Сергей Симонов - Цвет сверхдержавы – красный. Дилогия

   Специалистам «Локхида» удалось поднять максимальный потолок U-2 с 65000 до 70000 футов, т. е. до 21000 метров. Теперь стационарная система ПВО Москвы действительно не смогла бы его достать. Но Даллес не знал, что в СССР уже испытывается мобильный ЗРК С-75 с досягаемостью по высоте 30000 м.

   Президент сначала противился нажиму Даллеса, не без основания опасаясь, что если русские сбили U-2 один раз, то могут сбить и снова. С другой стороны, обычным разведчикам периодически удавалось внаглую прорываться на несколько сотен километров вглубь территории СССР, особенно на Дальнем Востоке и на Крайнем Севере над Сибирью, прежде, чем перехватчики успевали долететь до этих отдалённых районов.

   Удачный прорыв английской «Канберры» в 1957 году, когда она долетела до Баку, навёл американских военных, а затем и самого Эйзенхауэра на мысль, что в действительности ПВО «красных» и над европейской частью СССР не настолько грозна и непроницаема. (В реальной истории 4 по 9 июля 1956 г. высотными разведчиками было осуществлено 5 прорывов глубиной до 150-350 км по маршрутам: Гродно-Минск-Вильнюс-Каунас-Калининград; Брест-Пинск-Барановичи-Каунас- Калининград. В АИ 5 июля 1956 был сбит U-2, поэтому состоялся только один полёт «Канберры» 4 июля 1956, после чего полёты были приостановлены. ) Да и RB-47, постоянно «щупавшие» советские северные границы, обычно уходили безнаказанными. Хотя и не всегда.

   18 апреля 1955 г в районе островов Беринга и Камчатки два МиГ-15 капитана Короткова и лейтенанта Сажина перехватили RB-47. Коротков атаковал, американский разведчик рухнул в море, экипаж не нашли. Оба наших лётчика были награждёны орденами.

   В том же горячем июле 1956-го в районе мыса Находка группа МиГ-15 обстреляла американский P2V-7 «Нептун». Разведчик сел на воду и затонул, погиб один член экипажа, остальных вытащили американские спасатели, видимо, приводнение было уже в нейтральных водах.

   Были удачные перехваты и позже, в 1958-м и 60-м, о них ещё будет сказано. Пока же президент медлил – посылать очередного пилота на смерть не хотелось. Но, помимо Даллеса, на него начали давить и военные. В конце концов, Эйзенхауэр санкционировал проведение в августе 1957 г. разведывательной операции, получившей наименование «Soft Touch».

   Предполагалось в период с 5 по 28 августа предпринять несколько разведывательных полётов из Лахора, в Пакистане, куда перебазировался отряд «В», для фотографирования советских ракетных полигонов.

   К проведению операции «Soft Touch» готовились и в СССР. О прорыве «Канберры» в 1957 г точной информации в «документах 2012» не было, отчасти потому её и не удалось перехватить. Ну и вообще, «Канберра» – цель довольно сложная для перехватчиков того времени. А вот по всем полётам U-2 списочек с датами и целями имелся, хотя и на английском (http://www.spyflight.co.uk/u2.htm) Кусочки этого списка Иван Александрович Серов и выдавал периодически Сергею Семеновичу Бирюзову под видом агентурных данных.

   Разумеется, и агентурные данные, если таковые были, тоже учитывались. Но с агентурой в Пакистане было пока сложно, потому приходилось уповать на список.

   Ещё в январе Никита Сергеевич просил Грушина и Расплетина ускорить передачу комплекса С-75 на полигонные испытания. Задолго до их начала, с января 1957 г было развёрнуто серийное производство основных компонентов комплекса. Для обеспечения ускоренного оснащения войск зенитной ракетной техникой в 1957 г. промышленности страны предстояло выпустить наземные средства для комплектования 40 позиций ЗРК и 1200 ракет В-750. (Реально так и было, см. http://pvo.guns.ru/s75/s75.htm) Более того, в том же январе ракетой В-750 был сбит Ил-28, переоборудованный в мишень для испытаний другого, «московского» комплекса С-25. Сбили в общем-то вне плана, но именно сбили, а не случайно попали.

   Грушин и Расплетин и сами хотели бы опробовать новый комплекс на реальной цели. Поэтому они несколько ускорили работы, составили более сжатый план экспериментальной отработки. С апреля 1957 г. (в реальной истории – с мая) началась отправка на полигоны первых партий аппаратуры и отдельных боевых средств серийных комплексов СА-75. В октябре 1957 г. планировалось поставить на совместные испытания серийный комплекс СА-75 в полном составе. Но уже в июле (в реальной истории – в августе) начались полигонные испытания опытных образцов. Отличие было в том, что испытания проводились сразу на двух полигонах – в Капустином Яре и на Байконуре. Идея заключалась в создании ракетной засады на обеих основных целях для американских U-2.

   Королёву сама идея соседства зенитчиков с его ракетами поначалу активно не нравилась.

   – Где гарантия, что их изделие не полетит куда не надо? – возмущался Сергей Павлович. – Ракеты, они, знаете, вообще любят гоняться за своими создателями!

   Но приказ есть приказ, тем более – исходящий с самого верха. Зенитчики разместились несколько в стороне от старта «семёрки». Было развёрнуто сразу три опытных комплекса, прикрывавших старт Р-7 с юга, юго-запада и юго-востока. Зоны поражения комплексов частично перекрывались. Когда маршал Бирюзов по указанию Хрущёва показал Сергею Павловичу схему расположения ЗРК и ожидаемого маршрута U-2, Королёв, усмехнувшись, покачал головой:

   – Да тут, Сергей Семёныч, и мышь не проскочит, не то что американы.

   Хрущёв не был бы Хрущёвым, если бы не попытался извлечь из ситуации пропагандистскую выгоду. Совсем недавно, после испытаний Р-7 Королёв показывал ему фильм, снятый кинотелескопом КСТ-80, где было показано разделение ступеней ракеты на большой высоте. Готовя операцию по перехвату U-2, Никита Сергеевич мигом смекнул, что раз противник идёт на Байконур, то можно попытаться следить за ним не только радарами, но и кинотелескопом.

   Наводить ракеты КСТ-80 не умел. Зато снять с большой дальности во всех подробностях их попадание в цель – мог. Хрущёв попросил Королёва организовать наблюдение за разведчиком, пояснив, что его интересуют результаты ракетной стрельбы.

   – Вы только представьте, Сергей Палыч, какого ежа в штаны мы американам подложим, когда они начнут врать, что их самолёт случайно заблудился и потерпел аварию над нашей территорией, – сказал он. – А мы всему миру по ONN фильм покажем, как мы его сбили, да ещё и обломки предъявим, как в прошлом году, с серийными номерами. Не отвертятся! И нашему народу покажем, какое грозное оружие у нас имеется. Чтоб свои гордились, а враги боялись!

   Так как радиолокатор 6-сантиметрового диапазона с фазированной антенной конструкции Юрова и электронным сканированием ещё отрабатывался (АИ), для скорости Расплетин предложил сделать станцию наведения ракет 10-сантиметрового диапазона, на уже хорошо освоенных промышленностью лампах.(А это уже факт, первоначально система с 10-см СНР называлась СА-75 «Двина») У этой станции ещё не было аппаратуры селекции целей и системы электронного выстрела. Зато СНР была сделана быстро и уже с апреля 1957 г. она проходила отдельные испытания. (http://pvo.guns.ru/s75/s75.htm) С июля начали пуски ракеты В-750 в замкнутом контуре управления. (В реальной истории — с августа)