Василий Каталкин - Малец

  - Дядька Данила, - зашептал я ему в ухо, - у ручья кто-то есть.

  - Уверен? - Казак попытался рассмотреть как ведут себя кони, это и понятно, они первыми реагировали на чужаков. Но впотьмах не с его глазами.

  - Буди Брагу. - Принял он решение, тихо скользнув к тропке, ведущий к ручью.

  Брага не то, что сомневаться не стал, вообще приказал без разговоров будить всех. Должен сказать, что служба у казаков на высоте, люди не вдаваясь в подробности брали оружие и пробирались под прикрытие деревьев. Вернулся Данила, он приблизился к вожаку:

  - Есть там кто-то, - зашептал он ему на ухо, - Васька, правильно сказал, а сколько, на слух пока определить не смог.

  - Васька, - тут же позвал казак, - у тебя слух острый, давай на тропу.

  - Не, поздно уже, - отбоярился я от высокой чести, стать жертвенной пешкой, - двое ближе к нам подошли, шагов с полсотни, вон кони ушами стригут, и у самого ручья еще сколько-то есть.

  Вожак поглядел в небо, луна уже склонилась к горизонту:

  - Сейчас не нападут, - уверенно заявил он нам, - будут ждать когда луна сойдет.

  Хм, а луна закатится за горизонт через полчаса, значит, эти полчаса у нас есть.

  - Пусть Никша готовит пищаль с дробом, - сразу отдал мне приказ Брага, - да при нем останься, он на ухо туговат.

  Никша, по моему мнению, не только на ухо туговат, он еще и слеповат, это я понял по тому как он без мой помощи не мог и шагу сделать, совсем в темноте ничего не различает, хотя не так уж и темно. А может быть у него куриная слепота, по весне многие страдают от недостатка витаминов. Кое-как с моей помощью ему удалось зарядить свою пищаль и запалить фитиль. Ну и древность, насколько мне известно, везде уже использовались кремневые замки.

  - Васька, подь сюда, - тихо позвал меня Брага, - слышишь чего?

  - Да, и вижу тоже. Один там же стоит, из-за ели на нас пытается пялиться, но сомневаюсь, что нас видит - шапку снял, ушами как конь стрижёт. Второго нет, у ручья какая-то возня.

  - Ага, - пришел к каким-то своим выводам вожак, - Никшу пристрой за возком против тропинки, как заварушка начнется, пусть пальнет. А сам ко мне назад, здесь твой слух и глаз надобен, а то ничего не разобрать.

  Казака с пищалью я, как и приказывали, усадил напротив тропинки и четко фиксировал пищаль, чтобы тот понял куда именно надо стрелять.

  Атака последовала чуть раньше, чем скрылась луна, оно и понятно совсем по темну можно было вообще мимо бивака проскочить, к этому времени основная масса нападавших сгруппировалась около двух разведчиков, которые с самого начала наблюдали за нами, ну или думали, что наблюдали. Вот они голубчики, прямо толпой ринулись в нашу сторону, на этот раз кони не подвели и достаточно громко всхрапнули, да и шума от толпы было изрядно.

  - Сколько? - Только спросил меня Брага.

  - Вроде девять, - ответил я, хватаясь за стрелу

  Сначала оглушительно бухнула пищаль, в створ тропинки Никша попал, но это единственное видимое его достижение, как бежали на нас в атаку, так и продолжали бежать, никто не упал. Потом я начал работать стрелами, другие и не думали браться за лук - ничего не видели в темноте. До того как основная масса вступила в ближний бой, тремя стрелами успел попасть только в двоих, но как-то неудачно, вроде бы и ранил, а внешне это никак не проявилось. Хотя для меня это достижение, по движущей цели я еще ни разу не стрелял. Двоих особо резвых ударами сабли срезал Брага, с остальными казаки расправились удивительно легко, просто шагнули из-за прикрытия деревьев и приняли тушки на копья. Все действо заняло не более минуты. Э... , нет, я понимаю, что казак это казак, его с детства учат воевать, поэтому перед простым мужиком он имеет подавляющее преимущество, но на что надеялись нападавшие, ведь их как кутят.

  - Пали смолянку. - Скомандовал Брага. Смолянка, это нечто типа факела из пропитанной смолой грубой пеньки, горит долго и ярко. - Идем к ручью.

  - Стрелой на свет посекут, - высказал кто-то опасение.

  - Правильно, - остановился вожак, - тогда двигаем к реке, чтобы уйти не смогли.

  При свете смолянки рассмотрели тех, кто имел счастье с нами связаться. Теперь все стало на свои места, видимо это какая-то местная банда, никакие они не вояки, хотя храбрости им не занимать, ведь ни один не кинулся назад после грохота пищали. Или это не храбрость, а дурость, напасть вот так, ночью, на казаков, у которых служба в крови... Кстати, у одного точно от моей стрелы отравление приключилось, видимо в запарке не заметил смертельного ранения, так и повис на кустах на границе нашего лагеря. Через некоторое время, казаки ушедшие в сторону реки, вернулись к лагерю со стороны ручья и привели двоих разбойников. Привели - это я немного приукрасил, притащили, причем один был явно не в товарном состоянии.

  В эту ночь уснуть мне так и не довелось, потому как допрос 'языков' длился до самого утра, а несознательные подследственные боль пыток молча терпеть не умели. Как выяснилось, храбрость разбойников была не естественного происхождения, прежде чем идти на дело, они приняли по чарке настойки. Интересно, чего там в той настойке намешали, что она напрочь мозги отшибает?

  Вместо запланированных двух дней у реки мы проторчали четыре, во-первых: после нападения служивый люд решил устроить себе отдых, во-вторых: посетили место дислокации ночных визитеров на предмет материальной компенсации, ну а в-третьих: пришлось заполнять солью еще двое саней из четырех, которые нам любезно предоставила банд группа. Теперь наш обоз состоял из восьми саней, и еще одной навьюченной лошади, ну не могли же казаки не прислушаться к своей жабе, а она у них большая, зеленая, пупырчатая. Даже меня посадили за вожжи. Эксплуататоры.

  Добычу делили перед Иркутским острогом, дожидаясь сумерек, негоже было появляться с грузом в слободе днем, и так лишних глаз хватает. По прежнему договору мне полагалась одна двенадцатая с добычи, менять договоренность не стали, вот только от вещей, взятых у бандитов, я отказался. Соли я тоже много брать не хотел, не по соседям же ее раздавать, враз заложат, поэтому порешили, что мне достанется кобыла и три мешка соли, половина одного из них уйдет Никше, за то, что он до лета приютит у себя мое будущее средство производства средств производства. Кстати всю соль тоже пришлось оставить там же, секретность - будь она не ладна. Теперь придется брать соль по мере необходимости 'дабы по недомыслию своему не подвести сродственников', во как, никакого такта у людей, все-таки напомнили мне кто я есть, а если захочу продать, или поделиться с кем, то тоже через Никшу, дабы... Ну, понятно в общем, взяли под жесткий контроль, в будущем двадцать раз подумаю, прежде чем с казаками связываться. Хотя..., ну куда я денусь? Если шире смотреть, то можно сказать, обошлись казаки со мной по-доброму, поделились более чем честно, по их понятиям, естественно, все-таки сирота я ... казанская, то есть иркутская. Эх , слезу бы пустил, пожаловался на долю сиротскую, да не стану, потому как пока совсем неплохо получается выруливать.