Сергей Артюхин - "На штурм будущего! Спецназ попаданцев"

- Юля, не дергайся ты так. Все нормально, я не кусаюсь… Пусть некоторые студенты и утверждают обратное, - Кравченко хитро улыбнулся. - А теперь давай кушать - поверь мне на слово, с мясом Мелитон Ираклиевич умеет творить настоящие чудеса.

- А как же вопросы?

- Чуть позже, ладно? Успеем еще их обсудить.

Наслаждаясь великолепной острой отбивной и еще более приятной беседой, Илья вдруг подумал, что почти счастлив. А если удастся еще и личную жизнь устроить - так и вообще.

- Вот скажи мне, Юля, какие у тебя планы на седьмое число?

Очередная годовщина Великой Октябрьской Революции для Советского Союза была особенным праздником. И идущая война с Альянсом, на данный момент протекающая столь успешно, ему помешать никак не могла.

- Я как-то не задумывалась, - ответила девушка после секундного раздумья.

- Нет желания мне немножко помочь в одном небольшом эксперименте? А потом и отпразднуем… если, я, конечно, тебя от друзей не отрываю.

- Что вы, я буду рада, правда.

- А друзья твои не обидятся?

- Так я же не местная, Илья. Вот, только на днях, собственно, и прилетела. И почти сразу к вам назначили.

- О как. И откуда же ты?

- С Поволжья я, из Сталинграда.

Илья едва не поперхнулся. Сам будучи родом из Волгограда, он так и не побывал в его городе-предке.

- Интересно. Ну, значит, на седьмое число и определились. Тогда же твои вопросы и порешаем - если там ничего срочного нет, конечно. Согласна?

Вместо ответа девушка кивнула.

- А пока у меня есть предложение прогуляться и посмотреть ночной город, раз уж ты здесь недавно. Покажу тебе некоторые наиболее интересные места. Как тебе идея?

- Ой, а можно? - удивленная красавица замерла.

- А то. У нас все можно, тем более таким красивым и умным девушкам. Так что не робеем, доедаем и идем гулять. Мелитон Ираклиевич! - подозвал хозяина Илья.

Тот возник у столика почти мгновенно.

- Да?

- Будьте добры, обеспечьте нам термос с кофе.

Грузин понимающе усмехнулся и кивнул. После чего направился обратно к стойке, у которой появились люди. На полпути он вдруг остановился, и, полуобернувшись, подмигнул ученому.

Ему стало все понятно, еще когда он нес к столику с молодыми людьми бутылку вина. То, как смотрел на девчонку Кравченко, было очень знакомо Горгадзе, а потому он был уверен, что скоро его заведению в очередной раз придется принимать свадьбу.

Больше всего его веселило то, что сами «голубки» об этом, похоже, еще и не догадывались.

Город Будущее рос на глазах…

Рикардо Родригес был зол. Нет, скорее, очень зол. Даже очень-очень зол. А виной его эмоционального состояния была ситуация в Панаме и его родной Бразилии.

Что в одном, что в другом месте у войск ЮАФ дела обстояли если и не на грани катастрофы, но уж паршиво - точно. Отбросив на Панамском плацдарме американскую морскую пехоту, бразильцы все же уничтожить его не смогли. И теперь тщательно продуманная операция по вторжению на территорию США постоянно откладывалась - Мексика железно придерживалась нейтралитета, даже и не думая хоть как-то дергаться до решения проблемы на канале.

Собственно в ЮАФ дела обстояли получше - высадившиеся в Буэнос-Айресе и Рио американские войска фактически контролировали лишь только их - да и то, не слишком-то и хорошо, ибо в развалинах некогда прекрасных городов хватало обозлившихся людей, потерявших семью и дома, и уж тем более им было из чего стрелять - об этом «дорогой президентэ» позаботился заранее. Поэтому то тут, то там вспыхивали ожесточенные бои с применением большого количества автоматического оружия. В то же время, попытки янки продвинуться дальше постоянно срывались действиями тысяч довольно-таки неплохо вооруженных и обученных предусмотрительным Альверде партизан-герильяс.

Те разошлись настолько, что вот уже неделю янки даже не пытались наступать - последняя попытка закончилась исключительно плачевно. Поэтому разозленные американцы сосредоточили свое внимание на контроле и зачистке имевшихся под их контролем территорий. И уж что-что, а карательные акции они проводили не слишком церемонясь, довольно быстрыми темпами догоняя в зверствах нацистов и самих себя «Вьетнамского периода» так и не случившейся истории. Естественно, что населению подобная политика активно не нравилась, а потому все больше людей начинало гореть огнем антиамериканской ненависти.

Родригес, понятное дело, не знал, что Ледников не так давно с усмешкой похвалил Альверде в разговоре со Сталиным, отметив, что «президентэ еще устроит этим ублюдкам Мегавьетнам». Причем в той же самой беседе маршал заявил, что считает победу и выживание ЮАФ едва ли не важнейшей составляющей общей победы Евразийского Союза.

На вопрос удивленного вождя, почему именно так, советник пояснил, что победа развитых промышленных стран Европы не будет воспринята в Америке как нечто нереальное - там достаточно умных людей, которые прекрасно осознают совокупную мощь Германии, Советского Союза и других участников ЕС.

Но вот поражение (или даже «не победа») от еще недавней полуколонии - это будет для рядовых WASP гораздо более болезненно и может закончиться значительно серьезней. Например тем, чем в свое время закончилась похожая ситуация с Русско-Японской войной пятого года в России. А она, если помните, вызвала первую русскую революцию.

Вообще, в последнее время в Объединенном Стратегическом Командовании начало складываться впечатление, что война практически выиграна. По крайней мере, действия фронтов стали весьма напоминать действия американского флота в конце войны на Тихом океане или действия советских войск против Квантунской группировки. То есть, используя подавляющее превосходство в технике и управлении войсками, союзники сосредотачивали на необходимых участках достаточно сил для нейтрализации противника, заведомо не оставляя шансов на успешное сопротивление. В результате, Альянс был вынужден в ответ придумывать невероятные планы разгрома противника - прямо-таки как командование Императорского Флота Японии.

Ярким примером могла послужить операция в Иране, когда планомерному поступательному движению советских войск, происходившему без особых уловок, противопоставлялись какие-то сумасшедшие по сложности ходы, должные скомпенсировать качественные недостатки англо-американских армий. Порою это даже давало им некоторые плюсы и позволяло отступать гораздо медленнее, но закончилось все равно печально. Неожиданный бросок гвардейского мехкорпуса, буквально снесшего оборону Альянса на стыке двух войсковых групп, фактически поставил точку в кровавом противостоянии на персидской земле. Планы по заманиванию советской армии в ловушку были полностью сломаны лихорадочными попытками ликвидации прорыва, а избыточная сложность этих самых планов не позволила их вовремя откорректировать.