Вячеслав Сизов - Еще один попаданец. Часть 3 [СИ]

— Обычная русская тактика? — Вставил Фридрих.

— Да. Но наши парни их оттуда выкуривают авиацией и артиллерией. Самое смешное в том, что для этого мы используем русские боеприпасы и оружие с их же захваченных складов. Потери русских в людях, вооружении, технике и территории огромны. Пленных десятки тысяч. Часть из них тех, кто был жителем захваченных территорий, нам приходится отпускать по домам, так как их просто негде содержать. Подготовленные лагеря переполнены. Пленным спать негде так и спят стоя. Для их сбора приходится использовать скотные дворы.

— Мне уже рассказывали об этом группы отбирающие материал для опытов.

— Ты знаешь, русские, показывают удивительное стадное чувство. Я слышал рассказ о тысячной колонны пленных с конвоем из нескольких десятков человек. И они даже не пытаются разбежаться. Некоторые части сдаются вместе со своими командирами и музыкальными командами.

— Ты был на фронте?

— Да. По указанию рейхсфюрера мне пришлось выехать в инспекторскую проверку в группу армий “Центр”.

— Карл, слушая твои бравурные речи и зная тебя слишком давно, не могу отделаться от впечатления, что не все так хорошо как ты говоришь. Ты что-то скрываешь или не хочешь говорить? Прости, я специально повел тебя по этой дорожке. Здесь нет микрофонов и записывающей аппаратуры, можешь говорить свободно.

— Ты прав впрочем, как и всегда. Есть несколько неприятных моментов и неожиданностей, подготовленных Сталиным и не изученных разведкой. Но пока я не готов об этом говорить нужно время и подтверждение этим данным. Лучше расскажи, что тут у вас новенького. Официальный отчет и доклад профессора я уже читал. Меня больше интересуют твои впечатления.

— Полученные доспехи и зеркала всем нравятся. Опыты с ними идут регулярно. Ученые, проверяют какие-то свои теории. Группы, направленные в лагеря для военнопленных продолжают присылать расходные материалы. Но процент отсеивания очень большой. Мы смогли отобрать всего три десятка испытателей из полутора тысячи присланных. Остальных вернули обратно в лагерь здесь же недалеко от замка. Пока использовать вновь выбранных в установке нельзя. Нужно время и дополнительные анализы. Установка включалась дважды. Калибровка была проверочная под новый доспех 0-0-0.1. За грань удалось заглянуть однажды, длительностью несколько минут. Исследователь тот же. Объект — человек, смотрящий в окно. Было ясно видны казармы из красного кирпича и плац перед ними. На плацу отрабатывали строевые приемы солдаты в форме РККА. Картинка была четкая, вплоть до того что были видны пуговицы на мундирах. Звука не было слышно, но и так все было понятно. Запись велась постоянно. Зеркало затуманилось и покрылось сеткой трещин в южной части комнаты. Повторить опыт не получилось. Ученые пытаются понять почему. На одном из доспехов, присланных из Мюнхена, стал мерцать один из сапфиров расположенных на левой руке. Этого никто не ожидал. Обнаружили случайно. При очередной сверке подлинника с вновь сделанным. Сейчас все ломают голову, чтобы это значило. Если ты хочешь знать мое впечатление, то работа идет успешно. Возможно объект тот же что мы видели в прошлый раз.

— Понятно. Спасибо за твой рассказ. Ты прав. К этому же выводу пришла комиссия собранная рейхсфюрером. Ваша работа уже приносит свои практические плоды. Принято решение пока не выпускать доспехов. Во всяком случаи до тех пор, пока ученые не разберутся со всеми функциями подлинных. Их изготовление очень дорого, а переделывать и вносить изменения в уже готовые обойдется еще дороже. Так что пусть ученые приложат максимум усилий к этому делу. Кроме того хочу тебя с кое — чем ознакомить. Наши специалисты покадрово разобрали ваш первый фильм, и пришли к очень интересному выводу. Во-первых они считают что вы видели будущее. Но будущее не нашей реальности, а другой неизвестной. Во-вторых удалось опознать оружие у солдата, что дежурил в воротах. Оно очень похоже на автоматический карабин фирмы C.G. Haenel под 7.92-мм укороченный патрон фирмы Польте. Аналогичные работы есть и у фирмы “Carl Walther GmbH”. В конце 1940 года они представлены Управлению сухопутных вооружений. При испытаниях образцы показали хорошие результаты. Поэтому с “Вальтер” подписан контракт на поставку двухсот образцов для широких войсковых испытаний. Увиденное вами подтверждает правильность наших разработок. Специалистам “Carl Walther GmbH” и фирмы C.G. Haenel, передана просьба, ускорить свою работу по данному направлению.

— Рад этому.

— Мы ждем от вас новых успехов и прорывов. Да ты в прошлый раз спрашивал насчет Катерины Оберндёрфер. Могу тебя порадовать. Ее нашли. Через наших людей в Афганистане ей удалось переправить письмо. Она возвращается в Германию…

Журнал боевых действий Iа 45 L.D.: запись от 28.06.41 (РИ)

Продолжается обстрел противника в Восточном форту из танка и восстановленного 27.6 штурмового орудия.

С бомбардировочной авиачастью на аэродроме Тересполя договариваются о бомбардировке на вечер, однако не может проводиться из-за неблагоприятной погоды.

11.20 ч. Гарнизон форта 5 не сдается.

Дивизия получает телефонный (позже письменный) приказ от Группы армий “Центр” предоставить в распоряжение 2-му воздушному флоту 2 батальонов для охраны выдвинутых вперед аэродромов.

Батальоны (без лошадей и транспортных средств, с тяжелым оружием) по команде дивизии назначаются из состава I.R.130 (I и III батальоны).

До вечера вылетает примерно одна усиленная рота (в Люк в Восточной Пруссии, далее в Молодечно). Штабной офицер для контроля марша (гауптман Вацек) разведывает дороги и улицы для марша дивизии за 52-й и 167-й дивизиями (LIII. А.К.). В радиограмме в LIII. А.К дивизия просит разрешения на движение в случае выступления с маршевым эшелоном за 52-й и 167-й дивизиями.

11.45 ч беседа с Iа штаб корпуса относительно команды о выступлении дивизии еще не состоялась.

Красивая женщина с длинными светлыми волосами, одетая в домашний шелковый халат, сидела за столом и рассматривала возвращенные ей фотографии. Она решала, какие из них заберет собой домой, а какие оставит здесь. Да домой в родную и любимую Германию. Где ее звали Катерина Оберндёрфер. Именно там она родилась, жила, училась и делала свои первые шаги в жизни, науке и любви. Россия никогда не была ее родным домом. Здесь могила ее номинального отца. Здесь же Родина ее биологического отца. Сюда до Великой войны она приезжала отдыхать на лето. Здесь жили ее русские родственники. Здесь она скрылась от своей прошлой жизни и видений, что так часто посещали ее.