Глеб Дойников - "Пощады никто не желает!" АнтиЦУСИМА

* Знаменитый приказ Того в начале Цусимского сражения. ** Подтверждаю и свидетельствую. Моделирование битвы при Шантунге заняло у Антона, меня (в роли русской стороны) и нескольких товарищей любезно согласившихся играть за японцев более полугода. Но зато я, благодаря Антону, могу честно сказать - ТАК МОГЛО БЫТЬ. Каждое попадание каждого снаряда имело место быть, пусть и в виртуальном пространстве. Каждый ошибочно понятый и не дошедший до адресата приказ случился. Повреждения в результате каждого попадания обсчитывались настолько детально, насколько это вообще возможно без расстрела настоящего корабля. *** Из лекции адмирала Нимица в военно морской академии США, 1945 год. "Наилучшим примером взаимодействия двух флотов разных государств является битва при Мидуее. К сожалению, этот пример вовсе не взаимодействия нашего флота и англичан под командованием Хелси, а противостоящие нам авианосное соединение Ямамото, и русская крейсерская эскадра под командованием Витгефа. Совершенно не сплаванные эскадры не имели даже общего шифра, так как начало войны застало русских в море. Единственная перехваченная радиограмма была послана Ямамото открытым текстом. Каким именно образом эта пара адмиралов смогла организовать скоординированную атаку двух эскадр на хвост и голову нашего соединения я до сих пор не могу понять. Ведь полный текст телеграммы гласил всего лишь - "Йокосука, Мияко сан, второй подход. На этот раз на три часа позже, я спереди". **** Несколько раз в процессе моделирования я реально чувствовал себя… Несколько неуютно. Случай с "Сисоем" один из них - в процессе совершенно случайного моделирования процесс гибели этого корабля зеркально повторил гибель этого же броненосца при Цусиме. Тогда после дневного боя корабль тонул носом всю ночь и вряд ли бы дожил до утра, утонув со всей командой, но… Во время ночной атаки японский миноносец влепил торпеду в КОРМУ броненосца. Обширный затопления кормовой оконечности, на которые русские в здравом уме никогда бы сами не пошли, не позволили кораблю опрокинуться ночью. А ведь при неизбежной панике в темноте потери экипажа были бы близки к ста процентам. Утонувший ТАК "Наварин" унес с собой в пучину СЕМЬСОТ моряков. Выжило ТРОЕ. Утром с небоеспособного "Сисоя" сняли команду японские вспомогательные крейсера, после чего он утонул на ровном киле. Потери экипажа составили шестьдесят человек, двадцать из который погибли еще в дневном бою. ***** Даже в описанном уважаемым адмиралом Того варианте моделирования, победа японским флотов все же не была достигнута. Была все та же ничья, но со счетом более благоприятным для японской стороны. Да, соотношение потерь кораблей линии было бы более благоприятно для японской стороны. Но у Камимуры, атакуй он русские линкоры вместо имевшей в реальности атаки на транспорта, не было бы и тени шанса помешать доставке в Артур так необходимого конвоя с продовольствием, из которого дошла ровно половина. Но в целом, с выводами Х.Того об итогах битвы и исходе ее возможного варианта я согласен.

Комментарий контр адмирала В.Ф.Руднева.

- Федя, я поймал медведя!

- Так тащи его сюда!

- А он не идет…

- Тогда брось его, и иди сюда сам!

- А он и меня не пускает!

Под этой немудреной и старой как мир шуткой могли подписаться к полудню адмиралы как японского, так и русского флота. Макаров мечтал о часе передышки в непрерывной перестрелки с Того, чтобы завести наконец пластыри на пробоины и погасить пожары на своих броненосцах, но… Но дай он Того этот час, тот гарантированно навалится всеми силами флота на тройку русских броненосных крейсеров застрявших к Югу от японских поврежденных броненосцев. Сейчас крейсера ВОКа, уже не способные разогнаться до скорости хотя бы в 12 узлов из за повреждений, вяло перекидывались снарядами со столь же поврежденными японскими броненосцами и отрядом старых кораблей. Их поддерживали четыре крейсера под флагом Руднева.

Сейчас "Громобой", "Баян" и "Рюрик", при поддержке четырех крейсеров Руднева, с переменным успехом перестреливались с японцами. Будь "Микаса", "Хатсусе" и "Фусо" полностью боеспособны - все три русских крейсера уже давно были бы на дне. Впрочем, сохрани русские крейсера свой полный ход - они столь же давно обежали бы кусачие японские броненосцы по дуге и присоединились бы к главным силам Макарова. Увы - принцип " пойманного медведя" действовал и тут, во втором очаге боя. Русские не имели хода чтобы оторваться от японцев, японцы потеряли слишком много артиллерии, чтобы их добить. Но подойди сюда Того со относительно целыми кораблями, судьба наглых крейсеров была бы решена. Со сбитыми трубами даже столь быстрый утром "Баян" не мог дать более двенадцати узлов, а "Рюрик" вообще тащился на восьми. "Громобой" был пока чуть быстрее, но поднявший на нем флаг Рейценштейн никогда не бросил бы два корабля чтобы спастись самому. Вокруг медленно отходящих русских вертелись старые японские бронепалубные крейсера наседая на них с кормы. С носа им угрожал совсем уже антикварный, но несущий четыре двенадцатидюймовых орудия "Чиен Иен". Именно этим пушкам даже не прошлого, а позапрошлого поколения, был обязан своим бедственным положением "Баян". Его лихой командир, Вирен, решил воспользоваться большей скоростью своего корабля и большей скорострельностью новых орудий. Пол часа назад, при расхождении с "Чиен Иеном" на конрткурсах, он попытался приблизиться к "старичку" на дистанцию торпедного выстрела. Увы, надежды на невысокую скорострельность и точность древних орудий китайского броненосца не оправдались - первым же залпом на "Баяне" были сбиты две трубы.

Все современные и быстроходные легкие крейсера сейчас вслед за "Идзуми" неслись на перехват русских транспортов, пытаясь оторваться от преследующих их пары "пересветов" и "России". И этот клубок огня и стали, наперегонки летящий на север со скоростью 15 узлов был третьим локальным местом боя. Камимура надеялся любой ценой найти и уничтожить транспорта, а русские не дать ему этого сделать. Так же любыми средствами. Сражение окончательно распалось на схватки отдельных отрядов и кораблей, и ни один из адмиралов не мог повлиять на действия кораблей не входивших в его отряд. Всякое централизованное управление боем было потеряно, и теперь исход сражения зависел от действий командиров отдельных кораблей и отрядов.

Йэссен перешел с тонущего "Корейца" на борт "Бесстрашного" и тот час приказал поднять на мачте маленького кораблика контр адмиральский флаг. Да, он должен был командовать отрядом броненосных крейсеров, но уж коли он волею судеб оказался самым старшим по званию из стоящих на мостике миноносцев… Ничто не помешает ему выполнять свой долг и тут, а это значит - принять командование миноносцами. Вскоре ему представился шанс этот самый долг выполнить - броненосцы Того повернули на Юг, очевидно решив уничтожить опрометчиво оторвавшиеся от Макарова Владивостокские крейсера. Между медленно ползущими на Запад избитыми крейсерами и броненосцами Того были только шесть русских миноносцев. По приказу Йэссена они повернули в лоб на японскую колонну из семи линкором, чтобы заставить их отвернуть к Востоку, и дать крейсерам время на бегство. Или - умереть пытаясь это сделать. Каждый русский миноносец весил примерно столько же, как совокупный вес снарядов главного и среднего калибра на каждом из японских броненосцев. При полной бункеровке, каждый из из японцев мог принять угля в четыре раза больше водоизмещения любого из русских корабликов, отважно выходящих сейчас в лобовую атаку. Каждый из семи японских атакуемых линкоров был раз в сорок больше русского эсминца. Со стороны порыв русских эсминцев выглядел как попытка кучки котят остановить атаку стада кабанов. Но у этих котят были ядовитые зубки, и кабаны об этом знали. Несмотря на отвратительные характеристики русских торпед*, попадание одной скорее всего выводило броненосец из строя. А две - весьма вероятно его топили.