Вадим Леднев - Выстрел в водопад [СИ]

Девушка дернулась и оглянулась. Никого сзади не было. Сверху послышался смешок. Майя подняла голову - свесившись с балкона третьего этажа, на нее смотрела Альбина. Как всегда с сигаретой.

- Зачем вы так? - с укоризной спросила девушка. - Умереть же можно со страху!

- Полуночничаешь? - доброжелательно поинтересовалась Альбина, свесившись еще ниже. - Мне вот тоже не спиться. Удивительно!.. дома только голову на подушку положишь и все. А тут не могу уснуть...

- Просто скучно, - Майя решила ни за что не признаваться в своих глупых страхах, - и постелька жестковата...

Альбина, выпустив клуб дыма, удивленно скосила, на нее глаза.

- А куда же ты смотрела, когда выбирала? У меня вот, кабинет начальника, сразу видно. Диванчик большой имеется.

- Я что-то не подумала, - промямлила Майя, поражаясь собственной недогадливости, - честно говоря, думала, что самые лучшие помещения достанутся институтским.

- Они были столь любезны... Вернее, я никого не спрашивала!

Мимо Майи пролетел окурок, шлепнувшись на бетонный пол. В голове у нее мелькнула мысль девочки-хорошистки, что мусорить нехорошо.

- Да и какая разница?.. - продолжала Альбина, - здесь везде плохо! С удовольствием променяла бы тутошний шикарный кабинет, на какую-нибудь коморку в подвале... но только дома! Везде плохо, - повторила она. - И сигареты кончаются... зараза! Совсем мало от блока осталось. Скоро придется вести здоровый образ жизни... Хотя сколько ее осталось, этой жизни? Вот дождь проклятый!.. совсем в тоску вогнал.

Они помолчали.

- Ну что, может, в гости заглянешь? - тон у Альбины был преувеличенно бодрый. - Все веселее будет... Давай, поднимайся на третий, жду тебя в прихожей...

Они прошли секретарский предбанник с мягкой мебелью и офисным столом, на котором какой только техники не было, мимо шкафов, забитых папками с документами, и остановились на пороге. Кабинет и впрямь отличался от Майиной конуры, в лучшую, естественно, сторону. Просторная комната, обшитая какими-то лакированными панелями, большой солидный стол из черного дерева с непременным монитором. Черные же кожаные кресла и солидный диван. Всякие сувенирчики на полках, вымпелы и патенты на стенах. И даже пальма в кадке в углу.

- Проходи, не стесняйся, - хозяйским тоном сказала Альбина. Она приобняла Майю за плечи и подтолкнула вперед, - теперь ты у меня в гостях.

- Как же тебе Варвара Петровна ключи дала от таких апартаментов?

- А куда б она делась? - умехнулась Альбина, - да и просекла бабка, что куковать нам здесь до конца дней. Чего ей ничейное добро беречь?

- Здорово тут! - Майя прошлась по комнате. - И кресла мягкие и диван большой! Тоже так хочу! - она уже представила себе, как растянулась бы на нем во весь рост.

- Погоди, это еще не все, - Альбина открыла дверцу одного из шкафчиков, - тут настоящий рай для ценителя.

Движением фокусника, она извлекла бутылку, украшенную блестящей этикеткой, - Видала ликерчик? Там еще много чего есть - вина дорогие, водка, коньяк. Видать, угощал дорогих посетителей.

- Как еще не растащили? - удивилась Майя, - Неужели никто не догадался?

- А нам какая разница? - Альбина уселась в огромное кожаное кресло, - Никто не спрашивает, а я что дура, рекламировать? Вот теперь ты знаешь, - она извлекла из шкафчика невысокие пузатые бокалы. - Давай подруга стресс снимать!.. бери посуду...

Тягучая жидкость кремового цвета пилась удивительно приятно. На столе появилась небольшая коробочка шоколадных конфет. Майя забралась на диван с ногами, отпивая ликер маленькими глоточками. Естественно, не прошло и десяти минут, как она изрядно захмелела. Изнутри разливалось приятное тепло, глаза сами собой начали закрываться. Альбина, не давая ей окончательно расслабиться, и боясь потерять собеседницу, принялась задавать наводящие вопросы. Майя и так-то не отличалась скрытностью, а тут, от ликера, язык и вовсе развязался. Она принялась рассказывать Альбине о своем детстве, о родителях, и даже о романах своих, как правило, не очень удачных. Та кивала, и в ответ рассказывала, что-то о себе. В общем-то, им было все равно, о чем говорить, лишь темы их нынешнего бедственного положения обе старательно избегали. Когда бутылка с ликером опустела на половину, Майю развезло окончательно, и она поведала Альбине о том, чем занималась неизвестная парочка на лестнице и о своих собственных ощущениях при этом. Та заливисто хохотала.

- Ой, не могу! Сейчас умру!.. Спасать хотела!..

Майя смущенно улыбалась. Действительно, ситуация - глупее не бывает.

- Как ты думаешь, кто там был? - теперь, когда страх отступил, любопытство, подогретое алкоголем, разбирало Майю все сильнее. - Голоса вроде знакомые, а кто - не поняла.

- Да кто угодно, - Альбина достала очередную сигарету, - Кто угодно мог оказаться там! Например, ты!

- Я? - пьяно удивилась Майя. - Я...

- Или я!

- Ты? Ты же была здесь...

- Правильно, что не теряются! - не слушала ее Альбина. - Для здоровья в любом случае надо. Опять же удовольствие какое-никакое... А ты?.. не приглядела еще мужчинку?

- Я?.. Обойдусь! - Майя насупилась, икнула и закончила, - А сама? Мне говоришь, а сама?..

Альбина не ответила. Она откинулась на спинку кресла с сигаретой в одной руке и бокалом в другой, и взгляд ее стал мечтательным. Будто она вспоминала что-то очень-очень приятное.

Майя тоже была не прочь вспомнить что-то приятное, но глаза ее сами собой закрылись и по-детски безмятежный сон, наконец, сморил девушку.

Ночь прошла без происшествий. После ливня заметно посвежело - столбик термометра не поднимался выше двадцатиградусной отметки. Окна и форточки открывать было категорически запрещено, во избежание возможного проникновения здешних летучих и ползучих гадов. Данные предосторожности были вызваны вот чем. Вчера еще до дождя, Фатима - одна из женщин, работавших с Анютой была укушена за ногу какой-то местной сволочью, чем-то вроде гигантской многоножки. Причем произошло это в десяти метрах от крыльца института, в кустах боярышника, где бедная женщина собиралась справить небольшую нужду. На визг и крики сбежались все находящиеся поблизости мужчины, чем доставили несчастной еще и моральные страдания. Отвратительное насекомое было растоптано, а раненую отвели к Алексею Федоровичу. Укушенная ступня распухла и болела, а Алексей Федорович цокал и качал головой. Ранку промыл перекисью. Пришел Семенов и предложил сделать разрез, чтоб яд вытек с кровью, даже достал свой страшный кинжал. Но Фатима подняла такой крик, что охотник счел за лучшее оставить ее в покое и ретировался. В итоге Алексей Федорович поставил ей что-то рассасывающее и противоалергенное и, замотав ногу бинтом, оставил в лазарете.