Артур Прядильщик - Сирахама

- Ап-па!

Мастер Ма чуть качнулся ко мне, заставив меня отступить, выдерживая дистанцию. Ма тут же качнулся назад. Я - тоже... соблюдая дистанцию. Но движение назад мастера Ма оказалось неполным, а каким-то половинчатым - туловище отклоняется назад, а ноги неуловимо «проскальзывают» вперед (да настолько естественно, будто, исключительно для того, чтобы не свалиться) - в итоге следующим движением, просто вернувшись в вертикальное положение, мастер Ма оказался вплотную. А, наклоняясь вперед, еще и сильно двинул меня плечом в грудь. Под фырканье Сакаки я покатился по песку.

«И как ты собираешься драться с Рююто, молодой Дракон?»

«Отвянь, Старик! Лучше б помог... хоть чем-то!»

Не давая мне встать, мастер Ма кулем свалился сверху.

- Ик!

Даже не делая попыток встать, он пьяно заворочался сверху, мимоходом нанося внешне неуклюжие, но крайне болезненные удары локтями и коленями.

Кое-как, осыпаемый ударами, я выкарабкался из-под Ма и откатился в сторону. Поднялся. Тело пока еще не болело, но ныло, намекая на то, что синяки и «приятные» ощущения обязательно появятся позже. Дескать, не расслабляйся!

«Пьяный мастер» неожиданно обнаружил, что под ним никого нет, застыл, «задремав». Всхрапнул, «проснулся», заозирался и начал неуклюже подниматься. Пару раз все-таки упал.

«А если его сейчас - ногой по ребрам?»

«Как-то это... неправильно и нечестно, Старик!»

«Ну-ну. Если что интересное будет - свисти волнисто!»

Наконец, мастер Ма кое-как поднялся, касаясь, правда, кончиками пальцев левой руки песка. А правой - размахивая в попытках не упасть снова.

- Ик!

Мастер Ма, падая и размахивая руками, пытаясь сохранить равновесие, полетел ко мне, целясь головой точно в живот.

Чуть подпрыгнув, я прокатился по спине «пьяного» противника... и нарвался лбом на пятку ноги, крюком загнутую Кэнсэем назад. Так и свалился с него. А он, постояв эдакой кривоватой «ласточкой», резко «скрутился» в пружину и, «раскрываясь», снова свалился на меня, отставив локоть.

Дальше случилось неожиданное... Взлетев вверх, до того, как локоть Кэнсея вонзился в песок, заставив площадку вздрогнуть, я сам свалился на Ма сверху, выставив локоть в район груди.

«Эмоции пьяного человека - это нечто!»

«Или талантливо играющего это состояние... Неважно. Нам, главное, самим не окосеть от этого «коктейля»«

«Нас, кстати, только что чуть не убили!»

«Ну не убили же... Привыкай, что ли»

- Хо-о-о! - Протянул то ли Акисамэ, то ли Сакаки.

- Ап-па, Кенчи, А-Па-Па! Ап-па, Кенчи, А-Па-Па! - Раздавалось откуда-то сверху ритмичное скандирование в стиле групп поддержки... на два голоса. - Камикадзе, банза-а-ай!

+++

Акисамэ внимательно следил за поединком, но все равно упустил момент, когда Кэнсэй попытался убить Кенчи. А потом вмешиваться стало поздно. Рядом так же расслабился Сакаки. Посмотрел на сжатую в комок банку и что-то неразборчиво буркнул, стряхивая разлившееся пиво с руки и брюк.

В облаке поднявшегося песка две фигуры исполняли замысловатый танец «алкаши пытаются довести друг друга до дома». Руки и ноги время от времени замедляли движение до ржавого скрипа и тут же взрывались молниями ударов.

- Ну, за третью активацию, Акисамэ! - Сакаки пшикнул новой банкой.

Выпили, крякнули... поискали вокруг закуску... слегка огорчились, не найдя. Вот на в этот раз Акисамэ уловил момент, когда удары противников снова стали калечащими и смертельными. Именно противников - в множественном, не в единственном числе - насмерть теперь били ОБА.

- Как думаешь... - Начал Сакаки.

- Сомневаюсь.

- Миу.

Акисамэ посмотрел в ту сторону, куда кивнул Сакаки.

- Старейший рядом.

Сейчас в голову Акисамэ пришла мысль, что Старейший запретил спарринги Кенчи с Миу совсем не по тому, что это она может его убить...

- Сакаки, я тут подумал... С двумя противниками одновременно он ведь еще не дрался... - Чуть плывущие глаза Акисамэ сфокусировались на планшете... - А уж с тремя... Но чем раньше - тем лучше. Айда?

- Запросто!

- Только - со спины. И - тихо - без этих твоих криков «Лови подачу, Кенчи!»

+++

Миу, когда поняла характер ударов спаррингующихся Кэнсэя и Кенчи, хотела броситься к ним, но чуть не выронила поднос с мелко нарезанными кусочками сырокопченой рыбы, когда ноги понесли вперед, а верхняя часть туловища осталась на месте. На плече лежала огромная лапища Старейшего, неслышно возникшего за спиной.

- Не стоит, внученька! Если ты хочешь, чтобы Кен-чан становился сильнее, придется только наблюдать и не вмешиваться... сейчас.

- Дедушка... - Миу жалобно посмотрела на деда. - Но они же...

- Все будет в порядке, внуча. - Улыбнулся Хаято, сверкнув улыбкой.

Когда чуть успокоившаяся Миу перевела взгляд на площадку перед додзе - то снова чуть не выронила поднос и даже взвыла тихонько: Кенчи теперь «охаживали» втроем - Ма, Акисамэ и Сакаки. А потом она заметила...

- Ух, ты! Класс!

... Кенчи ужом ускользал от ударов и то и дело умудрялся вырваться из «треугольника», в который заключили его мастера... один раз даже прошмыгнул между ног Сакаки, заставив того весело рассмеяться и упасть спиной назад с отставленным локтем в попытке придавить беглеца.

- Деда! Так он активировался?! А почему мне не сказали?! Я, как дура, трясусь от одного взгляда этого похотливого индюка Аса...

Миу осеклась, сообразив, что ляпнула лишнее.

- Трясешься? Всего лишь от взгляда? - Ласково переспросил Старейший и расстроено скуксившись, запричитал. - Ай-яй-яй! Получается, за все эти годы недостойный Хаято не смог избавить свою внученьку от чувства страха!

- Дедушка... - Запротестовала Миу.

- Несчастный я, несчастный... - Сокрушался старик. - Недостойнейший из недостойных! Как смею я называться учителем и «держателем школы», если собственную кровиночку не могу возвести на вершины мастерства боевых искусств...

Миу досадливо кусала губы, ругая себя за несдержанность и глупость... Нашла, в чьем присутствии расслабиться!

- Сигурэ! - Скомандовал Старейший, Миу ощутила, как рука на плече чуть сжалась.

- Тут. - Из-за спины Миу вышла мастерица оружия.

- Прекращай балаган!

Сигурэ громко свистнула, поднесла к губам длинную тонкую трубочку, прицелилась... Миу заметила, как мастера, осыпающие Кенчи градом ударов, отпрыгнули в стороны, чтобы не загораживать его спинами. Сигурэ выдохнула. Отняла от губ трубку и свистнула еще раз. Мастера рванули прочь от Сирахамы. Но тот стоять на месте не стал - он тенью буквально приклеился к Кэнсэю, продолжая наносить удары. Старейший одобрительно прицокнул.

Прошло секунд пять, прежде чем движения Кенчи замедлились настолько, что Ма смог ударом двух ладоней - в грудь и живот - «отлепиться» от тени-прилипалы и тут же «догнать» ее ударом ноги, заставив ученика отлететь на несколько шагов назад и скрючиться на песке.