Юрий Корчевский - Штурман подплава. Торпеда для «попаданца»
Минзаг теперь шел полным ходом, за лодкой тянулся сизый дым от работавших на полную мощность дизелей. Вахтенные на обеих лодках обозревали море и воздух.
Командир приказал в случае опасности сбросить или перерубить канат и быть готовым к срочному погружению — только так можно было спасти оба судна.
Через час истребители, выработав топливо, улетели. Занятый немцами берег растаял в дымке.
Минзаг повернул на восток курсом сто тридцать, и теперь они шли к базе.
Оба торпедиста заняли место у пушки.
На ходовом мостике был командир, рулевой и двое вахтенных. Тесно было, как в трамвае.
На море было легкое волнение.
Вдали послышался гул авиадвигателя. На лодке встревожились, но это оказался наш гидросамолет МБР-2 — машина устаревшая и тихоходная, но, в отличие от истребителей, могла садиться на воду и довольно продолжительное время находиться в воздухе.
Самолет стал описывать вокруг лодки широкие круги, то удаляясь и становясь почти невидимым, то с ревом проносясь вблизи. Он проводил авиаразведку — не идут ли боевые немецкие корабли, не всплыла ли немецкая подлодка? Видимо, немцев обеспокоила странная активность советских самолетов в одном районе моря. Если их судов здесь нет, зачем тогда летают русские?
Со стороны берега появилась точка, довольно быстро выросшая в размерах — точка оказалась тяжелым двухмоторным истребителем Ме-110. Он сделал над лодками горку, круто развернулся и с пикирования дал по лодкам пулеметно-пушечную очередь. В лодки он не попал, но снаряды случайно перебили буксировочный канат.
К немецкому истребителю ринулся наш гидросамолет. Его стрелок осыпал «немца» очередями из турельного пулемета.
Экипаж лодок с тревогой смотрел на неравную схватку. Выйти победителем в бою против более скоростного и лучше вооруженного «мессера» у наших летчиков шансов не было.
Но «немец» боя не принял, его задачей была разведка. Он «горкой» набрал высоту и ушел к берегу.
— Ну все, теперь жди гостей! — со злостью сказал командир. — Боцман! Вязать канат!
Сейчас бы уходить быстрее из этого района! До немецких военно-морских баз не так далеко, и немцы наверняка выслали на обнаружение лодки свои боевые корабли.
Но пока с лодок вытащили оба конца, пока связали толстенный канат, ушел час драгоценного времени.
Буксировка возобновилась. Минный заградитель выжимал из дизелей все. Но конструкция его была устаревшей, он и без буксировки «малютки», гирей висевшей на ногах, мог давать четырнадцать узлов, а сейчас и вовсе скорость упала. Однако выбора не было. Гидросамолет теперь курсировал между лодками и берегом, выписывая петли и в западную сторону — туда, где были базы немецкого флота и откуда могла грозить опасность.
Он вернулся, пролетел над лодками, радировал, что сюда идут два торпедных катера и сторожевик, указал ориентировочную дистанцию до них. Выходило, что немцы могут быть у лодок через час, по крайней мере — торпедные катера, значительно превосходящие сторожевик в скорости. Они подойдут первыми, свяжут боем, а там и сторожевик подоспеет. У него вооружение значительно мощнее, есть пушки, глубинные бомбы.
МБР пообещал прислать помощь и улетел.
Прошло полтора часа буксировки, когда вахтенный сигнальщик доложил, что курсом 210° он видит два корабля. Их было видно только в бинокли, но через четверть часа они стали видны невооруженным глазом.
До торпедных катеров было миль пять, когда с востока послышался гул моторов. Высоко, не менее двух километров, над лодками прошла пара бомбардировщиков Пе-2. Летая на колесных самолетах над морем, пилоты сильно рисковали. Получив в бою повреждения, летчики не могли посадить самолет на воду — они были вынуждены выбрасываться с парашютом и приводняться. В холодных северных морях выжить до прихода помощи более полутора часов было почти нереально.
Бомбардировщики вошли в пике и сбросили бомбы на торпедные катера. С лодки было видно, как с торпедных катеров открыли огонь из зенитных пулеметов трассирующими пулями.
Летчики сделали по два захода на цель. Один из катеров загорелся, повалил дым. Второй отвалил в сторону.
Самолеты ушли на запад, заметив сторожевик. Корабль не был виден с лодки, но самолеты пикировали на невидимую с лодок цель. Через некоторое время до подводников донеслись едва слышные разрывы бомб.
— Так им, долбайте фашистов, ребята! — радовались подводники.
Самолеты, сбросив бомбовый груз, пролетели над подлодками, покачав крыльями. Матросы проводили их одобрительными криками и свистом.
Едва прошло четверть часа, как самолеты скрылись, а с востока показался советский торпедоносец ДБ-3ф, сопровождаемый парой истребителей Як-1.
Подводники закричали «ура!» — под брюхом торпедоносца была видна торпеда.
Истребители взмыли вверх, а торпедоносец снизился и теперь летел над водой метрах в трехстах.
— Поднимись, браток! — сказал кто-то из сигнальщиков. — С земли ведь достанут!
— Не учи ученого, он лучше знает, что делать, — отрезал боцман.
Торпедоносец пролетел мимо горевшего немецкого торпедного актера. Похоже, Пе-2 только повредили сторожевик. Теперь за него взялся торпедоносец. В бинокли сигнальщики видели, как от самолета отделилась точка — пилоты сбросили торпеду. Самолет тут же начал набирать высоту.
Взметнулся высокий столб воды, затем донеслись раскаты тяжелого взрыва.
Возвращаясь на аэродром, самолет заложил вираж. Высота полета была небольшой, и невидимый из-за дыма от горящего собрата второй немецкий торпедный катер открыл зенитный огонь. Со стороны было видно, как трассеры прошили правое крыло и двигатель. За самолетом потянулся шлейф дыма.
На торпедный катер сразу спикировали истребители, огнем из пушек и пулеметов они подавили стрельбу с него. Истребители сделали несколько заходов на катер, пока он не загорелся.
Между тем торпедоносец прошел над лодками — из его двигателя вырывались языки пламени. Высота была всего метров двести.
— Прыгайте! — кричали подводники, как будто летчики могли их услышать.
От самолета стали отваливаться куски обшивки.
Один из членов экипажа выпрыгнул. Показался падающий человек, и почти сразу над ним раскрылся купол парашюта. За ним следом прыгнул второй пилот.
Неожиданно самолет резко накренился на крыло, клюнул носом и упал в воду, подняв тучу брызг.
Трагедия разворачивалась на глазах у подводников.
Буксировщик Л-15 повернул в сторону летчиков, выбросившихся с парашютом. «Кошками» матросы зацепили парашюты и втащили обоих пилотов на лодку. Затем субмарина прошла еще с кабельтов и подошла к месту падения самолета. Он уже ушел под воду, развалившись на куски от удара, и на воде плавали лишь мелкие детали из пластмассы, тряпье, расходились радужные пятна от бензина.