Петр Донцов - Николай I - попаданец

- Высоко берут, - заметил Игнат, шагая возле Василия. Еще через мгновение Игнат застонал, поймав пулю в плечо. Его буквально развернуло и бросило на землю. Но Василий, будто не замечая выбывшего товарища, продолжал идти вперед, стараясь попадать в такт барабану. Место Игната тут же занял другой. Оглянувшись, Василий увидел, что это Николай из его роты. Из-за выстрелов все вокруг заволокло дымом, но судя по тому, что персы стреляли нечасто, Василий понял, что артиллеристам удалось подавить часть вражеских орудий.

Дам рассеялся практически у самых персидских позиций. Нижегородцы едва успели выстрелить, не целясь, как на них, с криками «Алла», навалились синие мундиры. Солдаты едва успели сомкнуть строй, взяв в штыки напиравших сарбазов. Через голову Василия полетели небольшие ядра. Это подоспевшие гренадеры, дав разгореться фитилям, посылали свои смертельные подарки в ряды тесно сбившихся перед русским строем персов.

Взяв на штык наседавшего сарбаза, Василий отбил удар сабли другого и, увидев что Николай, атакованный каким-то бешеным персом, с трудом сдерживал его натиск, ударил того в бок штыком. Шаг за шагом нижегородцы продвигались к гребню холма, стараясь держать строй перед превосходящим неприятелем. Сарбазы держались недолго. Увидев, что их орудия затихли, они запаниковали и прекратили сопротивление. Вскоре неприятель сложил оружие по всему фронту и лишь в деревне, несколько сотен самых отчаянных продолжали сражаться. Но глиняные стены не смогли устоять перед двенадцатифунтовыми ядрами и шрапнелью; через час выстрелы затихли и там.

Вечером Василий зашел навестить Игната в лазарете. Тот лежал бледный, но бодрый. Все его плечо и верхняя часть тела были перебинтованы. Внутри палатки было темно, и лишь несколько свечей тускло мерцая, освещали лица и силуэты раненных солдат.

- Привет, Игнат, как ты? - спросил Василий товарища.

- Ничего, - ответил тот, - дохтур говорит, что рука заживет, благо пуля прошла навылет, главное, чтобы лихоманки не было.

- Поручик сказал, что вас завтра домой пошлют. А там, глядишь, и война закончиться.

- Да уж, - усмехнулся Игнат, - я свое отвоевал. А потом, немного смутившись, он спросил:

- Ты енто, Вась, можешь проверить, мой платок все ешо в кивере? А то мне шевелиться нельзя. Тот, порывшись в вещах товарища, ответил:

-Тута он. Не волнуйся.

- Ты мне его в ранец засунь, а то мало ли что. Василий, сложив платок в ранец, сказал:

- Вот теперича порядок, а мне уже идти пора, а то фельдфебель всего пять минут дал. Так что прощавай. Увидимся дома, - Он пожал здоровую руку товарища и вышел из палатки.

На следующий день корпус продолжил свой поход к Тевризу, войдя в город через три дня после битвы.

Абасс-Мирза вторгся в Русский Азербайджан в конце июня 1826 года, во главе сорокатысячного войска. Зная, что русские располагают только десятью тысячами штыков, разбросанных по приграничным гарнизонам, он рассчитывал одним сильным ударом захватить Тифлис и отбросить русских за Терек. Если честно, даже учитывая столь большую разницу в силах, планы Абасс-Мирзы казались мне чрезмерно амбициозными. Но он был молод и имел под своим началом армию, модернизированную и вооруженную под европейскую. Вот и захотел молодой принц испытать ее на деле и добыть, так сказать, «славы на поле брани».

Князя Меншикова, посланного умиротворить персов, посадили под арест. На Востоке это означает объявление войны. Поэтому последние сомнения отпали. Благо к войне мы подготовились заранее. Чего не знал Аббас-Мирза, так это того, что еще за год до войны я убедил Александра создать отдельный корпус на случай войны на Кавказе. Так как военные приготовления персов и османов были довольно явными, брат согласился. Таким образом, за год, в районе Ставрополя-Кавказского мы сосредоточили двадцать пять тысяч штыков и сабель при пятидесяти стволах артиллерии. Так же были увеличены запасы пороха и фуража. При надобности, этот корпус мог быть за месяц переброшен на театр военных действий. Тогда еще капитан Гофман, со своим малым генштабом разработал варианты ведения боевых действий, рассчитав маршруты движения войск и приготовив подробные карты приграничных ханств по обеим сторонам границы. Недаром, все офицеры генштаба лично побывали на Кавказе, проводя исследования на месте. Кроме этого, в помощь генералу Ермолову я послал пять тысяч штыков подкрепления и несколько казачьих эскадронов.

После обсуждения окончательного плана боевых действий с генералом Паскевичем, мы решили, что как только земля подсохнет двинуть корпус к Елисаветполю, недалеко от персидской границы. Это место подполковником Гофман выбрал не случайно. Оно прикрывало дорогу на Тифлис, и в случае изменении обстановки позволяло быстро перебросить войска восточнее в сторону Баку, или контратаковать в направлении Эриванского ханства и Тебриза.

Таким образом, в мае 1826 года двадцатитысячный корпус был сосредоточен в Елисаветполе, на направлении предполагаемого главного удара. Пятитысячная дивизия под командованием генерала Валериана Григорьевича Мадатова - талантливого генерала, армянского происхождения, располагалась восточнее, с указом: действовать по обстановке. У Алексея Петровича Ермолова в наличие имелось пятнадцать тысяч штыков и сабель, остальные были разбросаны по гарнизонам. Приграничная крепость Шуша, усилилась полубригадой пехоты, с которой подвезли запасы пороха и провианта.

Строя планы я преследовал две цели: разгромить персидскую армию, дабы им и впредь неповадно было нападать на Россию и при этом показать их соседям - османам мощь и выучку русской армии, чтобы и они еще раз подумали, стоит ли с нами воевать. Вторая цель состояла в выявлении местных нелояльных элементов. Территория русского Азербайджана была присоединена относительно недавно, после заключения Гюлистанского мирного договора в 1813 году. По его итогам к России отошли земли с многочисленным мусульманским населением. Часть бывших местных князьков, ханов и торговцев потеряли свои привилегии, что им очень не понравилось. Вдобавок некоторым не нравилось жить под рукой православного государя, да и порядок насаждавшийся генералом Ермоловым жесткой рукой, многим не нравился. А посему они симпатизировали персам и в случае войны могли образовать пятую колонну. Имена некоторых из них мы знали, но большинство должны были проявить себя во время вторжения персидских войск.

Поэтому, в соответствии с планом подполковника Гофмана предусматривалось: в случае вторжения, дать персам возможность, немного продвинуться вглубь русской территории и осадить крепость Шушу. Гарнизон Шуши увеличили заранее и пополнили запасы в крепости. Этот эфемерный успех должен был подтолкнуть местных сепаратистов выступить заодно с персами и дать нам возможность от них избавиться по законам военного времени.