Вячеслав Сизов - Еще один попаданец. Часть 3 [СИ]
— Со всем полностью я думаю вам знакомиться не надо, но вот те страницы, что с закладкой я думаю, вам будут интересны.
Сев за стол я вчитался в написанные мелким почерком строки. Это был план нападения Германии на Советский Союз. Там были перечислены все части как немецкие так и наши. Их состояние и расположение на начало войны. Возможные направления ударов. Много чего. Зная складывающуюся на фронте обстановку и действия немецких войск я понимал что написанное в тексте правда. Закончив читать, я спросил у Сталина.
— Откуда это? Если бы знать раньше все, то, что тут написано. Скольких бы ошибок мы могли избежать.
Сталин, держа в руке трубку и прохаживаясь по кабинету, ответил:
— В начале июня ко мне поступило несколько писем. Одно из них вы только что прочитали. Кто автор этого документа я не знаю. Мы не могли поверить на слово и должны были все досконально проверить. Факты, изложенные тут, нашли свое подтверждение. Жалко, что поздно, но, тем не менее, не все потеряно. Я надеюсь на вашу помощь в исправлении допущенных ошибок…
В начале июля я был вновь назначен на должность Начальника Генерального Штаба. Моим заместителем стал Василевский. Бывший Начальник Ген. Штаба генерал армии Жуков решением Ставки был направлен в войска. Где достаточно успешно командовал войсками Белорусского фронта в ходе Белорусской и Смоленской оборонительных операций …
Дальнейшие события войны во многом подтвердили изложенное в письмах. Часть из указанных событий не произошло. Или произошли, но немного по-другому, чем было описано. Используя сведения из писем, нам удалось избежать блокады Ленинграда, Киевской и Харьковской катастроф, удержать Крым…
В годы войны мне еще несколько раз пришлось изучать то письмо. Были еще письма, но я с ними ознакомлен не был. Полного доверия к ним насколько я знаю, у Иосифа Виссарионовича не было. Тем не менее, в качестве справочного материала он достаточно часто ими использовался.
Автор писем так установлен и не был. Что я могу сказать о нем. Мне показалось, что письма писал человек с военным образованием. Русский, долго живший за границей. В Англии или в одной из англоговорящих стран. О чем говорили очень уж специфические обороты употребляемые автором …
* * *Из показаний гр. Дубоделовой Т.И. (Могилевич) от 3 июля 1941 г.
гр. Дубоделова Т.И. (Могилевич) 1923 г.р., урож. г. Минска (бывшая жена осужденного по ст. 58 УК гр. Могилевич А. — отбывающего наказание в г. Ижевске) в настоящее время проживающая у своей сестры в г. Тамбове ул. А. Овсеенко д. 5
… В начале июня 1941 г. мне пришла телеграмма от сестры Поповой (Дубоделовой) Н.И. о необходимости срочного приезда в г. Тамбов. Я думала что-то случилось с дочерью, оставленной у нее. Однако она, перезвонившая на следующий день по межгороду, меня успокоила. Сказала, чтобы я срочно приехала так как ребенку нужна мать, а не тетка. И выехать мне нужно в течении ближайшей недели. Еще она сообщила, что ко мне, 2 июня поездом через Москву выехал мой знакомый — Петр Гречишкин. С ним я встречалась в период проживания в г. Тамбове. Мы собирались пожениться, но из-за болезни мамы я должна была вернуться в Минск.
Я пробыла в Минске, до 6 июня. Но Петр так и не приехал. Посчитав, что он где то задержался, или с ним, что-то случилось 8 июня вернулась в Тамбов. До сего дня Гречишкина не встречала и сведениями о нем не располагаю…
* * *Вечером сразу после возвращения группы Сергея и ужина, воссоздав из песка макет аэродрома, его служб, вооружившись картой, мы засели за разработку плана атаки на него и на остальные цели. Думали и обсуждали его до позднего вечера, пока не вернулись с тренировки в лагерь штурмовые группы и остальные бойцы. Дав им немного привести себя в порядок, собрали командиров групп и подразделений для дальнейшей шлифовки плана.
Утром мы с Дороховым на моем командирском бронетранспортере в сопровождении разведчиков на еще одном бронетранспортере выехали на разведку подходов к мосту. Карта это конечно хорошо, но свой не замыленный взгляд лучше. Выскочив на трассу, мы пристроились к колонне грузовиков двигавшихся в сторону Пружан. С колонной мы без проблем добрались до перекрестка дорог у слияния Мухи и канала Вец. Где мы расстались с колонной. Она пошла в сторону Ружан, а мы повернули на Слободку (она же “Кошарка” или “Казармы”).
О том, что рядом с городом расположен штаб армии практически ничего не говорило. Так пара постов, усиленных скрытыми под масксетями бронетранспортерами и легкими танками, стоящих на перекрестках дорог в сторону с. Чахец. Очень органично вписанные в окружающий ландшафт нескольких зенитных батарей и “кюбели” двигавшиеся в сопровождении охраны на мотоциклах вот и все видимые приметы большого штаба. Хорошо, что нам туда не надо.
У деревни Линево нам пришлось притормозить и осмотреться, где-то здесь находился 130-й ДУЛАГ, о котором в свое время мне приходилось читать. Насколько я помнил, на 12.07.1941 в нем содержалось около 6900 военнопленных, которые работали в рабочих командах по ремонту и восстановлению железных дорог. Он подчинялся 87-й пехотной дивизии и охранялся подразделениями 221 охранной дивизии. Лагерь нашел быстро. Он находился на окраине деревни. До войны здесь несколько наших частей располагалось. Немцы тут неплохо устроились со всеми причиндалами необходимыми для такого дела. Пулеметные вышки, несколько рядов колючей проволоки. Лезть в лагерь мы не стали. У нас своя цель есть и пока мы ее не отработаем о чем-то другом говорить не стоило.
По дороге до жд. станции Оранчицы никто нас не проверял, не останавливал, документов не требовал. На въездах и выездах и на станцию постовые окинули нас взглядом и без вопросов подняли шлагбаум. К мосту мы ехали по полевой дороге вдоль жд. насыпи. Когда постройки станции скрылись из вида мои связисты, вооружившись кошками, залезли на телеграфные столбы и подключились к телефонному кабелю. Ничего интересного мы не услышали. Обычные беседы военного люда — доклад о положении на объекте, проследовании эшелона, заявка на продовольствие.
Вскоре мимо нас со стороны Бреста прошел грузовой состав. А ему навстречу пассажирский состав с ранеными. Уже на подъезде к мосту нас обогнала мотодрезина, спешившая в сторону Кобрина. На прицепленных к ней полуплатформах были установлены Зенитные спаренные пулеметные установки МГ-34. Расчеты и до взвода пехотинцев вольготно разместилось около них.
Дорогу к мосту преграждал шлагбаум и пулеметное гнездо. Вообще мост охранялся серьезно. По два ДЗОТа, по два 88-мм и 20мм орудия обвалованных мешками с песком, несколько пулеметных гнезд, траншеи полного профиля с каждой стороны моста. Все это дополняли колючая проволока по периметру и три капонира с установленными в них трофейными танками Т-26 в качестве средств ПТО. Еще над одним, со снятой башней, копошилось несколько солдат в трусах. Часовые торчали на зенитных позициях, шлагбаумов и на самом мосту. Остальной личный состав располагался в палатках рядом с ДЗОТами или купался в Мухавце. Просто тишь и благодать.