Василий Панфилов - Улан. Трилогия
— Там же хватало всяких разногласий – что Пруссия неоднородна по национальному составу… Что уж там говорить про Австрию! Ну и понятно – планы составляли… грандиозные. В здоровых государствах это так бы и осталось рассуждениями молодых революционеров – до первого повышения в чине. Ну а сейчас… Во-первых – заволновались из-за карьерных соображений, ясно уже стало, что в разваливающемся государстве карьеру сделать сложно. Во-вторых – из-за банального выживания… Богуслав с его "Больше позитива, рубим и улыбаемся!", да ты с "Недорубленная трава вырастает" и "Пленных не брать!". За жизнь боятся. Ну и в-третьих – сейчас многие увидели ШАНС.
— М-да, — отозвался герцог, — для кого-то – шанс увидеть Родину свободной, а для кого-то – взлететь повыше.
— Да не всё ли нам равно, сир? Люди, они всякие… А если именно НАМ стало проще – то оно и к лучшему.
По приказу Грифича, ещё несколько недель назад в войске Коалиции запустили слухи, что саксонцев, баварцев и прочих подневольных солдат он трогать не хочет и если те догадаются вовремя отойти в сторону… Аналогично было и в австрийском войске – всевозможные национальные славянские и венгерские части были предупреждены, причём так – жалеючи.
"— Да зачем мне со славянами или венграми воевать? Нет, если они встанут перед моими войсками и будут мешать преследовать австрийцев – тогда да, придётся рубить. А так… Им ещё после моей победы свои государства строить".
Вроде бы и немудрёные слухи… Вот только уверенные разговоры и неминуемой победе Померанского Дома… да о том, что подневольных солдат трогать не будет… да о построении национальных государств… Коалиционная армия забурлила, слухи пошли вовсе уж дикие, а что самое приятное – началось недоверие к национальным частям. Пруссаки и австрийцы в открытую заговорили о предательстве: дескать, те собираются ударить в спину во время боя… Вряд ли, ой вряд ли – чехи и словаки привыкли жить под Габсбургами и на основании одних только слухов и разговоров на смену союзников… или хозяев… не решатся.
В общем, когда вражеские войска подошли к месту будущего сражения, самоуверенное настроение было разве что у австрийской верхушки, основная же часть солдат и офицеров была настроена более нервно. Кто вообще сомневался в победе Коалиции, кто-то в ней не сомневался – но предполагал, что она будет пирровой. Шалость удалась…
Четырнадцатое марта в Европе – уже весна. Не то чтобы совсем тепло, но листочки уже зелёные и вовсю растёт молодая травка. "Игра на нервах" длится уже несколько дней: войска окопались и ничего более не предпринимают. Если верить донесениям разведки (а не верить ей не было оснований), то Фердинанд Австрийский и Старый Фриц никак не могут договорится о плане наступления. Такие настроения "штирлицы" Померанского поддерживали достаточно умело – там словечко, здесь… И вот пруссаки с австрийцами уже дерутся на дуэлях, несмотря на запреты.
Промедление было на руку Грифичам – подготовка ракет оказалась непростым делом… Одна только перевозка готового напалма в условиях секретности, да стоянки в окружении тысяч костров… Да потом ничуть не легче: летели ракеты на обыкновенном чёрном порохе, который из-за весенней влажности пришлось везти отдельно и снаряжать оболочки уже на месте. Аналогично и с боевой частью – залить напалм нужно было непосредственно в лагере.
Ранним утром, когда ещё не расцвело, герцог вышел и из шатра решительный и несколько бледный… Но последнее, наверное, показалось – это же "Грифон Руянский", известный железным характером… Ветра сегодня не было, ракеты снаряжены и Богуслав уже приказал устанавливать ракетные станки на позициях.
Деревянные конструкции вытащили к самому краю укреплений и ракетчики (все – аристократы-венеды из тех, кто по личным причинам ненавидел пруссаков и австрийцев) с торжественными физиономиями Посвящённых В Главную Тайну начали готовить их. Остальные солдаты непонимающе смотрели на них, пока не получили приказ отойти на четверть версты. Тут глаза их стали совершенно квадратными, но подчинились, молча поглядывая на Богуслава и прочих ракетчиков, с их излишне плавными движениями.
Без всякой звуковой атрибутики полки отвели подальше и выстроили для атаки.
— Сейчас сами всё увидите, — негромко сказал Владимир его слова чудесным образом услышал весь лагерь. Сотня ракетных станков, каждый на четыре ракеты, в каждой ракете по литру напалма, своей очереди дожидаются ещё четыре с половиной тысячи ракет…
Подожгли запальные шнуры… И опрометью бросились в специально вырытые укрытия! Не зря – одна из ракет взорвалась почти сразу после старта, разбрызгав напалм на несколько десятков метров. Остальные благополучно… ну, насколько это вообще возможно – полетели в сторону врага с жутким воем. Да, помимо баллистики и взрывчатого вещества, пришлось заниматься и звуками – кавалерия пока "рулит" и возможность напугать вражеских лошадок многого стоит – своих заблаговременно отогнали на пару вёрст.
Не успели ракеты достигнуть вражеского лагеря, как ракетчики начали устанавливать следующие. И тут раздались взрывы… Четыреста ракет достигли своей цели… Не все, разумеется, попали во врага – даже при безветрии значительную часть просто отнесло в озеро. Но и тех, что попало, хватило… Грохот раздался страшный – нечто очень похожее на массовый миномётный обстрел. И тут же – дикий вой напуганных, покалеченных, обожжённых людей и лошадей. И пусть до лагеря было больше версты,* слышно было хорошо – более чем.
Ракетчики даже замедлили темп работы, а движения стали такими плавными, будто они работали глубоко под водой – выучил Богуслав, судорожных движений ни у кого нет… Заряжено – и тут же следует новый залп. Командующий работами Богуслав передаёт непосредственное командование одному из подчинённых и лезет в корзину воздушного шара – требуется оценить разрушения сверху. Чуточку помедлив, лезет и Владимир.
— Командуй сам, — говорит он сыну, — я так, оглядеться.
Далее он просто смотрит в подзорную трубу за очередным залпом.
Во вражеском лагере разгораются даже не десятки – сотни пожаров! Горят и взрываются пороховые склады, парусиновые палатки, амуниция, провиант, телеги… Чёрный жирный дым стелется над землёй и… Из лагеря бежит крупный отряд. С такого расстояния проблематично разглядеть мундиры – тем более, что флагов они не разворачивают. Но если верить разведданным, то на этом месте раньше стояли баварцы… Ага, вот ещё один отряд начал пробивать себе дорогу назад – штыками. Залп… Ракеты падают с большим рассеиванием – в основном в лагере Коалиции, но часть падает перед ним, часть – за ним.