Сергей Симонов - Цвет сверхдержавы – красный. Дилогия

   – Никита Сергеич, я бы вам советовал приехать и лично ознакомиться, – ответил Сергей Павлович. – Система работает, хорошо работает. Но я на заводе не директор, чисто формально вам с товарищем Турковым согласовать надо. Думаю, он не будет против.

   Роман Анисимович Турков, директор завода № 88, разумеется, против визита Первого секретаря ЦК не возражал. Наоборот, просил приехать, обещав интересный и содержательный разговор.

   – Только вот что, Роман Анисимович, – попросил Хрущёв. – Не собирайте никаких митингов, не устраивайте президиумов с кумачом на столе. Я не выступать приеду, а слушать, что народ скажет.

   – Понял, Никита Сергеич, сделаем, – ответил Турков.

   Встреча состоялась в тот же день. Хрущёв отменил все запланированные дела, сел вместе с Устиновым в машину и поехал.

   Приехали на завод уже под конец первой смены. Роман Анисимович встречал машину Первого секретаря возле проходной. Машину оставили на улице, хотя Турков предлагал открыть ворота и проехать прямо к цехам.

   – Пройдёмся пешком, заодно побольше народа увидим, – ответил Хрущёв.

   Едва они прошли через проходную, подошёл Королёв. Хрущёв тепло приветствовал его, коротко поинтересовался успехами. Поодаль уже толпились рабочие – слух о приезде Первого секретаря ЦК моментально облетел весь завод. Никита Сергеевич подошёл прямо к ним. Королёв и Турков обсуждали текущие вопросы с Устиновым, предоставив Первому секретарю ЦК возможность пообщаться с рабочими.

   – Здравствуйте, товарищи! Вот, приехал к вам, ознакомиться с новой системой премирования, – сказал Хрущёв. – Руководство мне об этом доложило, но мне интереснее от вас самих услышать, что вы по этому поводу думаете.

   – А что тут думать, хорошая система! – послышался голос из толпы. – Наглядно видать, кто хорошо работает, а кто ваньку валяет. И по деньгам опять же, прилично выходит.

   – А вот мне Дмитрий Фёдорович, – Хрущёв кивнул на Устинова, – сказал, что все показатели у вас на общее табло выведены. А взглянуть на это табло можно?

   – Да запросто, только в цех пройти надо. У нас такие табло в каждом цехе вывешены, и в заводоуправлении тоже есть.

   Табло представляло собой таблицу с перечнем всех сотрудников цеха. Напротив каждой фамилии в длинной строке были указаны количества «баллов» и фамилии тех, кто эти баллы начислил или снял. В графе «Итого» был виден общий премиальный фонд. (Один из вариантов реализации http://oxnull.net/blogs/15/posts/441.html)

   Хрущёв долго изучал таблицу, задавая вопросы непосредственно рабочим. Они с удовольствием объясняли высокому партийному начальству все нюансы новой системы премирования на конкретных примерах.

   – Вот! – сказал он. – Надо такую же таблицу завести для всех властей. От местных до союзных! Чтобы наглядно был виден результат каждого решения. Обратная связь нужна, от населения к руководству.

   Разговор постепенно отошёл от системы премирования. Хрущёва интересовала не только организационная сторона вопроса. Он спросил прямо:

   – Ну, а теперь, товарищи, скажите, на сколько баллов вы бы оценили работу правительства и мою лично, как Первого секретаря ЦК? Говорите прямо, довольны ли вы тем, как идут дела в стране? Если что не так, тоже говорите прямо. Я затем и приехал, чтобы вас выслушать.

   – В целом довольны, Никита Сергеич. Рубликов по 100, я думаю, вам каждый накинул бы, – один из рабочих протолкнулся вперёд. – Иванов Николай, слесарь, – представился он. – Ну, что скажешь... Снабжение улучшилось. Здорово улучшилось. Мясо каждый день едим, хотя и в очередях за ним постоять надо, молоко, сметана, масло – всё есть. Жилищное строительство разворачивается, есть шанс, что ещё поживём в отдельных квартирах, как люди. Вот, кстати, цены снижать в этом году будут, или как?

   – Будут, – заверил Хрущёв. – Цены 1 апреля обязательно снизим, как заведено.

   – А выплаты по облигациям в этом году будут? – спросили из толпы.

   (В 1957 году подошёл срок выплаты по облигациям внутреннего займа 1927 года. В реальной истории выплаты были заморожены ещё на 20 лет, что привело к значительному недовольству населения. В АИ бюджет СССР заметно богаче, благодаря международному сотрудничеству и операциям на внешнем рынке, поэтому замораживать выплаты нет необходимости)

   – Будут выплаты, будет розыгрыш облигаций, всё, как обещали, – ответил Никита Сергеевич. – Обманывать народ не будем – такой обман себе дороже выходит.

   Люди обрадованно зашумели.

   – Новых займов в ближайшее время не планируем, – продолжил Хрущёв.

   Это известие обрадовало рабочих ещё больше – добровольно-принудительная подписка на облигации внутренних займов, составлявшая по пол-зарплаты, у большинства ещё с 30-х годов сидела в печёнках.

   – Почто спирт протирочный вонючей гадостью заменили? – послышался из толпы явно не совсем трезвый голос.

   – Вот потому и заменили, чтобы таких поддатых голосов меньше стало, – парировал Хрущёв.

   Рабочие загоготали

   – Да не слушайте вы этих алкашей, – из толпы вперёд протолкнулась работница в ватнике. – Спасибо, что спирт с участков убрали, пьяных меньше стало на работе, травматизма меньше.

   – Да и работать лучше стали, чего говорить!

   – Налоги на личные хозяйства повышать будете? – спросил Иванов.

   Все притихли. Подлипки были городом-спутником Москвы, у многих здесь были собственные дома, люди держали кое-какой скот, у большинства имелись огороды.

   – Нет, налоги повышать не планируем, для некоторых категорий граждан, наоборот, будем налоги снижать, – ответил Хрущёв. – Многодетные семьи, к примеру, от налогов планируем освобождать. Сейчас у нас вырисовывается проблема с рождаемостью. Вступает в активный возраст поколение 41 года и последующих. Сами понимаете, детей тогда рождалось заметно меньше, значит, будет спад рождаемости. Вот, чтобы стимулировать рождаемость, налоги с многодетных снимем совсем.

   – Вот бы ещё молодые семьи жильём поощрять, – предложил другой рабочий, внимательно прислушивающийся к разговору.

   – А как вы это себе представляете, товарищ...?

   – Да чё там, товарищ... Виктор меня зовут, по простому. Я вот думаю, Никита Сергеич, если бы каждая молодая семья при рождении ребёнка автоматически квартиру получала, пусть даже однокомнатную, уже было бы хорошо. А если второй ребёнок – двухкомнатную. Если трое – трёшку.

   – А если ты десятерых настрогаешь, тебе что, целую пятиэтажку подарить? – со смехом спросили из толпы.

   – Десятерых в городе никто заводить не будет, понятное дело. Но двоих-троих – вполне, – степенно ответил Виктор, не обращая внимания на зубоскалов.