Сергей Калашников - Чернокнижник

— Девочки. Вы только что пользовались вложенными порталами, — совершенно невпопад отозвался Чернокнижник.

— Какими вложенными? Обычными, как всегда, — вспыхнула Лерка, недовольная переменой темы.

— Это ты про то, что сами мы в порталы наполовину просунуты, но всё равно открыли новые проходы, — догадалась Маха. — Так что в этом удивительного?

— А ну, все ко мне! — мальчик перешёл на кровать, а девчата полностью «вошли» в комнату и устроились рядом. — Расположились? Смотрите! Вот остров в тихом океане, где мы с Леркой гуляли, — показал он на широкое круглое окно, за которым луна освещала барашки волн. — А вот пустыня Сахара в том месте, откуда мы берём горячий воздух для просушки одежды, — в центре возникло «окно» поменьше, за которым виднелась каменистая пустыня, освещаемая жаркими лучами солнца.

— А если порталы расстеклить? — спросила Лера.

— Давление над уровнем моря выше, чем здесь, то есть воздух с Тихого Океана хлынет в комнату и, поскольку она невелика, станет уходить в Сахару, потому что там примерно такое же давление, как здесь, зато места намного больше. Боюсь, этот ураганчик что-нибудь, да унесёт с собой отсюда, — сказал Васька, закрывая «окошки».

— Думаю, для подобного воздействия не обязательно вкладывать порталы друг в друга, — рассудила Зулька. Можно и два рядом образовать. Так что будем завтра делать с Пнём, — вновь перевела она разговор в деловое русло.

— Ой! А ведь я Стаса пришибить хотела! — воскликнула Маха. — Ой! Держите меня девочки! Впрочем, кажется, я теперь на него совсем по-другому сержусь, — вдруг спохватилась она.

— Ты его за базар-то ответить заставь, — вдруг ухмыльнулся Васька. — Зазови в кино на задний ряд и зацелуй нафиг. Вот это будет по-пацански.

Девчата залились весёлым смехом, но в Махином взгляде промелькнуло нечто шальное, словно чертёнок проглянул на мгновение.

— А, что делать с Пнём, это мы только завтра сообразим, — вздохнула Лерка. — Их компания уже обо всём договорилась и разошлась по домам, так что до утра мы ничего об их планах не узнаем.

— А во сколько вставать? — с кислым выражением лица поинтересовалась Машка.

— На рыбалку обычно отправляются с утра пораньше, — пожал плечами Васька.

— Ёлки, как неохота-то, — Маха изобразила вселенскую скорбь. — Но придётся. Не прощу себе, если пропущу самое главное.

На этом события дня не закончились. Чернокнижник уже пристраивал голову к подушке, когда пришло понимание какой-то необычности в окружающем мире. Он тревожно прислушался и сообразил, что пеленг на Машку идёт с двух направлений. Неужели с ней что-то случилось!?

Прежде всего «заглянул» домой к подруге и чуть присвистнул от удивления — Маха сидела за столом нижней половиной туловища на стуле, при полном отсутствии верхней своей части в поле зрения. Ничего себе видок! Васька аж передернулся: жуть! Как-то он раньше ничего подобного себе не представлял. Хотя, сквозь незанятую туловищем часть портала просачивался свет из другого помещения — Леркиной квартиры, как он уже знал — и слышались голоса:

— Понимаешь, какая штука выходит… Нет, я знаю, что он твой парень, но рядом с ним у меня мигом душа успокаивается и глупости из головы вылетают, — вещала хозяйка того, что сидело на стуле, где-то там вверху. — То есть он на меня правильно влияет, вот.

— Так я не против, пусть влияет, — послышался Леркин голос.

— Значит ты не против, если я буду об него успокаиваться? — просительно продолжила Маха.

— Дело в том, что моё мнение просто не имеет значения. Это уже так и есть, и ничего с этим не поделаешь. Я до выживалки замечала, что он ко мне неровно дышит, и это казалось забавным, но ни капельки не серьёзным. А теперь нас как будто связало что-то, — сверху из портала донёсся вздох.

— Кончайте переживать девчата, — Васька тоже вынырнул туда, где проходило обсуждение столь взволновавших девушек вопросов. — До меня только что дошло, что просовывая тело в портал по частям, можно выяснить, где у нас располагаются антенны. И приёмные, и передающие. То есть, на руках, ногах или на туловище. Просто кому-то следует пеленговать издалека и сравнивать сигналы, идущие с разных сторон.

— Какой же ты, Чернокнижник, весь деловитый и бесчувственный, — вздохнула Маха.

— И чересчур энергичный, — вот и Зулька высунулась из стены. — А завтра, между прочим, рано вставать, — зевнула она и спряталась обратно. Но, через мгновение появилась снова:

— Васька! Сознавайся, что за ерунда пришла к тебе в голову с этими вложенными порталами?

— Не, а чего тут ерундового? Можно между далеко разнесёнными участками атмосферы сделать проход пошире для облаков. Только учитывать, что из области высокого давления воздух пойдёт в область низкого. Дождика подкинуть в зону засухи, или тучи отогнать. Только придумать нужно, где потренироваться, — лицо паренька приняло задумчивое выражение.

— Потом, потом, — замахала руками Машка. — Расходитесь по домам и укладывайтесь. Пень уже четвёртый сон смотрит, а нам его спозаранку пасти.

«Вести» Димку Пенькова начали от двери квартиры. Парень вышел из неё с пустыми руками, но пара карманов у него топорщилась. Спускаясь по неосвещённой лестнице подъезда объект пристального внимания не спускающей с него глаз четвёрки, напоролся на что-то стеклянно забренчавшее, выразительно грохнулся и некоторое время шипел и почёсывался.

— Маха! Это ты ему под ноги пакет с мусором положила? — полюбопытствовала Лера.

— Нет. Кажется, он там сразу стоял.

Следующее приключение Пень нашел, едва вышел на улицу. У него разошлась липучка на правом башмаке, и он поставил ногу на перекладину изгороди детского садика, мимо которого как раз в этот момент проходил. Едва потянулся руками, чтобы поправить непорядок, нога соскользнула и голова пошла вперёд, угодив между прутьями этого самого забора. А вот назад выходить не захотела.

Было забавно наблюдать, как этот телепень пытается освободиться, дергаясь и неприлично вихляя задницей в свете недалёкого фонаря.

Наконец, голова освободилась, оставив по ту сторону слетевшую от усилий вязаную шапочку.

— Я прутик отогнула, — призналась сердобольная Лерка. — А то бы мы так ничего и не узнали. Уж извините, не знаю, кто его так подловил.

Выяснилось, что попадать в ловушку Димке никто не помогал. Он с этим прекрасно справился сам. А теперь, вытащив из лужи колпачок, счищал с него грязь, судорожно роясь в карманах. Маша сжалилась, и подсунула туда пачку бумажных салфеток, которую Пень с удивлением рассмотрел, но использовал по назначению, усеяв окрестности белыми комками.