Фантастика 2026-183 - Алла Железнова
Содрогнувшись и утерев последнюю блаженную слезу, Майре вытянулась на подушках, пока Кэй рядом повернулся на спину. Он, как и всегда, выглядел совершенно безмятежным.
— Ну что, тебя отпустило, Морская Дева?
— Да, Кэй, я все поняла, — тихо промолвила Майре, — но пока не хочу об этом говорить. Может быть, погуляем?
Инкуб ответил ей озорной улыбкой. Окончательно скинув халат, Майре подошла к распахнутому окну и через мгновение выпорхнула уже чайкой, а вслед ей вылетел большой черный баклан с горящими золотом глазами. Они пустились парить над бескрайними водами забвения, в которых отражались осколки разных судеб и целых миров, будто живописные полотна. На одном из них морские разбойники делили добычу с корабля, разбившегося о скалы, на другом средневековый европейский аристократ подавал гостю кубок с ядом, на третьем юная восточная девушка резала себе горло над трупом возлюбленного-самурая, на четвертом голодные грифы летали над деревенькой, вымершей от холеры. Чайка и баклан запечатлели себя на каждом полотне, словно посланцы и бесстрастные зрители.
Также они побывали в тех пространствах, где зарождались ураганы, чудовищные волны, изнуряющий зной и прочие стихийные бедствия. Порой Кэй разрешал Майре подсмотреть, на какой город или деревню в этот раз выпадет жребий мироздания. Но сейчас она была сосредоточена на своем, и еще немного покружив над волнами, демон мысленно позвал ее к маяку. Мелькнув во тьме сверкающей кометой, чайка последовала за бакланом, и вскоре они вернулись в покои, где стали одеваться и прихорашиваться.
Теперь Майре взяла себя в руки и, облачившись в вечернее платье — такое же черное с серебром, как излюбленный наряд Кэя, — вышла вместе с ним в зал, где часто гостили уважаемые жрецы. Кэй подал Майре кубок с золотистым вином, немного пригубил сам, не сводя с подруги глаз. Она неспешно пила и смотрела на огонь в камине, который так же питался душами, как и прочие обитатели маяка.
— И что все это означало, Морская Дева? — наконец спросил Кэй. — Тебе стоит напоминать, что у нас за подобные выходки наказывают похлеще, чем в людском христианстве? Ты служишь богам — им и решать, когда оборвать твою жизнь, в соответствии с гармонией мироздания! Конечно, я тебя не выдам, но все это видится мне удивительным и горестным. Именно от тебя никак не ожидал!
— Кэй, у людей есть то, что называется «гормоны» и действует страшнее любого приворотного зелья или яда, — ответила Майре, покачав головой. — Это они руководили мной, когда я забеременела. Сначала с головой захлестнула радость и умиротворение, каких не давали ни ритуалы, ни интриги, ни даже твоя страсть, уж прости… А потом все это оборвалось и наступила жуткая пустота, хуже всех кругов ада. Оказывается, телесная смерть далеко не самое страшное!
— Тогда возникает вопрос, годишься ли ты в старшие жрицы, если твой рассудок и воля не могут им противостоять, — заметил Кэй. — Я же знаю людей, Морская Дева, и они бы давно вымерли, если бы всякая баба после выкидыша бросалась в воду! Неужели ты глупее и слабее их? В таком случае тебе не только в нашем мире — среди деревенских гадалок не место!
Губы Майре задрожали, лицо, до этого походившее на изящную гипсовую маску, слегка исказилось, и она сжала руку инкуба.
— Пожалуйста, Кэй… — горячо зашептала она и запнулась, переводя дыхание.
— Успокойся, я бы не стал любить тебя перед тем, как предать! — усмехнулся демон. — Я дал тебе обещание верности и не собираюсь нарушать, хоть ты и сильно меня подводишь. Но что же тобой движет? Неужели одни инстинкты и вера в силу продолжения рода? Но ты же все равно умрешь и душа лишится телесной опоры, независимо от потомства!
— Знаю, но ведьме необходимо передать свои навыки по наследству, — вздохнула Майре, — иначе ждет безумие и тяжкая смерть, а душа никогда не будет упокоена. Ты же знаешь это не хуже меня, Кэй!
— И ты решила умереть быстро, безболезненно и в здравом уме? Ну, какая-то логика в этом есть… — прищурился Кэй, разглядывая вино в бокале. — Но я все-таки хочу подсказать тебе иной выход. Ты сама заметила, что главное навыки, а не родство, — так что же мешает тебе найти девочку с сильной колдовской кровью и воспитать своей преемницей?
— И где же искать такую? В приюте? Родители вряд ли мне ее отдадут, им самим ученица нужна, — возразила Майре, но в ее глазах мелькнул жадный огонек, хорошо знакомый Кэю.
— А вот в этом я готов помочь, — улыбнулся тот. — Пока ты упивалась своим страданием, я узнал, что бывшая девка твоего целителя все-таки понесла от него — он давал ей какое-то зелье против зачатия, но, видно, не рассчитал дозу. А может, она нарочно не выпила, чтобы скорее его привязать: это уж не наши заботы…
— Что ты сказал⁈ — прошептала Майре, вцепившись в его рукав. — У нее ребенок от Эйнара?
— Девочка, всего двух месяцев от роду, — бесстрастно ответил Кэй. — Как тебе такой материал, Морская Дева? У нее сильная родовая магия, отца-колдуна рядом нет, а мать — простая деревенская баба, и дома не очень-то рады, что она принесла в подоле. По-моему, из такой глины можно вылепить прекрасное творение искусства, не так ли?
— Она не пыталась искать Эйнара?
— А толку-то, если и пыталась? Но это его ребенок, сомнений нет. И колдовская печать уже видна, по крайней мере для таких, как я.
Майре стиснула зубы и прикрыла ладонями лицо.
— Она все-таки обошла меня, Кэй! Эйнар выбрал меня и отшил ее при всех, эта простушка сбежала, поджав хвост, — и тем не менее стала матерью его ребенка, а я не смогла! Ну почему мироздание порой так злобно шутит?
— Мы здесь говорим о мироздании или о деле, Морская Дева? Если ты намерена ныть и клясть судьбу, то избавь меня от этого, а если тебе нужен ребенок — мы должны скорее отправляться в путь. Да, ты не ослышалась: в этот раз я не отпущу тебя к людям одну. Кроме того, я думаю, что заслужил вознаграждение за труды.
—