Александр Абердин - Десант в прошлое

— С чего это вдруг? — Удивился я — На моём месте мог бы оказаться кто угодно и от этого никому не стало бы хуже.

Однако Оля нашла, чем возразить:

— Коля, это мог быть только ты. Пойми, ведь это же ты Маркони, а не я или Айболит. Это ты привёз из Африки детектор и он всегда лежал у тебя в мастерской на видном месте. Ну, а кроме того наши ребята верят в тебя только потому, что ты никогда не станешь диктатором и это самое главное. Поэтому успокойся и не сомневайся в своём праве отдавать нам всем приказы. Понятно?

— Непонятно, — заупрямился я, — этими шлемами я и так прекрасно обеспечу любого, кто заменит меня и… — Не договорив, я умолк и со вздохом признался. — Да, признаться, имеются и другие причины, чтобы я и дальше оставался вашим командиром, Оленька. Ладно, давай баиньки. Завтра утром я снова расскажу вам кое-что интересное о ваших шлемах и мы начнём готовиться к переходу.

Как Оля не пыталась выбить из меня, о чём это я ей сказал, у неё ничего не вышло. С моей же стороны это была просто маленькая месть и моей девушке после завтрака и прогулки пришлось забраться на своё кресло и надеть шлем, чтобы узнать ещё одну новость. Пусть и не в полной мере, но мы всё же могли воздействовать на прошлое. К тому же не физически, а ментально и сделать это было довольно несложно. Нужно было всего лишь слегка изменить настройки ментального шлема и он становился "говорящим". После этого было достаточно подойти к нужному субъекту и, коснувшись любой частью шлема его головы, сказать ему что-нибудь хорошее, чтобы начать мысленный, практически телепатический разговор. Если при этом включить монитор компьютера, то субъект сможет увидеть изображение, выведенное на экран. Правда, нам нужно быть при этом предельно осторожными и не входить в контакт с теми, кто тут же начнёт вопить от ужаса, мол в меня вселились бесы. Входить в такие контакты следовало не ранее, чем за три месяца до нашего прохода в прошлое, то есть начиная с двадцатого января тысяча девятьсот пятого года и только в том случае, если субъект отзывался.

С этого дня мы все стали спать часа на три меньше, а про длительные прогулки и вовсе позабыли. Зато таким образом мы смогли заранее подготовить множество молодых, умных, выдержанных и работящих парней к тому, чтобы вскоре они стали нашими друзьями и учениками, а также преданными союзниками. Жаль только, что мы не могли вмешиваться в какие-либо события и спасать жизни людей, это могло привести к нежелательным последствиям из-за пресловутого эффекта бабочки. Зато ментальные контакты никак не могли повлиять на наше будущее, так как все наши будущие набрались терпения и дождались, когда мы за ними придём или пришлём им по почте письмо и даже деньги, чтобы они могли приехать к нам сами.

Таким образом нам удалось заранее подготовить отбытие из России множества молодых людей, многим из которых не было суждено дожить до Первой мировой войны. Эту работу мы начали за пятнадцать месяцев до своего прибытия в прошлое и провели её настолько качественно и чётко, что вскоре из России выехало в разные страны почти двести тысяч человек, то есть население достаточно крупного по тем временам города. Но не так уж и много по сравнению с тем, что в начале двадцатого века из России эмигрировало четыре с половиной миллиона человек, в основном крестьян. Мы же были ориентированы по большей части на городское население, но не "брезговали" и сельскими жителями, хотя и делали основной упор на молодых казаков Донского, Кубанского и Терского казачеств, а также молодых горцев и на то у нас имелись причины.

Первым делом я приказал всё же каждому найти себе подходящее тело, причём это должен быть молодой человек не моложе девятнадцати или восемнадцати лет, если он уже имел паспорт, а также не старше двадцати шести лет. В отношении волонтёров следовало поступать так же, чтобы не было проблем с паспортами. Их в царской России выдавали мужчинам с восемнадцати лет. Хорошенько подумав, мы всё же решили отказаться от лиц более юного возраста. Во избежание хлопот с их родителями и полицией. Даже если молодой, толковый парень был единственным кормильцем, эту проблему можно было легко решить вручив его родителям энную сумму денег, а вот если ему нет восемнадцати, то это могло привести к довольно печальным последствиям. Вот тут-то я и понял, как была права Оля и все остальные наши умницы. Женщинам паспорт в России выдавали только с двадцати одного года и без каких-либо ограничений они могли получить его лишь начиная с одна тысяча девятьсот четырнадцатого года. В общем мужчинами им будет жить куда легче.

Вот передо мной и встал вопрос, кем стать в своей новой жизни и мои друзья уже очень скоро вручили мне штук пятнадцать ориентировок и все они были составлены исключительно на одних только князей. Внимательно прочитав все, я остановил свой выбор на светлейшем князе Сергее Михайловиче Горчакове, сыне и внуке кадровых дипломатов и к тому же внуке не кого-либо, а самого Железного Канцлера Александра Михайловича Горчакова. Серж Горчаков родился в одна тысяча восемьсот семьдесят девятом году в Москве и унаследовал от деда небольшой особняк на Пречистенке, а также виллу в Баден-Бадене, где тот скончался через три года после его рождения. Тело, в которое мне предстояло вселиться, имело чин ротмистра, но было так же далеко от армии, как Плутон от Солнца, хотя и умел лихо скакать верхом и даже размахивать сабелькой, а также стрелять из пистолетика, то есть револьвера системы "Кольт". Тьфу, чёрт, до чего же он мне сразу не понравился, этот богатенький пижон.

Зато Серж Горчаков знал три языка и получил прекрасное образование в Оксфорде, да вот только возвращаясь из оного на родину, заглянул за каким-то чёртом в Париж, провёл там два месяца в кутежах по случаю крупного выигрыша в карты и по пьяному делу женился на прекрасной графине Элен де-Монморанси. В девятьсот четвёртом он вернулся в Москву и вместо того, чтобы сразу же отправиться в Санкт-Петербург, чтобы пойти там по стопам отца и деда, прикупил себе неплохое именье, парижский выигрыш был зело крупным, такой так просто не пропьёшь, и намылился разводить лошадей. Его жена, красавица-француженка, от такой новости взъярилась, так как уже видела себя женой посла в одной из западноевропейских стран, а тут на тебе, ей светило стать в России пейзанкой, да ещё женой конюха и мамзель начала метаться, как тигра в клетке.

Ну, а поскольку эта дамочка не смотря на свой юный возраст, ей было всего двадцать два года, уже обладала изрядным житейским опытом, то стала быстро искать выход из сложившейся ситуации. Уже очень скоро, когда супруг поехал в свои Черёмушки засыпать кобылам овса в ясли, Элен Горчакова нашла этот самый выход и под покровом ночи впустила его через окно в особняк мужа. Это был тоже ротмистр, но уже настоящий, хотя и сортом пожиже, но зато нравом куда как круче, чем её законный супруг и возрастом постарше. В общем ротмистр Кудеяров, выслушав пылкую француженку, согласился подумать над тем, как погубить князя-лошадника и летом тысяча девятьсот пятого года его светлейшество было подстрелено на охоте.