Сергей Артюхин - 80 лет форы. Часть вторая
- Мать моя женщина, - прошипел в наушниках чей-то дрогнувший голос. - Вижу множественные цели. Минимум несколько десятков.
Очередная волна русских. Или немцев - хрен разберешь. Но один фиг плохо.
- Держать строй! Истребителям - приготовиться к отражению атаки противника!
«Нет, нет, нет! Что же ты, идиот, творишь! Мы истерзаны, а над целью наверняка еще одна группа самолетов коммунистов», - Джеймс едва не сказал это вслух, удержавшись в последнюю секунду.
«Сейчас Иваны заставят «Мустанги» дорастратить свой боекомплект и нас можно будет брать голыми руками! И это без шансов! Что же делать?», - мысли лихорадочно перескакивали с одного на другое. Решение пришло неожиданно. Не фонтан - но хоть какой-то шанс.
- Джон, сбрасываем бомбы. Мы уходим.
- Сэр?
- Мы слишком быстро теряем топливо. Не развернемся сейчас - домой не долетим. Однозначно.
- Так точно.
Гигантский самолет, выбросив из своего нутра на лежащий далеко внизу городок тяжелые бомбы, начал разворот.
Несколькими часами спустя, когда техники вытаскивали из самолета бессильно обмякшего в кресле пилота, они обнаружили одну примечательную вещь: капитан, еще утром бывший жгучим брюнетом, поседел до непредставимой белизны, почти до прозрачности.
Из ста десяти ушедших в рейд бомбардировщиков вернулось меньше половины…
7 сентября 1946 года.
Италия, штаб 1-ой американской армии.
- Знаете, как можно описать то, что происходит? - генерал Брэдли вздохнул и посмотрел на своих офицеров. - Очень просто. Русские дождались, когда мы выложим все свои карты на стол, а потом треснули нас шахматной доской по голове!
- И добавили битой, - негромко пробормотал присутствующий на совещании Паттон. Его армии вскоре предстояло отправиться в Грецию на помощь уже сражающимся там испанским дивизиям.
- Скорее ломом! За все время с начала операции мы продвинулись меньше, чем на семьдесят миль. Семьдесят! А должны были - на триста! И это в Югославии. А в Австрии у нас нет даже и пятидесяти…Разве что по отдельным направлениям… - несмотря на всю напряженность ситуации, генерал говорил абсолютно спокойно, практически не повышая голоса.
- Сэр, мы вводим в бой резервы и вскоре прорвем оборону русских и их союзников - а после этого мы…- Брэдли не дал договорить своему подчиненному:
- После этого мы что? Получим Австрию? Да мы даже не сталкивались с русскими по-настоящему - только с отдельными частями! Все остальное - это немцы и прочие союзники коммуняк! И даже этого нам хватает с лихвой! Может, представите себе на секунду, что будет, когда в бой вступит полноценная русская армия, из тех, что концентрируются сейчас к северу от линии фронта?
- Сэр, я не…
- Я могу вам сказать, что будет! Для этого даже не надо далеко ходить или особенно думать - достаточно посмотреть на наши дела в Иране!
Генерал Брэдли рубанул рукой воздух и, вытерев со лба пот, залпом выпил стакан воды. Затем, отдышавшись, обратился к внимательно слушающим его офицерам:
- Поэтому нам нужен план. Новая стратегия - и желательно получше той, что у нас есть. Или, точнее, была. И мы не выйдем из этой комнаты, пока я этого не получу!
- Воздушный десант в тыл группировке русских?
Американский военачальник посмотрел на высказавшего предложение офицера с выражением глубочайшего сожаления на лице.
- Полковник Картер. Мы только что с огромным трудом вытащили из ловушки две дивизии, которые теперь в лучшем случае лишь ограниченно боеспособны. И вы предлагаете мне пожертвовать элитными силами ради…ради чего?
- Но мы можем попробовать окружить советские войска…
- Каким образом мы можем окружить с помощью одной десантной дивизии войска коммунистов? Особенно если учесть, что по данным разведки, на севере скоро будет уже пятьдесят их дивизий - и это не предел. Совсем не предел. Силы противника только увеличиваются. Поэтому, я вынужден признать правоту фельдмаршала Монтгомери. Займем оборону и будем молиться, что Турция и Греция отвлекут на себя достаточно сил комми. Если повезет, сумеем продержаться до подхода Седьмой и Третьей Канадской и Четвертой Австралийской Армий. И с этим уже можно на что-то надеяться, - и генерал пробормотал уже скорее для себя:
- Хотя бы сможем позиции удержать. А там наши летуны, наконец, покажут, что они тоже чего-то стоят…
9 сентября 1946 года.
Южный Иран.
Полковник Андрей Голенко с улыбкой наблюдал за развернувшейся в атакующие порядки советской танковой армадой, наступающей на последнюю в обозримых пространствах линию обороны англо-американских войск. Ближайшая после нее пролегала значительно западней и была ничем иным, как ирано-иракской границей.
В голову пришла мысль о том, что именно в этот момент его прадед вполне возможно штурмует позиции янки на Пусанском плацдарме в далекой Корее. И тоже на танке, что характерно.
Прадед парнем оказался отличным - считая Андрея своим дальним родственником, тем более что сходство было налицо, он довольно тепло принял его в Сталинграде, после чего каждый отпуск Андрей приезжал погостить именно к ним - Никите и его жене. Как это ни удивительно, но и в этой жизни прадед женился на той же женщине, что и тогда. Только на несколько лет раньше - тогда, как, впрочем, и сейчас, гвардеец дождался окончания войны, чтобы сделать предложение.
Радостные мысли прервал гул пролетевших в сторону позиций войск АДА штурмовиков - раздавшиеся некоторое время спустя грохочущие звуки выстрелов их мощнейших пушек и многочисленных разрывов мелких бомб Андрея изрядно повеселили - надеющиеся на тотальное превосходство своей авиации англичане и американцы были снабжены зенитным вооружением в исключительно недостаточных объемах.
Неожиданно зашипевшая рация голосом майора Любимцева, командовавшего передовой батальонной тактической группой, затребовала несколько изменить направление атаки и сосредоточить удар чуточку левее, очистив более удобные для пехоты подходы.
Недолго думая, Голенко согласился. Все же Любимцев там ближе - его группа подошла на полчаса раньше - и ему положение видно лучше.
Отдав необходимые указания подчиненным, молодой полковник с удовлетворением подумал, что концепция тактических групп, где батальону пехоты на БМП придавалась рота танков и батарея самоходок в очередной раз себя оправдывает. Продемонстрировав эффективность еще в Пятидневную войну, случившуюся в далеком будущем, она оказалась очень даже ничего и здесь, в условиях Второй - хотя, наверное, даже Третьей, - Мировой войны.
Тем временем, атака «Рысей» произвела приличный фурор в рядах противника - солдаты Альянса спешно отступали в глубь городка, являвшегося чем-то вроде «шверпункта» их обороны. Вероятно надеялись, что там их противодействие советским войскам будет эффективнее, чем на открытой местности азиатских пустынь.