Александр Абердин - Десант в прошлое

Мамзель быстро всё поняла и даже не стала мне возражать, так что мне не пришлось ей ничего объяснять дважды. Выйдя из её спальной, я на всякий случай закрыл дверь на ключ и пошел спать, хотя мы и отправились в прошлое утром. Просто в ту ночь никто так и не смог заснуть, а потому думаю, что в эту все мои друзья, кроме тех, кто очутился в Северной и Южной Америке, спали крепким сном. Во всяком случае я точно уснул практически сразу и проспал бы до полудня, но рано утром, едва только рассвело, меня разбудили громкие крики друзей, ворвавшихся в мой дом. Хотя нет, часы, высотой чуть ли не до потолка, уже показывали половину восьмого. Едва я успел встать с кровати и надеть халат, как двустворчатые дубовые двери распахнулись и четверо молодых обормотов влетели в спальную. Первым меня обнял Мишка, ставший теперь Николенькой, мы же были так прекрасно молоды, и истошно завопил:

— Колобок, мы прорвались! Теперь валерикам ***дец!

Ну, что же, я был с ним полностью согласен и предложил немедленно всё отметить покупкой новых автомобилей. Как раз незадолго до этого дня в Москву, в Генеральное представительство компании "Даймлер-Моторен-Гезельшафт", было завезено два автомобиля "Мерседес-Симплекс 60 PS". Этот автомобиль на тот момент был, несомненно, самым лучшим в мире. Друзья, приехавшие ко мне на извозчиках, согласились, но мне сначала нужно было окончательно разобраться с неверной женой и потому я первым делом послал прислугу за адвокатом и велел кухарке накрыть стол к завтраку. После этого я зашел к Элен, чтобы удостовериться, не сбежала ли та. Моя жена сидела у окна мрачная и молчаливая. На моё приветствие она не ответила, а я не очень-то и хотел разговаривать с ней. Сказав, что скоро прибудет адвокат, я вышел и отправился вместе с друзьями вниз, в столовую, окна которой также выходили в сад.

Пока мы завтракали, приехал адвокат и я, оставив друзей, поднялся в кабинет на третьем этаже, попросив прислугу известить княгиню, что жду её там. Около часа мы беседовали на тему, как нам лучше разбежаться. Мря бывшая супруга с каменным лицом согласилась отчалить тотчас, как только получит на руки деньги и дарственную на виллу в Бадене, чего я и добивался. Адвокат пообещал мне всё устроить, как можно быстрее и даже заверил в том, что у моей бывшей супруге в будущем не появится даже малейшей возможности предъявить мне какой-либо иск, ну, а я сказал Элен, что уже в два часа пополудни она получит всё, что ей причитается. После этого мы отправились на Неглинную и уже через час с небольшим разглядывали два чуда немецкой техники.

Один автомобиль был покрашен в чёрный, а второй сочный, тёмно синий цвет. Стоили машины недешево, по две с половиной тысячи рублей каждая, но я по пути заехал в банк и потому купил оба автомобиля. У приказчиков и механиков глаза на лоб вылезли, когда те услышали, что мы намерены сразу же забрать машины, причём собирались ехать на них сами. Володя, ставший Юрой, то есть князем Львовым, жил от меня дальше всех и потому забрал себе чёрный "Мерседес", а мне достался синий. Обе машины были заправлены бензином, мы сказали, куда доставить ещё по пять бочек топлива, сели в авто и укатили весело смеясь. Хотя машины больше всего походили на тракторы, мы на тот момент были самыми опытными водителями на планете. Естественно, я имею в виду всех нас.

Промчаться по городу с ветерком не получилось. Слишком уж много по улицам, мощёным булыжником, ездило извозчиков, но главную опасность представляли трамваи и особенно конки, из которых на ходу сходили пассажиры. Однако, мы всё равно доехали быстрее, чем на извозчике. Автомобильных пробок в Москве того времени ведь ещё не было. Возвратившись домой, я расплатился с бывшей женой, пожелал ей удачи, а также высказал пожелание больше не видеть её в своём доме, после чего мы тут же укатили в Вязьму, чтобы сделать ещё одно приобретение. До нашего коллеги, подполковника Сенцова, Игоря Олеговича, ставшего Ваней Стародубовым, мы домчались за каких-то четыре часа. Большой, каменный дом купца Стародубова стоял на Дворцовой улице неподалёку от храма. Зная, что мы приедем ближе к вечеру, наш друг, одетый в чёрные штаны, заправленные в хромовые сапоги, белую рубаху с чёрным жилетом, на котором ярко сверкала золотая цепочка, да ещё и в картузе с лаковым козырьком, поджидая нас сидел на лавке рядом с воротами.

Едва увидев такое чудо, я сразу же посигналил клаксоном, несколько раз толкнув ладонью резиновую грушу. Хохот моих друзей и то оказался громче. Ваня, возле которого сидело и стояло несколько рослых молодых парней, невозмутимо продолжал сидеть даже тогда, когда обе машины шумно затормозили. Его товарищи, их было одиннадцать душ, глядели на наши автомобили во все глаза. Зато Ваня оставался по прежнему невозмутим и спокоен, как сфинкс. Он поднялся со скамейки, подошел к моему "Мерседесу", постукал носком сапога по колесу и затем, внимательно осмотрев автомобили, заявил:

— Мужики, меняю лес на драндулет, — и, тут же рассмеявшись, весёлым голосом снял требование, — шучу, а то вы ещё невесть что подумаете. Пойдёмте в дом, мамаша уже на стол накрывает. Парни, вы тоже заходите, небось Варвара Никитична вас не съест.

Парни распахнули ворота и мы въехали в большое, купеческое подворье со складом и конюшней. Машины было где поставить и единственную реальную опасность для них представляли куры, бегающие по двору. Мы въехали во двор и принялись выбираться из автомобилей. Хорошо, что мы отправились в Вязьму налегке. Зато плохо было то, что мы не надели кожаные шоферские куртки, картузы и очки, которые хотя и купили, велели доставить вместе с бензином домой. По пути в Вязьму мы изрядно запылились, но Ваня зычно крикнул, чтобы нем принесли воды и полотенца, чтобы мы могли умыться. Пока мы приводили себя в порядок, юный купец сел за руль Володиного автомобиля, завёл его и сделал по двору несколько кругов, чем привёл в полное изумление своих волонтёров.

Умываясь и утирая лица полотняными полотенцами, мы сразу же принялись шумно вздыхать и охать. Игорьку хорошо, он уже малость привык к совершенно чужой для него тётке, а нам только предстояла эта морока. Впоследствии это действительно стало чуть ли не для каждого из нас проблемой. Очень многие из нас были ведь старше своих родителей и знали о жизни несравненно больше них, но им-то этого не объяснишь. Как только я приеду в Питер, меня тоже ждёт точно такая же головная боль. Иван ведь сразу же шепотом признался мне, что мамаша его уже просто достала с женитьбами и мечтал как можно скорее свалить из России. Что же, его было нетрудно понять. Его мать была женщиной довольно-таки суровой и властной, но на неё подействовало то, что на их лес нашелся покупатель, который был готов заплатить за него большие деньги. Так что скорее всего она не станет вопить на всю Вязьму, что ирод князь сманил Ванечку, кормильца и отраду, в заморские страны.