Александр Чернов - Одиссея Варяга
Вздохнув о слишком раннем уходе старого друга, Камимура решил, что при первой же возможности навестит Исибаси в храме Ясукуни, тем более что поступок друга полностью соответствовал кодексу Бусидо. Разве пожелаешь лучшего прощания с миром офицеру Императорского флота и самураю? Он, Хикондзе Камимура, мог искренне гордиться своим другом. Он всегда был таким: честным и решительным, безудержно храбрым, может быть даже его храбрость иногда летела впереди трезвого расчета? Может быть… Но следуя по пути Воина, если судьба предоставляет выбор между жизнью и смертью, самурай должен не задумываясь выбирать смерть… Как же, все-таки, он красиво ушел…
Однако действительность вскоре оторвала вице-адмирала от ностальгических размышлений, и командующий 2-й боевой эскадрой направился на совещание, по поводу ремонта его наиболее поврежденных крейсеров. С "Идзумо" и "Такивой" все было более менее ясно. Как только обстановка позволит – установка новых бронеплит взамен пробитых, замена выбитых шестидюймовых орудий, латание труб и вентиляторов, восстановление водостойкости отсеков и все. Но что делать с кормовой башней "Якумо"? Собрание флагманов и флотских инженеров рассматривало и отвергало одну идею ремонта за другой.
– Черти и демоны побери это 10 дюймовое орудие на "Кассуге"! – в сердцах бросил командир "Токивы" Иосиацу, – оно одно нанесло нам больший урон чем вся остальная артиллерия русских! Хвала Оми Ками, что у русских не хватило ума стрелять из него по моему крейсеру. Получи "Токива" снаряд в башню с пробитием брони, я бы сейчас с вами тут не сидел.
При этих словах один из флотских инженеров, флагманский механик Цукару Ямазаки, усмехнулся и вдруг застыл с полуоткрытым ртом. Минуты три он молча смотрел в стенку, а потом притянул к себе лист бумаги и начал что – то быстро черкать карандашом. Видевший это Камимура молча поднял вверх палец, призывая собрание к молчанию, чтобы не спугнуть посетившее Цукару состояние сатори. Через еще пять минут, механик вернулся в реальность, и, с удивлением, увидел устремленные на него ожидающие взгляды.
– Мне вдруг пришло в голову – ремонт башни все одно не возможен, элеваторы тоже разбиты, да и новых восьмидюймовок нам в Японии взять негде. Может тогда устроить русским тот же сюрприз что и они нам? Не ремонтировать вообще, а делать все заново? Я тут прикинул, у меня получается что одиночное орудие калибра 10 дюймов, с легким щитовым прикрытием, вроде вполне входит и по весу и по габаритам. Проблема только с заряжанием – для 10 дюймового снаряда уже нужна механизация и собственно где взять это самое орудие…
Дальнейшая дискуссия велась уже вокруг карандашного наброска, и вечером в Британию, Аргентину, Италию и Чили полетели телеграммы, обязывающие морских агентов в этих странах выяснить возможность срочной закупки одного десятидюймового орудия системы Армстронга.
****
Адмирал Того, стоял на мостике флагманского броненосца "Микаса" и флегматично смотрел на заходящее солнце. "Символично", – отметил про себя японский командующий, – "действительно, судя по событиям последних нескольких дней, сейчас явно не время "восходящего солнца".
Стоявшая у борта корабля плавмастерская, шум работающего оборудования, шипение пара и грохот клепки лишний раз напоминали об этом. Получивший не смертельные, но достаточно серьезные повреждения во время боя у Элиотов, флагман объединенного флота смог наконец зайти в Мозампо для того, чтобы устранить в базе повреждения, требовавшие использования специализированного оборудования и станков. Заниматься ремонтом у Элиотов, зная что эскадра Макарова вновь в любой момент может выйти в море, было слишком рискованно, да и плавкрана там так же не было. Кроме того, за это время сюда подвезли и все орудия, которые сейчас заканчивают монтировать вместо разбитых.
Того отдавал себе отчет в том, что стратегически его переиграли. По большому счету только то, что три из семи русских броненосцев не развивали в бою свыше 14 узлов, позволило избежать катастрофы. Конечно, трагическая гибель "Фудзи", "Оттовы", десятка эсминцев и миноносцев, а также почти всех транспортов, не что иное как поражение. Однако это болезненное и обидное поражение не стало тем разгромом, который, надо думать, русские изначально и замышляли. А все ведь действительно могло обернуться трагически…
Флот получил жестокий урок, показывающий, что противник осведомлен о той выдающейся роли, которую играла и играет в ведущихся нами боевых действиях разведка. И сумел правильно воспользоваться своим шансом. Смешно говорить, но о выходе Макарова в этот раз мы получили агентурную информацию уже после боя, к ночи!
Отдельно нужно разобраться с тем, как русские смогли организовать операцию по отвлечению крейсеров Камимуры и пары его броненосцев. Когда стало ясно, что предстоит иметь дело со всей порт-артурской эскадрой, пришло осознание того, что Дева "Ослябю" не поймает, и ее якобы проход Сангарским проливом был дезинформацией. Еще до открытия огня с "Микасы" успели дать телеграмму контр-адмиралу Дева, с требованием немедленно идти в Чемульпо, но было уже, конечно, поздно…
Контр-адмирал Мису со своими офицерами уже прибыл, вот пусть теперь разведчики и ответят нам, что думают на эту тему в штабквартире… И что они думают сами. Что это? Против нас действует очень умный и изощренный противник или это их собственный агентурный провал? И какое предложение он хочет передать мне лично? Он же знает мое отношение к диверсионным методам войны. Если с боевого корабля, под поднятым знаменем, то я готов его поддержать. Если опять…
Да, опять… А что нам еще остается?
Того тяжело вздохнул. Ему никак не удавалось собраться с мыслями перед обсуждением с офицерами морской разведки плана неотложных мероприятий. Он просто не мог еще до конца отойти от прошедшего боя, и все его мысли вновь и вновь возвращались к нему.
В итоге этой схватки у Элиотов Объединенный флот, пусть ценой болезненной и кровоточащей раны, смог отпарировать смертельный удар. Честь флота ни в чем не пострадала, как и его решимость продолжать борьбу до окончательной победы.
Да, потеряны почти все собравшиеся у Бицзыво транспорты и их грузы, включая осадные мортиры и боеприпасы к ним. Но благодаря своевременному приказу Катаоки – "всем транспортам с солдатами выбрасываться на берег, личному составу спасаться по способности" – подавляющее большинство солдат добралось до берега. Да, японскому флоту фактически пришлось бежать от русских. Но благодаря нашему удачному маневрированию и разделению сил Макаровым, нам удавалось держать ситуацию под контролем. И если бы не это роковое повреждение "Фудзи", возможно, что мы смогли бы нанести нашим противникам более жестокие повреждения, чем они нам. Увы, после того, как "Фудзи" отстал, а минная атака не удалась, нам оставалось только одно – выход из боя. Попытка защитить подбитый старый броненосец погубила бы и новые корабли. Макаров несомненно пошел бы до конца. Ведь даже разменные варианты его полностью устраивают. Русские подкрепления уже в пути…