг.
— Две тетки, исполнявшие роль нянек так и терлись вокруг, мешая осмотру, норовя всунуть свои носы туда, куда их не просят. Агап в свою очередь не суетился, а придирчиво наблюдал за движениями лекаря, за его пальцами, уверенно касавшимися расщелины.
— Что ж, — Саблин остался, удовлетворен осмотром. Проблема оказалась вполне разрешимой. Случай был легкий. Расщепление коснулось исключительно мягких тканей верхней губы. Надо было сделать пластику и сохранить весьма непростую анатомию этой области. — Исправить можно. А что лекарей звали?
— Приходил тут один. — Хозяин сжал кулаки. — Рано говорит зашивать. Пусть мальчишка окрепнет. Смеялся все. Под усами, мол, шрама не видно. Взял желтенькую и ушел, гад. Просил беспокоить лет через пять. Как там сложиться. Детишек часто господь прибирает. Что раньше времени мучить? Успокоил, называется.
— Как Ванька, не болеет? — Дальше пошел разговор об аппетите, прибавке в весе и прочих вещах, которые говорят о здоровье ребенка. — Спасибо.
Ребенка унесли, и Женька остался с Агапом наедине. Тем временем погода начала портиться, небо затянуло тучами. Вот — вот мог начаться дождь.
— Агап Никитич. — Саблин уже выяснил у няньки все что хотел. — Я вот еще о чем хотел поговорить. — Женька подошел к окну и выглянул на улицу. — У Вас ведь и доходный дом недалеко есть?
— Держу. Несколько. — Даже комната для тебя в одном из них готова. — Купец с досады рукой. — Пустует у меня третий этаж. Надо бы ремонт сделать. Крышу утеплить.
— Мне бы на время поселиться? — Саблин задал вопрос для проформы, уже предполагая ответ.
— На какой срок? — Купец не мог пойти против своей натуры и не попытаться досконально изучить вопрос, прежде чем давать ответ.
— На неделю пока. Там видно будет. Не хочу здесь задерживаться уеду.
— Это верно. — Агап Никитич кивнул головой. — У нас город маленький. Каждый новый человек на виду. — Хозяин с сомнением оглядел гостя. — Ты, Евгений, уж больно заметен. Мало того, что высок, так еще и нелеп. Сразу видно, что чужак. Не наш, не рассейский. С одной стороны холопства в тебе нет, с другой — не кичлив. Чуть заявишься в присутствие, так тут же донос на тебя измыслят. Народец у нас с одной стороны тягостен и удушлив, но с другой робок и покорен. Сказано искать бунтовщиков — ищет. Трудно пришлым.
— Вот я и думаю в столицу податься.
— Эх, молодежь. Все-то вас в столицу тянет. Думаете там медом намазано? У нас всякий в дворяне выбиться хочет. С одной стороны, вроде и правильно в первом сословии числиться. Все ведь для тебя. Страной дворянчики ведают. Деньги через них проходят. Сила в их руках. Чуть вышел в крапивное семя так уже и первый чин. Дальше — больше. Денежка сама к рукам липнет. Ходи, проверяй, надзирательствуй. Ни забот, ни хлопот. Нам куда как тяжелее. Вот и рвутся родители детишек в чины направлять. Что делать. — Агап Никитич враз прикусил язык. Ведь дернул его черт перед незнакомцем свои мысли высказывать.
— Так что? — Саблин будто не слышал предыдущего спича.
— Бесплатно. Заселяйся. — Агап Никитич вдруг поморщился. — Место отличное. Магазин на первом этаже, на втором квартиры, а на третьем — комнаты. Петр там квартиру выкупил. А нынче его вот какая незадача. Дочурка моя туда вселилась. — Хозяин вновь принял грозный вид. — Сама, своей волей переехала. Норов у девки взыграл. От меня нос воротит. Не хочет разбойница в родительский кров воротиться. Она, мол, полноправная хозяйка и квартира теперь ее. — И эта еще за ней.
— Кто? — Женька задал вопрос, уже зная, какой будет ответ.
— Да Анька. — Младшая моя. Так что теперь там целая шайка. Смотри, лекарь. Как бы лиходейка не пленила. Вдовье дело оно такое. — Купец неожиданно сконфузился. Ему вспомнился откровенный разговор с дочерью, к которому Агап оказался совершенно не готов. Откуда только у Ленки взялся такой тяжелый норов?
— По поводу сына вашего хотел вот еще что спросить. — Женька ничуть не смутился под обвиняющим взглядом арендодателя. — Надо будет помещение подготовить. Отмыть все до идеальной чистоты. Чтобы не было ни пылинки, ни соринки. Простыни прокипятить. Еще мне понадобиться спирт, тонкий конский волос…
— Это тебе лучше самому в зелейную лавку сходить. Есть тут недалече одна. Там Богдан за хозяина. Говорят толковый мужик. Поговори с ним.
— А вещи? — Саблин осмотрелся вокруг. — Можно пока здесь оставить.
— Да, послушай. — Купец проигнорировал вопрос. — Дам тебе свою коляску. Нечего самому по улицам бродить. Считай, что я взял тебя в приказчики, только денег в руки не дам. Договаривайся сам, а рассчитываться будет Колька. Он парень надежный цены знает. Его не обманешь.
— Благодарю. Очень хорошо. — Саблин и не думал отказываться.
— Это пустяк. — Агап махнул рукой. — Вот ежели Ваньку вылечишь, пока слух о его уродстве не окреп, то отблагодарю по-царски. И еще. — Купец смешался. — Ты про Петра не распространяйся нигде. Хорошо? — Последняя фраза родилась из-за вдумчивого разговора с компаньонкой воспитательницы, которая за долгие годы сделалась для Агапа очень близким человеком.