Анатолий Спесивцев - Азовская альтернатива

Аркадий сделал небольшую паузу, давая возможность казакам обговорить сказанное им. При всей революционности, его предложения, всерьёз жизнь большинства казаков от них не менялась бы.

— Но много посеять вы в любом случае в этом году не сможете. Мало вас. Иначе, с чего б такие сильные воины как вы по камышам от татар прятались?

— А мы не прячемся! — с обидой откликнулся сотник Мурка, приглашённый по воспоминанию Аркадия о его героической смерти.

— Сейчас, да, не прячетесь. Только расспроси опытных казаков, нет среди них таких, которым не доводилось бы прятаться. Значит, первостепенное дело — увеличить здесь население.

— Откуда же мы людей возьмём?

— Будем брать ото всюду, откуда удастся. Главное, чтоб они не были мусульманами, иначе, рано или поздно, перекинутся к нашему самому опасному врагу, турецкому султану. И нельзя брать католиков. Нам ещё не раз воевать с империей и поляками. Когда опасность нашему государству ослабнет, запреты эти можно будет отменить или ослабить.

— А про жидов ты забыл?

Аркадий вздохнул и собрался с силами. Он помнил, какую страшную резню евреям устроили крестьяне и казаки во время хмельниччины.

— Трудный вопрос. Знаю, то, что вытворяют сейчас ростовщики и арендаторы в Малороссии, прощать нельзя. Посему, как только освободим те земли, всех их на виселицу, а имущество в казну. На общее казацкое дело. Вот этот тезис вызвал всеобщее одобрение.

— А остальных жидов, что, миловать? — выкрикнул какой-то незнакомый Аркадию сичевик.

— За что их, ремесленников, например, миловать? Чем они провинились?

— Как чем?!! Они же жиды!

— Ага, вон пан Вишневецкий, или Потоцкий, нашей, кстати, русской крови, вытворяют с хлопами такое, что вспоминать страшно. Так, ты, тоже ведь, русской крови, в его преступлениях виноват?

— Яаа…Ви…но… я не пан! — забуксовал и не смог толком ответить на выпад казак. Идея, что он может нести, хоть какую-то ответственность за страшные преступления Вишневецкого на короткое время ввела сичевика в ступор.

— Так и жид-сапожник, или, там, булочник, тоже не арендаторы. И детишки у них, нередко голодают. Давайте отделять овец от козлищ, как нам Бог велел. Ростовщиков, арендаторов, раввинов их оправдывающих, будем отправлять в ад, где их давно ждут. Остальные, прежде всего их умелые руки, нам самим нужны. Уж очень этих мастеров нам здесь не хватает. Казачьи-то руки больше к сабле и пищали привычны. Ну, ещё к веслу и узде. А работать, кто будет? Может, кто из атаманов желает бросить воинское дело и заняться шитьём сапог?

Никто из старшин таким соблазнительным предложением воспользоваться не поспешил. Но недовольный гул было трудно не заметить. Аркадий добавил последний свой аргумент.

— Я много читал книг по истории. Так вот, довелось мне заметить одну особенность. Те страны, которые изгнали евреев со своей земли, рано или поздно начинали стремительно загнивать. А у нас и страны-то пока нет. Но, ясное дело, давать волю ростовщикам и арендаторам нельзя. Издадим один закон для всех казачьих земель: «Евреям у нас, под страхом смертной казни запрещено давать деньги в рост, или брать землю в аренду.

— Да враги они самые лютые! Резать их без пощады, чтоб и на развод не оставалось! — заорал, брызгая слюной цыганистого вида, с золотой серьгой в ухе, донской казак.

— Лютей татар и турок? И польских панов? Особенно здесь, на Дону. Давайте лучше о самом важном поговорим. О власти.

Аркадий помолчал, осматривая сидящих перед ним людей. Именно они и были властью на казачьем юге. По крайней мере, значительной её частью. И поставленный им вопрос заинтересовал их куда больше еврейского.

— В большинстве стран мира сейчас монархия, то есть наследственная единоличная власть, кое-где, правда, ограниченная. Для Московского государства или Испании такая власть естественна, значит, правильна. Но здесь, среди вольных казаков установить монархию вряд ли получится. Своего царём не признают, каждый из атаманов будет думать: «Почему он, а не я»?

Лёгкий гул согласия с последним высказыванием подтвердил Аркадию, что он, пока, на правильном пути.

— Можно пригласить чужого принца. Ну, как например, как пригласили в своё время бояре королевича Владислава.

Раздавшиеся из «публики» выкрики были сугубо отрицательными и сплошь матёрными.

— Вот-вот, нам только такого не хватает. Заметьте, Россия тех лет была огромным, богатым государством. А у нас вокруг голая степь и людей, как у кота слёз. Значит, оставим гетманов и атаманов. Правильно?

Вот здесь согласие старшины было единодушным и искренним. Нет, каждый из них был бы не прочь пролезть в цари, но позволить это другому? «Дурных нэма, бо повыздыхалы».

— Однако совсем всё по старому оставлять, тоже невозможно. Вот знаю, что на Сечи гетманом выбирают того, чьи сторонники громче проорут, или других кулаками поколотят. Думается, на Дону положение если и отличается, то не сильно? — Аркадий замолк, ожидая возможного опровержения. Его не последовало. Предмет, о котором он сейчас распространялся, старшину живо интересовал, сидели и слушали они его внимательнейшим образом.

— Если увеличить количество казаков, расширить нашу землю, прихватить всю стонущую под панами Малороссию, окрестные земли, а там, может и Крым, то собираться сотне тысяч казаков, несущих, кстати, службу в разных концах огромной земли, будет просто невозможно. Значит, выборы придётся организовывать по-другому. Есть в центре Европы небольшое государство, Швейцария. Его жители дали по шапке своим панам и соседним королям и императорам, когда те их примучить хотели. Вот по образу их государства и стоит, как мне кажется, а вам решать, стоит строить государство здесь. Оно у них из множества кусочков, кантонов состоит. В каждом кантоне живут по своим законам, но и, вроде бы, есть несколько общих, чтоб торговля не страдала. А как появится со стороны внешняя угроза, то другие кантоны идут атакованному врагами на помощь. Предлагаю организовать государство из четырёх казаческих, отдельных государств. Запорожского, Донского, Терекского и Гребенского. Правда, Малые ногаи у нас будут торчать, как чирей на причинном месте.

— Дак их же крымский хан в Крым, к себе свёл! — удивился Татаринов.

— Что, Сальские степи сейчас свободны?

— Ну, шастают там, конечно, разные людишки, но татар сейчас там нет.

— Так это же прекрасно! Только вот, удержать их пустыми казакам долго не удастся. А значит, нужно там подселить кого-то другого, не татар. Иначе, если не ногаи вернутся, то новые татары из азиатских степей набегут.