Симонов Сергей - Цвет сверхдержавы - красный 4 Восхождение. часть 2

С крымского побережья «Темп-С» простреливал практически всю Турцию — то, что от неё осталось.

— А сама идея мне нравится, — заключил Никита Сергеевич. — Давай, делай. Как назвали-то разработку, какое название в постановление записывать?

— Тему назвали «Лотос», а комплекс предлагаем назвать «Кувшинка», — ответил Челомей.

— Гм... — Хрущёв удивился. — Это почему?

— Боевые блоки перед разлётом раскрываются как лепестки у лотоса или водяной лилии, — Владимир Николаевич сложил ладони вместе и показал, «как раскрываются лепестки».

— Ишь ты... Прямо поэт. Ну, нехай будет «Кувшинка», — согласился Первый секретарь.

Ещё одной большой темой, обсуждавшейся на НТС СССР, были скоростные суда, обычные и с динамическими принципами поддержания. Успех пассажирских теплоходов на подводных крыльях, конструкции Ростислава Алексеева, заставил обратить пристальное внимание на эту тематику. В то же время министр судостроения Борис Евстафьевич Бутома не жаловал Алексеева, и Хрущёв решил навести порядок в этом вопросе.

Поводом для этого послужили предложенные для оснащения перспективного вертолётоносца скоростные катера-катамараны. При обсуждении кто-то из специалистов вспомнил, что ещё до войны в Сочи некоторое время с успехом эксплуатировался глиссирующий катамаран ОСГА-25 «Экспресс» конструкции инженера Василия Андреевича Гартвига, перевозивший 125 пассажиров со скоростью 70 — 86 километров в час. (http://www.privetsochi.ru/blog/history/51682.html). В 1942 году он был переведён в Туапсе, а затем уничтожен, чтобы не достался наступающим нацистам.

Никита Сергеевич немедленно заинтересовался. Выяснилось, что конструктор катамарана жив, и даже чертежи уникального судна до сих пор сохранились. Василий Андреевич Гартвиг был до войны крупнейшим специалистом СССР по глиссирующим катерам.

— А чего бы нам не передать тему скоростных катамаранов товарищу Алексееву, — предложил Первый секретарь. — А товарища Гартвига попросим поконсультировать. Как я понимаю, он уже в немалом возрасте, руководство в полной мере взять на себя не сможет. Или сможет?

Борис Евстафьевич Бутома, едва услышав про Алексеева, немедленно возразил:

— Товарищ Первый секретарь, Алексеева надо бы сначала призвать к порядку, а вы его хотите на такую важную тему поставить. Вы в курсе вообще, что он творит? Гоняет по городу на автомобиле, как сумасшедший, наплевав на правила дорожного движения. Рано или поздно сам убьётся, и ещё невинных людей с собой на тот свет прихватит.

— А эта история с отменой выходных в конструкторском бюро, перед сдачей «Ракеты»? Люди от него стонут, не хотят с ним работать, народ разбегается!

— Зато товарищ Алексеев добивается своего и поставленные задачи успешно решает, — возразил адмирал Кузнецов.

— Однако нарушать действующее законодательство не позволено никому, будь он хоть трижды гений, — припечатал Косыгин.

Выслушав все аргументы за и против, Никита Сергеевич предложил:

— Давайте-ка сделаем вот как. С целью лучшего взаимодействия, обмена информацией и передачи опыта, организуем МНПО «Скоростной флот», в составе двух производственных кластеров — Северного, с центром в Ленинграде, и Южного, с центром в Горьком. В состав Северного включим ЦКБ-5 («Алмаз») с заводом № 5 (завод «Алмаз»), ЦКБ-19 («Редан») с заводом имени Марти (Адмиралтейский завод), ЦКБ «Нептун» и Свирскую судоверфь.

— В Южный кластер включим ЦКБ по судам на подводных крыльях товарища Алексеева, завод «Красное Сормово», исключая их производство подводных лодок, Зеленодольский завод им Горького и Феодосийский завод «Море».

— Руководить МНПО будет Совет Главных конструкторов, на должности административных руководителей Северного и Южного кластеров подобрать людей поручаю министру товарищу Бутома.

— МНПО будет заниматься всеми скоростными судами, и на подводных крыльях, и на воздушной подушке, и глиссерами, и катамаранами, и судами на воздушной каверне, в общем, всю скоростную водную тематику сводим в одну организацию, под централизованное коллективное руководство.

МНПО «Скоростной флот» было создано летом 1959 г. Ростислав Алексеев стал одним из нескольких Главных конструкторов, по направлению судов на подводных крыльях и скоростных катамаранов. Техническим консультантом был назначен Василий Андреевич Гартвиг. За нарушение трудового законодательства Алексееву был объявлен выговор по партийной линии, а чтобы он не нарушал правила дорожного движения, ему назначили личного водителя и пригрозили отобрать права. Гонять на машине он от этого не перестал, но хотя бы не нарушал ПДД в рабочие дни.

12 марта 1959 г, после окончательного устранения промышленностью недостатков и недоделок первая советская атомная подводная лодка К-3 вошла в состав 206-й отдельной бригады подводных лодок Северного флота с базированием на Северодвинск. В апреле 1959 г было проведено совместное комплексное учение противолодочных сил, где К-3 действовала против вертолётоносцев «Ярославль» и «Хабаровск», дирижаблей и прочих средств ПЛО, изображая ракетную подводную лодку НАТО. (АИ)

Результаты учений были обескураживающими. Шумность лодки обновлённого 627 проекта, построенной с учётом многих более поздних достижений, оказалась настолько низкой, что имевшимся гидроакустическим средствам флота и морской авиации К-3 была не по зубам. Обнаружить лодку удавалось только при помощи новых систем обнаружения по кильватерному следу.

Лодка провела несколько учебных торпедных атак на оба вертолётоносца, причём её торпеды были обнаружены только на достаточно близких дистанциях, когда уклониться от них громоздким бывшим авианосцам уже не было никакой возможности.

Также К-3 провела испытательные стрельбы из подводного положения опытными крылатыми ракетами «55П» и «55Т», выстреливая транспортно-пусковые контейнеры из штатных 533-мм торпедных аппаратов. Они всплывали вертикально, высовываясь из воды, как поплавок. Открывалась верхняя крышка, включался стартовый пороховой ускоритель, выбрасывая ракету из контейнера и разгоняя её до скорости, достаточной для включения основного двигателя.

Старт производился из акватории Баренцева моря. Противокорабельная «55П» успешно поразила щит-мишень вблизи побережья Новой Земли, а более дальнобойная «55Т» — мишень на полигоне Владимировка в Астраханской области.

Вид продолговатой сигары, вылетающей на столбе дыма и пламени вертикально прямо из волн, впечатлил всех. Истребителям морской авиации пришлось несколько раз отгонять американский P-2V «Нептун», экипаж которого очень интересовался советскими учениями. Несколько раз эсминцы, сопровождавшие вертолётоносцы, обнаруживали перископы иностранных подводных лодок и слышали шумы, характерные для английских дизельных субмарин. Приходилось принимать меры по их вытеснению из района учений. (АИ)