Фантастика 2026-183 - Алла Железнова

Последние слова Гуннар произнес без всякого осуждения или жалости, лишь с сухой констатацией, и Илва осторожно спросила:

— Значит, никто не пострадал?

— Крестьяне отделались синяками и ссадинами, пытаясь убежать от воображаемого огня. А вот сам Туомас… Видишь ли, на духов избыток человеческих эмоций порой может подействовать так же, как вино на нас, особенно если речь об очень сильном страхе или похоти. В тот момент концентрация энергии оказалась предельно высокой, еще и из-за шабаша, и обезумевшие демоны бросились на Туомаса, оказавшегося рядом. Это было нечто вроде оргии, которые устраивали божества в одной древней южной цивилизации. Они просто разорвали его на части и разметали их по лесу, так что земля была покрыта кровью, а внутренности валялись в овраге.

— Какой кошмар, — невольно прошептала Илва.

— Ну, так-то он получил по заслугам, Илва, а колдовской мир не прощает такой самоуверенности. Преданность духов надо ценить и помнить, что они не марионетки, а свободные существа, и уж поверь, далекие от сантиментов.

— И все равно, это слишком ужасная смерть, тем более что в тот раз он никого не убил…

— Скажи это тем, кто потом много лет страдал бессонницей и кошмарными видениями, — пожал плечами Гуннар. — Но вернемся к нашим делам: родителей у Туомаса в тот момент уже не было — только умирающий дед, патриарх рода, и тетка, очень сильная ведьма, приближенная к самой княгине. Твоему Эйнару она, соответственно, приходится двоюродной бабкой, и именно по ее приказу я прибыл за тобой.

— Но почему? У нее нет собственных детей?

— Есть дочь и внучка, которых она обучала магии с детства. Но колдунам такого ранга всегда нужен большой круг преемников, а в твоем ребенке вдобавок есть наследие пересекающихся миров. Такие потомки в Юмалатар-Саари на особенно хорошем счету!

— Я наслышана, — сказала Илва сквозь зубы. — Выходит, прямые наследницы не оправдали ожиданий, и она велела искать Эйнара? А потом, так и не найдя его, решила взяться за нас с дочкой?

— Это уже детали, — сказал Гуннар, откинувшись на спинку стула. — А я хочу сказать, Илва, что отыскать тебя было нелегкой задачей, даром что ты обычная девчонка и пряталась в занюханном трактире, а не в ином измерении. Но я все-таки тебя нашел, сумев по крупицам восстановить все случившееся! Я сумел разузнать все, начиная от дня рождения твоей дочки и кончая датой, когда умер твой отец.

— И что, мне следует воздать тебе хвалу? Особенно после того, что ты сделал с людьми, которые ни в чем перед тобой не провинились!

— О, ты вдруг решила оплакать бывшего хозяина? Речь сейчас не об этом, — отрезал Гуннар. — Я хочу донести до тебя, что мы нашли бы и Эйнара, если бы могли! И раз даже нам о нем до сих пор ничего не известно, то парень либо мертв, либо пребывает в каком-то из иных миров — если будешь хорошо себя вести, мы, вероятно, что-то о них тебе расскажем. Но так или иначе, на бывшего возлюбленного не рассчитывай.

— Я давно уже не рассчитывала на него, — вздохнула Илва, — с тех пор, как его очаровала пришлая ведьма. А раз он после этого пропал — значит, и не пытался бороться. Это его выбор, а меня теперь волнует только моя дочь.

— И не только тебя, к твоему же счастью! Надеюсь, теперь тебе понятно, как глупо было рассчитывать, что ты сама ее отыщешь?

— Ты и об этом знаешь?

— Для этого не надо быть прорицателем, — заверил Гуннар. — Но твоя тяга к дочери и ее потребность в материнской ауре и энергии могут связаться и превратиться в сильный магический артефакт, который поможет ее найти. Не исключено, что ведьма и демон, помогающий ей, прячут ребенка в ином измерении, а то и в самом Нижнем мире. Ферра Изунэрр — так зовут колдунью, пославшую за вами, — умеет проникать через барьеры, но без тебя поиски будут гораздо дольше и труднее. Ты можешь стать идеальным инструментом: компас, магнит и приманка в одном лице.

— Приманка? — проговорила Илва.

— Да, — кивнул мужчина, — а чего ты хотела? Кто недавно говорил, что блага не раздают просто так? Сделаешь то, что от тебя требуется, — получишь место в доме ферры Изунэрр и возможность постоянно видеть дочь. Откажешься — не увидишь ее никогда, равно как и Эйнара. Выбор за тобой, Илва!

Чуть поколебавшись, Илва опустила голову и тихо сказала:

— Я согласна…

— Не так! Смотри мне в глаза и говори, отдавая себе отчет, иначе все это пустословие перепуганной деревенской бабы.

Илва подчинилась и повторила куда громче и отчетливее:

— Согласна! Теперь ты можешь ненадолго оставить меня одну и дать переварить все это?

— Почему бы и нет? — спокойно отозвался Гуннар. — Я все-таки не демон и не зверь, если речь идет не о трактирных отбросах.

Ничего не ответив, Илва поднялась из-за стола. Она поела совсем немного, но усилившееся чувство тревоги стерло аппетит и скрутилось внутри, как твердый колючий ком. Запах дорогого мыла стал казаться затхлым и кислым, а одежда неприятно холодила кожу. Однако жаловаться было некому, и девушка решила идти до конца.

Напоследок Гуннар предложил ей выйти на палубу, откуда уже можно было рассмотреть приближающийся порт Юмалатар-Саари и вычурные здания столицы — Йосса-Торнеа, города, который прежде казался Илве далеким, волшебным и пугающим краем.

Илва крепко вцепилась в ограждение и подставила ветру лицо. Он отчаянно трепал ей волосы, но его прикосновения не казались холодными и злыми — сейчас, после тяжелой атмосферы в комнате и обеденном зале, они даже вселяли бодрость и задор. Она вглядывалась в дома из розовато-бурого камня, крыши и купола, которые будто были вырублены из камней-самоцветов. В порту поджидали корабли, больше и красивее всех, что Илве доводилось видеть с берегов Маа-Лумен, а над волнами кружились белоснежные чайки. Когда их жалобные крики доносились до Илвы, ей казалось, что она слышит плач и зов собственного ребенка.

Белые ночи в Северном Городе и его окрестностях давно закончились, и дневная синева поблекла, прониклась межсезонной грустью. Терхо стоял