Владимир Самошкин - Хроника Антоновского восстания
В отличие от кавбригад, автобронеотряды сильно задержались и прибыли в назначенный им пункт сбора – железнодорожную станцию Сампур – лишь к вечеру 14 июня. А к ночи кольцо советских войск плотно сомкнулось вокруг Каменского района. С севера и юга выходы из него блокировали шесть полков 10-й стрелковой дивизии Федора Петровича Кауфельдта. С востока на Каменку нацелились кавбригады Г. И. Котовского и М. П. Ковалева, а с запада – три автобронеотряда.
На рассвете 15 июня красные решительно атаковали район Каменки. Но, как это не раз случалось в истории антоновщины, повстанцев там не оказалось. Лишь к 10 часам утра удалось выяснить, что противник в составе четырех полков под общим командованием некоего Константина Васильевича Машкова еще в ночь на 14 июня скрытно покинул занимаемый район и двинулся на юг, в Борисоглебский уезд. Не вдаваясь здесь в подробности, заметим лишь, что главная вина за то, что красные так позорно "проморгали" уход антоновцев из района Каменки, лежит на Г. И. Котовском, которому командующий войсками Тамбовской губернии М. Н. Тухачевский лично поручил наблюдение за всеми передвижениями мятежников.
Несмотря на наличие огромного, протяженностью в шесть километров обоза с семьями повстанцев, Машкову удалось каким-то образом проскользнуть без единого выстрела между блокировавшими Каменский район с юга двумя полками 10-й стрелковой дивизии и утром 14 июня также безнаказанно перейти у станции Терновка железнодорожную ветку Грязи – Поворино. К вечеру этого же дня повстанческое соединение Машкова /1500 сабель при 4 пулеметах/ остановилось на ночлег в последнем тамбовском селе Костино-Отделец. Далее простиралась узкая полоска Новохоперского уезда Воронежской губернии, отделявшая Тамбовщину от недавно образованной Царицынской губернии, куда и держали свой путь антоновцы.
Узнав об этом, Уборевич лишь в одиннадцатом часу утра 15 июня с двадцатью боевыми машинами из всех трех бронеотрядов устремился в погоню за перехитрившим его Машковым. Вслед за бронемашинами выступила и конница Особой сводной группы. Но кавбригады не могли угнаться за автомобилями и сразу же начали отставать.
Догнать в тот день Машкова не удалось, и с утра 16 июня Уборевич продолжил преследование антоновцев силами одних бронеотрядов. Около шести часов вечера бронеотряды настигли повстанцев в Васильевке /Поспеловке/, что у слияния рек Карачан и Хопер. Появление бронемашин застало антоновцев в самый неподходящий момент: они только что начали переправу своего гигантского обоза с семьями на левый, поросший густым лесом берег Хопра.
После первых же пулеметных очередей, выпущенных ворвавшимися в село броневиками, на переправе началась невообразимая паника. Отчаянная попытка арьергарда антоновцев во главе с К. В. Машковым сдержать напор бронемашин успеха не имела. Через полчаса, потеряв до 150 человек убитыми и ранеными, бросив обоз и последние четыре пулемета, повстанцы беспорядочными толпами бросились к Хопру, ища спасения на другом берегу.
В вечерних сумерках около 1200 антоновцев собрались в лесу за Хопром. Ввиду того, что сраженный пулеметной очередью Машков остался лежать в Васильевке, общее командование повстанцами принял на себя командир 1-го Каменского полка Александр Васильевич Богуславский, который тут же объявил собравшимся о своем решении продолжать движение на юг. Раненный. но не убитый в Васильевке К. В. Машков сумел каким-то образом скрыться с места боя и даже вернуться на Тамбовщину. Убедившись за время выздоровления в бесперспективности дальнейшей борьбы, он 28 июля 1921 года явился с повинной в соответствующие органы советской власти.
В 4 часа утра 17 июня антоновцы перешли у станции Калмык железнодорожную ветку Лиски – Поворино и взяли курс на станицу Урюпинскую. Но уже около 10 часов утра у хутора Мохового /25 километров севернее Урюпинской/ их настиг и атаковал бронеотряд № 52. Вскоре к месту схватки подоспели и два Других автобронеотряда. А в результате состоявшегося затем шестичасового побоища, происходившего на совершенно открытой местности, 7-й Тамбовский и 20-й Особый повстанческие полки были почти полностью истреблены. Погибли и оба их командира – Яков Федорович Вислобоков и Федор Петрович Тюков. 1-й Каменский и 5-й Пановский полки тоже понесли большие потери, но все-таки сумели добраться до Хопра и переправиться на правый берег, тем самым оторвавшись, наконец, от преследовавших их бронемашин.
Утром 18 июня автобронеотряды возобновили поиск противника, и около полудня группа бронемашин, ведомая самим И. П. Уборевичем, обнаружила в десяти километрах севернее станицы Урюпинской остатки 1 -го Каменского полка – не более 250 всадников.
В это же самое время, как выяснилось позже, уцелевшая часть 5-го Пановского полка /около ста всадников/ во главе со своим раненным накануне командиром К. И. Барановым уходила все дальше на запад от Хопра. Затем, разбившись на мелкие группы, отряд Баранова стал тайком пробираться на Тамбовщину. Далеко не все из пановцев вернулись живыми в родные села. Но и большинство из вернувшихся не захотели больше браться за оружие, а попрятались по укромным уголкам. На этом в основном и закончилась история 5-го Пановского повстанческого полка. А последнюю точку в ней поставили сами бывшие мятежники, убив 7 июля 1921 года никак не желавшего "замириться" Константина Ивановича Баранова.
Судьба же антоновцев из 1-го Каменского полка сложилась иначе. Окруженные в жиденьком прихоперском лесочке они. надо признать, сражались поистине с отчаянием обреченных. И неудивительно: ведь каменцам было уже известно, что всех взятых или даже сдавшихся в плен повстанцев бронеотрядники Уборевича все равно расстреливают после короткого допроса.
К четырем часам дня 18 июня у каменцев, зажатых бронемашинами на небольшом пятачке у Хопра, кончились патроны. Узнав об этом, экипажи остановили свои машины под охраной пулеметчиков и начали углубляться в лесок, уничтожая попадавшихся на пути антоновцев огнем из винтовок и револьверов. С каждой минутой положение мятежников становилось все более критическим. К тому же им нельзя было появиться и на хоперском берегу, так как с противоположного берега по ним сразу открывали стрельбу человек тридцать местных казаков, добровольно вызвавшихся помочь Уборевичу в разгроме антоновцев.
В пятом часу вечера около сотни еще оставшихся в живых повстанцев во главе с раненным в ногу Богуславским предприняли отчаянную попытку прорваться в конном строю сквозь цепочку въехавших в лес бронемашин и поискать спасения в чистом поле. Возможно, эта затея Богуславского и не была лишена смысла, но каменцам явно не повезло. Именно в том месте, которое они выбрали для прорыва, на их пути оказались два броневика и легковой бронеавтомобиль самого Уборевича. Встреченные шквальным пулеметным огнем в упор, антоновцы в ужасе повернули обратно, и очумело бросились в Хопер. Лишь нескольким каменцам удалось выбраться на левый берег и, избежав казачьих пуль, ускакать в поле. В числе этих счастливчиков оказался и Богуславский.