Олег Жмылев - Меня избрали Президентом РФ

Во время теледебатов с лидером коммунистов мы сошлись во мнении, что я жестокий, но справедливый.

Главный либеральный демократ был уверен в том, что я хочу распродать всю Россию , и при этом никому – ни американцам, ни европейцам не дав по морде.

А Сергей Миронов просто поддержал мою программу.

Были и другие кандидаты в президенты, но их политический вес был столь незначитель – ным, что о них я даже упоминать не буду.

Так как от партии власти в открытую никто не выдвигался, то некоторые избиратели были в растерянности. Действующий президент им не сказал за кого нужно голосовать, а сами додумать -ся не могли, вот и мучились от предположений – кто из кандидатов лучше?

В ночь перед выборами жена не спала и, ворочаясь с боку на бок, засыпала меня вопро - сами:

-А какая у тебя будет зарплата? А в какую первую страну после коронации ты поедешь? А где мы будем жить – останемся в этом дачном посёлке, или переедем на Рублёвку или даже в Кремль. А буду ли я возить её по заграницам во время деловых поездок, или стану мотаться по странам и континентам только с охраной и переводчиками.

Эх, знала бы Ольга, что кроме охраны и переводчиков сколько ещё народу едет с прези – дентом за границу. А вопросы продолжались:

-Вот, например, поедем мы на переговоры в штаты, а мне ( то есть моей супруге) надеть нечего. И что делать? Не откладывать же встречу с президентом США только потому, что у меня нет приличной одежды.

И так далее и всё в таком же духе. Кто-кто, а я-то точно знал, что у моей жены неприлич – ной одежды нет. Так уж сложилась финансовая ситуация в нашей семье, что в обносках не ходили.

О результатах выборов я не волновался. На это у меня не было ни причин, ни сил. От мо - таний по всей стране я устал, и поэтому очень хотел спать. А жена всё спрашивала и спрашивала. Я отвечал коротко: “да”, “нет”, “пока не знаю”.

И только к утру, когда запас вопросов иссяк, мне удалось вздремнуть. Но хорошо выспать – ся, и прикорнуть на пару часов – это две огромные разницы.

-Ну, что ты как варённый рак, - ворчала Ольга. – Шевелись быстрее. Надо поесть, собраться и ехать на избирательный участок. Потом в штаб.

И как это у супруги после бессонной ночи хватало сил шустрить на кухне?

Еле переставляя ноги и зевая, я умылся, побрился и сел за стол.

-Лёнь, перед другими неудобно будет, если мы поздно заявимся.

Я отмахнулся.

-Плевать.

-Как это плевать? Тебя избирают Президентом России, а тебе плевать. Нет уж. Назвался груздем…

-Кандидатом, - поправил я.

-Да. Назвался кандидатом, будь любезен…

-Быть избранным, - добавил я.

-Да. И жуй быстрее. Поедем проголосуем за тебя, и сразу же в штаб отправимся.

И только в тот момент я осознал – какая свалится на меня ответственность за жизнь всех россиян и страны, я имею в виду экономику в целом, если меня изберут Президентом России. Я запаниковал. А справлюсь ли? Но мне обещали помочь, значит, будет не так трудно в управлении страной, как я себе нафантазировал. Да и министры с полпредами есть, и они для чего-то нужны. Главное, их подгонять, как Ольга меня подгоняет, и если они не сонные мухи, как я сейчас, то дело пойдёт как по маслу, аж на сто процентов. А кто будет мешаться, того надо будет оттолкнуть на обочину большой политики, или даже спихнуть в кювет.

Моё появление на избирательном участке было встречено аплодисментами.

Один мужчина пытался объяснить мне, что моя программа антидемократическая и её ни в коем случае нельзя осуществлять, а меня, вообще, нужно объявить персоной нон-грата, или ещё лучше расстрелять.

Я, прищурившись, посмотрел в глаза оппонента и спросил:

-А извес тно ли вам, любезнейший, ЧТО Черчиль сказал о демократии?

Мужчина нахмурился:

-Да. Я слышал это изречение, но считаю, что Уинстон не прав.

-А я считаю, что он прав. Моё слово против вашего слова и каждый останется при своём, и на эту тему с вами дебатировать не намерен.

Но большинство находившихся в тот момент на избирательном участке, всё же были за меня, а мне голосовать за самого себя было как-то не совсем удобно, но вдруг мой бюллетень, и будет тем единственным голосом, который обеспечит мне победу.

Почему-то не было телевизионщиков. То ли проигнорировали меня, то ли опоздали. Ну ладно. Чего из-за этого расстраиваться. Не на одних телевизионщиках популярность держится. Есть ещё корреспонденты периодических изданий, которых тоже почему-то не было. А зачем кого-то присылать с радио, если есть телевизионщики?

Немного пообщавшись с поклонниками, я и Ольга поехали в штаб.

Как известно у депутатов есть помощники и один из моих помощников Николай Прудкин был, если так можно сказать, начальником избирательного штаба.

-Леонид Игоревич, я уверен, что у нас, вернее, у вас очень большие шансы выйти во второй тур.

Я улыбнулся:

-Если я буду президентом, то ты, Коль, станешь вице-президентом.

-Но у нас нет такой должности.

-Это у них нет такой должности, а у нас будет.

У кого это “у них” я уточнять не стал, но все присутствующие в комнате меня поняли.

Я зевнул.

-Да я, смотрю, вы, Леонид Игоревич, не выспались, - сказал Прудкин. – Езжайте домой. Езжайте. Отдохните, а мы здесь порулим без вас. Вы не волнуйтесь. Всё будет отлично. Понимаю, что вы волновались за итоги выборов, вот и не смогли глаз сомкнуть. Езжайте домой. Езжайте.

Я не стал объяснять, почему не выспался, а только кивнул и показал на жену.

-Ольга Борисовна останется вместо меня, а я отъеду на несколько часов, и прошу меня не беспокоить.

И только вышел на улицу, как столкнулся с телевизионщиками.

-Здравствуйте, Леонид Игоревич. Как вы думаете – сколько избирателей отдадут за вас свои голоса? – подскочила ко мне симпатичная корреспондентка с микрофоном.

Чтоб не зевнуть, я улыбнулся, приоткрыв рот.

-Здравствуйте. Я думаю, что за меня проголосуют большинство избирателей. Люди - не дураки и понимают, что порядок в стране может навести только такой человек как я.

-Леонид Игоревич, как вы думаете, а в процентном отношении как распределятся голоса?

-Семьдесят процентов моих против тридцати остальных.

-А вы в этом уверены?

-Абсолютно.

Да разве я мог проиграть на выборах, если за меня была партия власти? Хоть тайно, но всё равно болели за меня. А если партия власти чего-то захочет, то обязательно этого добьётся. На то она и партия власти. Но не все “единороссы” знают, какую я приготовил им подлянку. А вот когда узнают, то поздно будет голосовать за другого кандидата.

-Ну, желаю вам успеха, - корреспондентка протянула мне руку.