Хиллари Клинтон - Тяжелые времена
Северная Корея, напротив, являлась самым закрытым тоталитарным государством в мире. Из 25 миллионов человек его населения большинство жило в условиях крайней нищеты. Политический гнет стал практически всеобъемлющим. Страну часто охватывал голод. Тем не менее режим этой страны, руководителем которого в первые годы работы администрации Обамы был стареющий и эксцентричный Ким Чен Ир (в последующем его сменил его младший сын Ким Чен Ын), бóльшую часть ограниченных ресурсов страны направлял на поддержку национальных вооруженных сил, разрабатывал ядерное оружие и противостоял соседним странам.
В 1994 году администрация Клинтона вела переговоры по заключению соглашения с Северной Кореей. В соответствии с ним эта страна должна была взять на себя обязательства по прекращению разработки и строительства объектов, которые, по признанию многочисленных экспертов, скорее всего, имели отношение к секретной программе создания ядерного оружия. В обмен на это Северной Корее была гарантирована помощь в строительстве двух небольших ядерных реакторов для АЭС, а не для обогащения плутония для ядерного оружия. Соглашение также предусматривало способы нормализации отношений между двумя нашими странами. К сентябрю 1999 года с Северной Кореей было достигнуто соглашение о временном прекращении испытаний ракет дальнего радиуса действия. В октябре 2000 года госсекретарь США Мадлен Олбрайт посетила Северную Корею. В ходе своего визита она сделала попытку выяснить намерения режима и провести переговоры по еще одному соглашению. Согласно этому соглашению Северная Корея должна была продолжить сотрудничество в сфере проведении инспекций ее объектов. К сожалению, на фоне многочисленных обещаний, которые были даны северокорейской стороной, всеобъемлющее соглашение так и не было достигнуто. Новый президент США Джордж Буш вскоре после своего вступления в должность изменил политику на данном направлении и в своем ежегодном послании конгрессу в 2002 году назвал Северную Корею частью «оси зла». Появились доказательства того, что Северная Корея тайно проводит обогащение урана, а в 2003 году она возобновила обогащение плутония. К концу правления администрации Буша Пхеньян создал такое количество ядерного оружия, которое представляет собой угрозу Южной Корее и всему региону.
В своих публичных выступлениях в Сеуле я вновь обратилась с призывом к Северной Корее полностью прекратить разработку ядерного оружия и допустить международную инспекцию на соответствующие объекты для однозначного подтверждения прекращения работ в этом направлении. Администрация Обамы выразила готовность приступить к нормализации двусторонних отношений и заключить постоянный мирный договор между нашими странами взамен долгосрочного соглашения о перемирии на полуострове, а также гарантировала помощь в удовлетворении потребностей северокорейцев в энергоносителях и других экономических и гуманитарных нужд северокорейского народа. В противном случае, предупредила я, будет продолжена международная изоляция режима. Администрация Обамы предприняла попытку строить наши взаимоотношения с шага навстречу, несмотря на нашу уверенность, что в течение всего нашего срока эти контакты будут развиваться драматически. Такое положение дел длилось уже десятилетия, и не мне одной казалось, что шансов на успех достаточно мало. Однако, как и в отношении Ирана, еще одной страны, режим которой вынашивал планы создания ядерного оружия, мы начали с предложения о сотрудничестве в надежде, что оно будет принято. Мы понимали, что в случае отказа Северной Кореи от нашего предложения будет легче повлиять на другие страны в оказании давления на режим этой страны. Особенно важно было, чтобы Китай, давний покровитель и защитник режима в Пхеньяне, принял участие в создании единого международного фронта по противодействию Северной Корее.
Ответа пришлось ждать недолго.
В следующем месяце, марте 2009 года, группа американских тележурналистов готовила репортаж с границы между Китаем и Северной Кореей для телеканала «Current TV», основанного бывшим вице-президентом Альбертом Гором, а затем проданного телеканалу «Аль-Джазира». Журналисты приехали, чтобы документально подтвердить рассказы северокорейских женщин, которых продали за границу и заставили заниматься проституцией и другими формами современного рабства. На рассвете 17 марта местный проводник провел американцев по реке Туманган, которая разделяет эти две страны. Было начало весны, и река была еще покрыта льдом. Съемочная группа проследовала за проводником по льду и практически приблизилась к северокорейской стороне реки. По словам журналистов, затем они вернулись на китайскую территорию. Вдруг появились северокорейские пограничники и взяли их под прицел. Американцы побежали, и продюсеру, как и местному проводнику, удалось спастись. Но двум женщинам-журналисткам, Юне Ли и Лоре Линг, повезло меньше. Их задержали и переправили на другой берег реки в Северную Корею, где приговорили к двенадцати годам каторжных работ.
Два месяца спустя Северная Корея провела подземное ядерное испытание и объявила, что больше не признает условий перемирия 1953 года. В соответствии с обещанием, которое дал в своей инаугурационной речи президент Обама, мы протянули Северной Корее открытую ладонь, но в ответ она направила на нас сжатый кулак.
Сначала мы должны были удостовериться, дадут ли какой-нибудь результат попытки воздействовать на Северную Корею посредством Организации Объединенных Наций. В тесном сотрудничестве с Сьюзен Райс, полномочным представителем США в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке, я часами вела телефонные переговоры с высшим руководством в Пекине, Москве, Токио и в столицах других стран, призывая всех оказать поддержку жесткой резолюции ООН о введении санкций против режима в Пхеньяне. Все соглашались с тем, что недопустимо проводить ядерное испытание, однако принятие конкретных мер в сложившихся условиях — это совсем другой вопрос.
— Я знаю, что для вашего правительства это затруднительная ситуация, — сказала я во время одного такого телефонного разговора министру иностранных дел Китая Яну Цзечи, — [но] если мы будем действовать сообща, у нас есть шанс изменить представления Северной Кореи о том, во что ей обойдется продолжение разработки ракетно-ядерного оружия.
Ян Цзечи ответил мне, что Китай разделяет нашу озабоченность по поводу региональной гонки вооружений, и мы достигли договоренности о необходимости «соответствующего и тщательно выверенного» ответа на эти действия. Я надеялась, что «соответствующий и тщательно выверенный» не означало «слабый и неэффективный».