Виктор Кривопусков - Мятежный Карабах

В штабе Комендатуры РЧП, по негласному указанию генерала Сафонова, такие данные официально не подтверждали. Но из разговоров с заместителем начальника штаба полковником Шевелевым я понял, что в штабе знают о многочисленных бесчинствах новоявленных омоновцев. Более того, как Шевелев сказал, эти летучие омоновцы войсковиков уже изрядно достали и, если бандитов не уберут, произойдет неминуемая стычка.

[стр. 116] Виктор Кривопусков

– Почему Комендатура не пресекает действия незаконных азербайджанских формирований на территории района чрезвычайного положения? – спросил я полковника Шевелева.

Последовал многозначительный кивок в сторону кабинета генерала Сафонова.

Мы с Гудковым поняли, что, кроме нас, разрешить сложившуюся ситуацию с омоновцами некому. Провели совещание руководства группы. На нем кроме полковника Гудкова и меня присутствовали три заместителя руководителя СОГ МВД СССР: по розыскной работе – полковник Ткач, по следствию – полковник Пашков, по политической работе – подполковник Журавлев. Решили проверить действия омоновских групп собственными силами непосредственно на местах. Для чего надо было через территориальные органы внутренних дел войти в контакты с этими группами, полнее установить численность, принципы формирования, поставленные задачи и т.д. И, конечно, следовало провести рейд по районам, прилегающим к границам НКАО.

Организовать и возглавить рейд вызвался полковник Ткач. Гудков сразу с этим согласился. Долгие годы они служили вместе в Главном управлении уголовного розыска МВД СССР, участвовали в расследовании многих преступлений, в том числе и недавних погромов в Сумгаите и Баку. Об этом храбром сыщике, удивительно мужественном человеке, которому довелось побывать под бандитскими ножами и пулями, ходили легенды. Помощников для этого рейда Василий Семенович отбирал сам из добровольцев: знал, что направляются не в обычную командировку. В группу Ткача вошли: старший уполномоченный Восьмого управления МВД СССР, майор милиции Вячеслав Леонидович Блохин и водитель нашей центральной автобазы младший сержант милиции Валентин Коноваленко. Выехали они на автомашине УАЗ-469 с воронежскими номерными знаками, талонами на бензин и командировочными деньгами из расчета 2 рубля 60 копеек в сутки.

Нашей рейдовой группе потребовалось несколько дней, чтобы объехать намеченные районы вдоль границы НКАО. Их командировка была негласной и потому оказалась полна

[стр. 117] Мятежный Карабах

неожиданностей, приключений, нередко самых опасных. Мы не могли, как это следовало бы, информировать ни МВД Азербайджана, ни даже районные и городские отделы милиции о направлении наших сотрудников в зоны их полномочий, тем более – согласовать программу взаимодействия с ними. Не попросили разрешения на эти действия и у своего московского руководства. Весь риск за проведение операции брал на себя руководитель СОГ полковник Гудков. Прикрытием для группы было, якобы, поручение о сборе дополнительных материалов по расследованию ранее совершенных преступлений. Нашим сотрудникам приходилось разными путями и средствами получать сведения об опасных нелегалах, выслеживать их и под разными предлогами вступать в контакт, действовать смело и изобретательно. В одном из районов омоновцы, несмотря на высокие чины представителей МВД СССР, пытались разоружить группу, завладеть автоматами Калашникова и пистолетами Макарова. В другом – пришлось ночью бежать от задержавших их омоновцев, применяя оружие.

Как показал конспиративный рейд нашей группы, в Азербайджанской ССР действовало несколько десятков незаконных, вооруженных автоматами омоновских групп. Днем они отсыпались в специальных базах-лагерях на территории азербайджанских населенных пунктов, а ночью нападали на армянские села, животноводческие фермы, бесчинствовали на дорогах, убивали, грабили. Были случаи, когда убивали и грабили и азербайджанских жителей.

Сведения, собранные нашими товарищами, оказались просто ошеломляющими. Они не только подтвердили известные ранее факты, но и практически раскрыли незаконные действия МВД Азербайджана, а значит, руководства республики по использованию преступных вооруженных формирований против армянского населения Карабаха. Своими террористическими вылазками, убийствами, поджогами, угоном скота эти бандиты создавали для армян нетерпимые условия, обостряли межнациональный конфликт.

Полковник Ткач сообщил Гудкову и мне о существовании утвержденного Муталибовым секретного плана депортации армянского населения из бывшего Шаумяновского

[стр. 118] Виктор Кривопусков

района. Чуть позже он негласно передаст мне две фотокопии этого плана, добытого из сейфа одного высокопоставн ленного уполномоченного МВД республики. Эти и многие другие факты следовало немедленно довести до сведения руководства МВД СССР. Задача, при всей кажущейся простоте, была совсем не легкой. Наша СОГ, несмотря на самостоятельность и независимость от республиканского Оргкомитета и командования РЧП, не имела собственных средств связи с Москвой. При направлении в Центр любой информации мы прибегали, как правило, к услугам связи УВД НКАО или Комендатуры РЧП. А это означало, что любая мало-мальски важная информация могла быть отправлена в Москву только с согласия их руководства.

Данные, которыми мы теперь располагали, конечно же, позволили по-новому увидеть проводимую азербайджанским руководством межнациональную политику в НКАО и высветить одностороннюю проазербайджанскую позицию Оргкомитета по НКАО. Факты откровенно свидетельствовали и о потворнических действиях генерала Сафонова как Коменданта РЧП, широко использующего внутренние войска против армянского населения. Несомненно, полученные данные полностью меняли картину, рисуемую для Москвы каждодневными сводками. Раскрыть союзному руководству истинное положение дел в Карабахе было просто необходимо, и делать это полагалось как можно скорее.

Добросовестно поломав голову, мы решили использовать помощь генерала Ковалева. Предлог был найден достаточно подходящий. В эти дни истекал срок моей работы над поручением начальника моего Управления генерала Воронова по проверке фактов, указанных в правительственной телеграмме народных депутатов СССР от НКАО Зория Балаяна, Валерия Григоряна и Бориса Дадамяна об отсутствии в НКАО конституционной власти, блокаде автодорог, вооруженных ограблениях армянских сел и т.д.

Служебную записку в Москву в связи с телеграммой народных депутатов, подготовленную и отпечатанную мной собственноручно, чтобы избежать возможной утечки информации, формально, как требовалось тогда, по субординации должен был подписать начальник УВД области гене[стр. 119] Мятежный Карабах