"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

— Кем?

— Всеми. Мной… одно дело знать, что тебя не примут в качестве главы рода. И совсем другое… это сложная игра. Намёки. Обещания. И надежда теплится. Там, внутри, — Мишка положил руку на грудь. — В то же время Сергей. Его эти намёки злили. Одно время он даже начал доказывать, что не хуже…

Только не вышло.

Из дерьма, как ни старайся, пулю не слепишь.

— Как дарник он сильнее, да и сила у него Воротынцевская. После Сергея и меня наследником выступал Изяслав.

Новое лицо. Обожаю новые лица, новые знакомства. Мне даже визитницу для этаких случаев подарили, чтоб карточки собирать, раскладывать и не забывать полезных людей. Жаль, в доме осталась. Сгорела, верно.

— Это сын двоюродного брата моего деда, — пояснил Михаил.

— Погоди, в голове уложу.

Для местных родство, полагаю, довольно близкое, но я ещё не настолько обжился, чтоб сходу въехать.

— У самого деда родных братьев не было, — Михаил мои затруднения понял. — Однако у его отца имелся младший брат, у которого родился сын Мстислав, а у того в свою очередь сын Изяслав. В то время род как раз начал возвышение, и Мстиславу достались земли на юге. Хорошая вотчина. Большая. Он её и преумножил, а Изяслав уже занялся обустройством. Он хороший хозяин. Сильный. А ещё у него четверо сыновей.

И в большой вотчине, подозреваю, стало немного тесновато.

— Старший примерно моих лет. Младший — твоих.

Разброс хороший. И запас наследников имеется.

— Изяслав давно уже перебрался в Петербург. Он вёл дела со мной, с Сергеем… он и с Татьяной меня познакомил. Случайно, как мне тогда казалось.

Мишка задумался и потёр подбородок. Глаза его стали ещё уже.

— И где?

— Знакомство — это громко сказано. Мы не были представлены. Сомневаюсь, что она вообще меня запомнила.

Это он зря. Такую рожу забыть непросто.

— Выставка была. Научных достижений и артефакторного искусства. Как понимаешь, у нашего… извини, я пока не уверен, что это больше не мой род.

Настаивать не буду.

Настаивать вообще лучше на ореховых скорлупках, чем вот так. Метелька тоже кивнул и очередной ломать сунул, что мне, что Мишке. А и правильно. От всех этих переживаний так тошно, что прям жрать охота со страшною силой.

— Она интересовалась кое-чем… мы и поговорили пару минут всего.

— И ты решил жениться? Кстати. А почему ты вообще не женат-то?

— Дед не позволял.

Почему? Хотя не тот вопрос, который стоит озвучивать. Или… понятно? Матушка его чужой крови, папенька вообще по ходу из Громовых, а номинально получается, что Мишка из старшей ветви Воротынцевых. И оно надо, усугублять проблему? Или дело в том, что женитьба упрочила бы позиции? Род ведь Воротынцевский куда побольше нашего. Там народу тьма. И многих, полагаю, куда более устроил бы пусть чужой, но адекватный Михаил, а не правильный по происхождению, но на всю голову шибанутый Серега. Женись Мишка на ком из своих, пусть чином поменьше, глядишь и поддержали бы его на переделе власти. Мог старик понимать?

Мог.

А чужих… а вот чужим он Мишку отдавать не хотел. Управленец из того, похоже, отличный. А такая корова нужна самому.

Была.

— А если бы у Сергея появился ребенок? — уточняю, впиваясь зубами в чуть твердоватый хлеб. И Михаил кивает.

— Законный? Правильно мыслишь. Его позиции укрепились бы. И да, вскоре должны были объявить о помолвке.

— А раньше?

— Раньше… тут свои сложности. Дед надеялся найти сыну невесту из хорошего рода, но… пошли нехорошие слухи.

— И хорошие рода не захотели с ним связываться?

— Именно. Даже предварительный договор был расторгнут, а это породило новые слухи. Сергея даже пришлось отослать из Петербурга, хотя на тот момент он был представлен ко двору. Дед пытался и чин ему выправить, но… не вышло.

И не выйдет.

Чую, супруг из покойного тоже так себе получился бы.

— А если допустить мысль, что вот ты помрёшь и дед помрёт, и Серега тоже помрет, кто тогда возглавит род?

Спрашиваю, и знаю ответ:

— Изяслав.

«Капли датского короля[64] — верное средство, которое спасёт вас и ваших близких от смерти! Изготовлены по оригинальному семейному рецепту с добавлением особого ингредиенту, который принесёт немедленное облегчение. Только в аптеке братьев Сарынских, на Кузнецком мосту»

«Вести».

Тимоху мы тащили втроём. Михаил больше не говорил, был задумчив донельзя, а я не мешался. У меня своих мыслей хватало, одна другой веселее.

Давление света чуть поутихло, но я не обманывался, это тут, за щитом. Да и Мора нас прикрыла прилично так, поэтому, что тёрн, что убежище уцелели. А вот там, ближе к поместью, теперь так светло и благостно, что хоть монастырь возводи.

И ведь возведут…

Но и пускай. Заботило другое. Выбираться надо. Тут мы можем проторчать прилично, сала запас есть, воды тоже. Одеяла, одежда. Но… надо ли?

Чего ждать?

Руки у Таньки сами собой не заживут. В нынешних условиях наоборот того и гляди воспалятся. На открытые ожоги всякая зараза только в путь летит. А если гнить начнёт, то это конец.

Тимоха, опять же…

Тимоха по-прежнему был в отключке. Дышать дышал, сердце стучало. А в остальном — полная пустота.

— Погоди, — Михаил нарушил молчание. — Я попробую дозваться.

— Как-то оно неуверенно звучит.

— Я ведь не шаман всё-таки. Так. Кое-что знаю и только. А он далеко ушел. У него душа раненая была. Раньше.

— Знаешь что-то про тот случай?

— Нет.

Хотелось бы верить. Вообще хотелось бы верить хоть кому-нибудь. А он вроде и свой. В теории, потому как не сбрасываю я до конца вероятность, что сказку о нашем большом и близком родстве мне скормили. Или не мне.

Или и сами они, говорившие, правды не знали. Такое тоже бывает. А что талант у Мишки сродственный, так и Громовы — не единственные охотники.

А даже и родство, и талант, и его спокойствие — это всё ничего не значит.

— Просто он мне показался больным. Тогда, — Мишка встряхнул руками, разминая кисти. — Сергей приехал поговорить. Помощь ему понадобилась. Я так думал. Он в очередной раз влип. Он порой бывал в местах, где человеку благородного происхождения появляться не стоит. И в компаниях сомнительных. Слухи о них ходили самые разные. А тут его