Андрей Онищенко - Миссия "Звезда Хазарии" или "Око Кагана"

С малых лет, Ата хан привык к коню и сабли. В молодости он был лихим наездником и мог на полном скаку поразить из лука с восьмидесяти шагов степного суслика, что было не под силу многим бывалым воинам. С соседними родственными племенами, Ата хан старался жить в мире, но и спуску не давал, помня наставления отца:

– Дай голодной собаке кусок вареного мяса, завтра она своей грязной мордой залезет в твой котел.

Именно поэтому его род держался всегда обособленно от соседних тюркских племен, населяющих бескрайние равнины от Алтая до Карпатских гор. Соседи его род называли "дикими куманами", по той простой причине, что воины рода Ата хана, не желали вступать ни в один из образованных половецких союзов. Однако это обстоятельство не мешало Ата хану, когда было нужно для более удачных и дерзких набегов на Русь, сливаться с другими половецкими ханами в мощное единое войско.

Старый половецкий хан так пристально вглядывался в потухающие угли костра, что его глаза начали слезиться. Тяжело вздохнув, он встал на ноги и вышел на воздух. Величественный дородный хан, казался спокойным, однако, в его взгляде чувствовалась тревога. Все чаще и чаще к его стойбищам прибивались половцы-кипчаки из других, дальних племен, разоренные кочевья которых находились далеко на востоке от земель хана. Оттуда беженцы приносили тревожные вести, будто бы неведомая сила, дикой необузданной волной, неведомо от куда, накатывала на Великую Степь, выжигая все на своем пути и гоня кипчаков с насиженных мест далеко на восток, к бескрайнему последнему морю.

Вглядываясь в ночную степь, хан направился в сторону одинокого кургана, поднялся на вершину и посмотрел на ночное небо. Оттуда, из-за облачных высот, на него смотрела Ай (луна). Она считалась дочерью Духа Неба Тэнгри и Земли. Она пугала древних тюрков и в то же время ее все любили. Кипчаки верили в ее магическую силу, и не случайно Ата хан дал своей дочери, рожденной в полнолуние, имя Ай-наазы. Дочь взрослела день ото дня, была чиста, скромна, добродушна, умна и росла просто красавицей.

– Великий Дух Неба Тэнгри, – произнес старый хан, поднимая руки над головой, – дай мне совет, наполни мою душу Благодатью, что делать, как поступить? Неведомый враг подступил к границам наших земель, желтые безбородые воины на маленьких конях топчут наши луга. Люди уходят с насиженных мест, покидают родные степи и могилы предков.

Ата хан долго стоял на вершине кургана, вглядываясь в безоблачное ночное небо в ожидании знака сверху. Легкий ветерок, налетая, иногда озорничал с его длинной седой бородой. Не получив никакого намека на ответ от Тэнгри, старый хан опустил руки и тихо произнес:

– Хорошо! На днях мы принесем тебе жертву, может тогда, ты станешь, милостив к нам и укажешь нам путь!

Не спокойно было на сердце у старого половецкого хана в эту минуту, смутные темные предчувствия обуревали его душу, даже образ любимой дочери, который неожиданно возник в порыве воспоминаний, не смог отогнать темных мыслей. Виной всему было отсутствие вестей от сына, Кара-Кумуча, который с дружиной в три тысячи копий, повел своих всадников на соединение с Великим ханом Котяном, покинул расположение родных земель, чтобы вместе, одной единой силой выступить против неведомого врага, который вступил в просторы Великой Степи.

Опустив взгляд вниз, Ата хан при лунном свете оглядел родное кочевье. Одна за другой, юрты соплеменников располагались на огромном пространстве. Кое-где, из дымоходов, поднимался к верху дымок. Спало все вокруг, спали даже собаки, тревожная безмятежность переполняла окружающее пространство, только старому хану никак не спалось и, вглядываясь в многочисленные юрты соплеменников, он занялся тем, что старался угадать в темноте, кому они принадлежат.

Половецкие юрты, в то время, представляли собой вершину развития переносного жилища. Их конструкция позволяла за короткий срок разобрать и собрать юрту по мере кочевания. Прежде всего, поражала их форма. Крыша представляла собой ребристый купол с отверстием вверху для дымохода, ребра выполнены из тонких деревянных прутьев связанных между собой под углом в сорок пять градусов. Форма купола исключала изгибное и растягивающее напряжение и работала только на сжатие, то есть полностью использовала свойства древесины. Такая конструкция юрты позволяла перекрывать большие пространства при минимальном весе несущих стержней, что было немаловажным при перевозке на новое место.

С раннего детства Ата хан учился собирать и разбирать юрту, вместе с женщинами, пока не взял в руки оружие. Эта работа была не для мужчин, поэтому хозяйственные заботы целиком ложились на плечи рабов, женщин и детей. Воин должен охранять и защищать свое стойбище и осуществлять дерзкие набеги, радуя своих родичей богатой добычей, так сложилось издревле. У Ата хана все уже было позади за спиной. Опыт, накопленный годами, он старался передать сыну. Возраст и здоровье не позволяли старому хану долго держаться в седле. Теперь, воинскими походами рода, занимался молодой хан Кара-Кумуч, а старому Ата хану было отведено почетное место на дорогом ковре в самой лучшей юрте племени.

Потихоньку звезды стали меркнуть, уступая положенное утренней заре. Лай собак на северо-востоке кочевья, отвлек половецкого хана от воспоминаний. Он оторвался от мыслей и посмотрел в сторону, откуда слышался шум. Лай собак известил расслабившихся дозорных, что к кочевью направляются люди, и действительно, через некоторое время, в первых лучах солнца, показался всадник, который во весь опор гнал лошадь в сторону расположения кочевья Ата хана. Мудрый половецкий хан спустился с кургана и заспешил на встречу. Тревожное чувство, словно болью сковало его сердце. Тяжело дыша, он приложил руку к левой стороне груди и, не останавливаясь, направился к передовому дозору, у которого спешился всадник.

Как и ожидалось, вестник прибыл от сына. Едва завидя Ата хана, шатающийся от усталости воин, в почтении упал на колени перед ханом и приложил руку к сердцу.

– Встань, храбрый воин, незачем тратить время на пустые церемонии, тем более у меня за плечами его осталось ни так уж много. Лучше расскажи мне, с какими вестями тебя прислал Кара-Кумуч, чувствую, что вести поведанные тобой не порадуют моего старого сердца.

– Ваш сын, Кара-Кумуч, послал меня сообщить две вести, – произнес гонец хриплым голосом и зашелся в кашле.

– Дайте ему испить воды, – распорядился Ата хан.

Гонец приложился пересохшими губами к бурдюку с водой и стал с жадностью пить. Утолив жажду, он продолжил:

– Первая весть радостная. Ваш сын и воины рода целы и невредимы, никто не пострадал. Все идут с богатой добычей следом за мной. Захваченного скота столь много, что воины, отягощенные добычей, движутся слишком медленно.