Александр Маркьянов - Сожженные мосты

С русским он столкнулся, когда выходил из ватерклозета — они были расположены не в глубине караван-сарая, а у самого входа. К русскому он не имел никаких претензий, просто его неудачно мотнуло, и русский оттолкнул его — чтобы тот не упал и не выбил из его рук пакеты. А вот этого рыжий уроженец Йоркшира, бывший байкер, славящийся горячим нравом, терпеть не стал…

— Эй, постой-ка! — несмотря на пьяную муть в глазах, он попытался ухватить русского за рукав. Тот же ловко увернулся, а вот йоркширцу ловкости не хватило и, промахнувшись, он растянулся на полу. Британцы, сидевшие на самых плохих местах, у входа, подумали, что русский ударил одного из них, и тот упал…

Русский положил пакеты, которые он нес на стойку, на которой стоял привратник, и где сдавали оружие. Очень спокойно повернулся лицом к британцам — но те немного опоздали. Двое русских водил-караванщиков, которые как раз входили в караван-сарай чтобы поужинать, увидев, что происходит, не стали сдавать оружие и так и встали рядом со своими. В глубине зала, заметив неладное, начали вставать из-за столов и другие караванщики…

Шансов у британцев не было. Они могли успеть выяснить отношения с русским — но только до тех пор, пока никто не заметил. Сейчас же их было четырнадцать человек, а русских в зале сидело раз в пять больше, и все они не прочь были поразмяться на сон грядущий. Правила «разминки» были простыми — вышел за огражденную территорию и делай что хочешь. Только стрелять нельзя, пограничники рядом — а так. Русские британцев не любили, на территории Индии их чаще всего бывало больше, и они не упускали возможность набить морду конкуренту. Но тут — тут была русская земля, и тут численный перевес был на их стороне. Да еще пистолеты у двоих из русских. Вряд ли они будут стрелять в безоружных — но рукояткой по голове будет тоже неплохо.

— Изволите выйти господа? — спросил один из тех, кто вошел только что.

— Этот… он ударил нашего! — сказав так, британец признал свою слабость, потому что сильный не доказывает, сильный бьет.

— Это неправда господа — ровно ответил тот молодой водитель, из-за которого случился весь сыр-бор — ваш человек напился так, что упал на ровном месте.

Как ни странно, но самого неловкого йоркширца никто не спрашивал — а он, моментально протрезвев, лежал на полу и боялся, что в драке его затопчут.

К месту возможной драки пробился один из хозяев заведения, зачастил мешая русские, таджикские и киргизские слова, замахал руками. Вместе с ним появились и двое охранников, у которых оружие было. Надо было расходиться.

Русский, которого сложно было схватить, повернулся за пакетами, положил на стол номерок желая получить сданное оружие — и рядом легли один за другим два увесистых Браунинга армейского образца, с обтянутым резиной рукоятками и удлиненными на два патрона магазинами. Оружие, которое может многое сказать о своем владельце.

Русский повернулся — и наткнулся на уверенный и жесткий взгляд довольно пожилого, но все еще крепкого мужика в потертом армейском обмундировании песчаного цвета. Перед ним стоял подполковник в отставке Иван Васильевич Тихонов, бывший старший инструктор южного центра подготовки войск специального назначения. Собственной персоной.

— Благодарю — сказал водитель.

— Да не за что? — ней тральным тоном ответил Тихонов — русский русскому завсегда брат. Присядете с нами?

— Благодарю, нет. Поем в машине.

— Как знаете, сударь. Как знаете.

Старший лейтенант Тимофеев едва заметно отрицательно покачал головой. Подполковник так же, почти незаметно — кивнул в ответ.

— Честь имею, сударь.

— Честь имею.

— Там Тихонов.

Рамиль, который как-то умудрялся не толстеть, жря при этом за двоих поперхнулся рисом, который он с удовольствием поглощал по-восточному, прямо руками.

— Кто?!

— Тихонов, говорю.

— Наш Тихонов?!

— Именно. Наш инструктор.

— Он же в отставке.

— Он там.

— Хочешь сказать, его контролером послали? Нас не предупредив?!

— Ничего я не хочу сказать. Но ночью держи ухо востро. Задрыхнешь на посту — потом влетит.

— Кто бы говорил…

Но ночью Тихонов не пришел, он знал правила, и даже будучи в отставке их не нарушал. Если ты встретился с сослуживцем — не подходи к нему, пока не получишь знак «можно» — мало ли чем он занят. И, тем не менее — теперь у них в караване был друг.

Утром дальний разведывательный патруль специального назначения в составе большой транспортной колонны пересек русско-афганскую границу.

Звонок раздался как раз тогда, когда пан граф Комаровский сидел в своем кабинете в здании штаба округа, уставший как собака. Возможно звонили и до этого — граф обнаружил, что телефон у него был разряжен, и когда он разрядился — вспомнить не мог не до того было. Подзарядил…

— Слушаю…

— Господин Комаровский, рад вас слышать.

Ковальчек!

Граф Ежи все таки не был оперативником — он был армейским офицером и довольно разумным (когда не находило) молодым человеком. Ему и в голову не пришло задать себе несколько интересных вопросов. Например — куда делся Ковальчек после встречи в Летающей тарелке. Почему он не попытался поинтересоваться почему пан граф Комаровский, будучи приглашенным на сборище в Варшавском политехническом — не явился на него. И еще — куда делся полковник Збаражский, его куратор, который сначала прижимал его к стенке — а потом вдруг оставил в покое.

Ответ на этот вопрос мог быть только один — значит, он и так делает то, что нужно этим людям, его не надо подправлять и подстегивать.

Но граф Ежи не озадачился вопросом — потому и ответа у него не было.

— Пан Ковальчек.

— Верно. Мы вас ждали на собрании, я уже объявил всем о вас.

— У меня было много дел.

— Но сегодня — возможно их у вас будет меньше?

Какого черта?!

— Возможно…

— Одна юная особа интересуется вами. Мне бы хотелось, чтобы вы пришли к нам — а потом мы могли бы поговорить.

Елена?!!!

— О какой особе идет речь?

— Не телефонный разговор, сударь, не стоит компрометировать даму.

— Хорошо. Где и когда.

— На факультете химии. Мы собираемся сегодня, в семь вечера.

— Она там будет?

— Вам нужно встретиться на нейтральной территории и все обсудить. Она… кое в чем раскаивается…

— Я буду.

— Я буду ждать вас рядом с парадным. Иначе вас там не пропустят…

Варшавский политехнический университет.