Александр Голодный - Металл Армагеддона. Жизнь в обмен на смерть.

Шагнув в проход, Ахмет протянул руку. Щелчок, одновременно с которым загорелся электрический свет. Цивилизация.

***

Условия отдыха, действительно, радовали. В подземных помещениях оказались туалет и душевая. Конечно, вода была только холодная, да еще и ржавая, но промыть в нашей ситуации одежду, просто вымыть руки и умыться с куском древнего хозяйственного мыла- дорогого стоит.

Воспользоваться архаичным унитазом с деревянной сидушкой и висящим над головой чугунным бачком.

Блаженно присесть на коврик, оперевшись спиной о неокрашенную бетонную стену… лепота.

– Искандер, ну, где твои пироги?

Блин, а я, оказывается, совсем задремал. Лезу в рюкзак.

– Ничего, брат, сейчас подзаправимся как следует, и на боковую.

В комнату возвращается отлучавшийся Ахмет. В руке старые газеты на застилку импровизированного дастархана, в другой – алюминиевый, еще советских времен, электрический чайник. Фантастика!

Как выяснилось, это помещение входит в подземный военный комплекс. Кому он принадлежит сейчас – Бог весть, но электричество с водой присутствуют, а это главное. Нашлись и три армейские металлические кружки в черных пятнах от сбитой эмали. Заправившись первым, вторым и витаминным шариком, мы перешли к чаю. Сердце прониклось благодарностью к Ларе – настолько приятно было кушать мои любимые яблочные пироги.

Похоже, здоровяк подумал о том же. Потянувшись за вторым ломтем, Кемаль с одобрением произнес:

– Повезло тебе, брат. Такая женщина!

Командир кивнул:

– Не могу не согласиться.

– И что она только во мне нашла?

– Да уж нашла. Забыл, кто ты? Что сделал для Родины? Молчи, пока я матом ругаться не начал.

– И я поддержу. Братка, ты такой – один. На всю страну – точно. Кончай страдать фигней, вон, лучше еще кусочек за ее здоровье съешь.

– Есть.

И кусочек, и второй прошли с неослабевающим удовольствием. Допив чай, понял – напоролся. Эх, еще бы…

Точно читающий мысли командир, улыбаясь, протягивает новую зубную щетку в полиэтилене и небольшой тюбик пасты.

– Ахмет, нет слов. Спасибо!

– Бери, чистюля. Я после нашего дела на лекции… для избранных, само собой… приводил пример. Наверху заваруха, вся полиция на ушах, нычемся с ядерным зарядом, где попало, а простой советский инженер спокойно чистит зубы и ложится спать. Непрошибаемо, как в танке.

Вспомнив, улыбаюсь:

– И снились мне тогда красивые любимые женщины.

– Вот, пожалуйста. Давай, иди, Искандер, мы за тобой.

Набрав в кружку кипяточка, отправляюсь к раковине. Теплой водичкой прополоскать после чистки рот – совсем хорошо.

Устраиваю на коврике ложе, Кемаль протягивает широкую ладонь с четырьмя капсулами.

– Да, чуть не забыл – это тебе. Медицина наша распорядилась.

– А что это?

– Тонизирующее, стимулирующее, что-то для давления… короче, чтобы голова твоя не разболелась.

– Спасибо.

Заглотив и запив лекарства, натягиваю на голову полу куртки и мгновенно отключаюсь.

***

В матовом жемчужном пологе легко и спокойно. Плавно перемещаются энергетические потоки, отдых охраняют две яркие искры. Незримо касаюсь их. Все правильно. Дружба, верность, забота. Немного тревоги. Ни к чему. Напрасно, нерационально, бесполезно. Сила, энергия, магия растет, скоро придут изменения.

Одна из искр приблизилась, потянулась перламутровой дымкой…

Заключительная яркая мысль-образ: смерти нет. И мир изменился.

– Искандер… Подьем, брат.

– Ага.

Что мне только что снилось? Воспоминания и впечатления стремительно растворяются, исчезают. К слову, как самочувствие? Хм-м, весьма пристойно. И выспался капитально. Взгляд на хронометр – всего за пять часов. Хорошие таблетки ученые готовят.

Парни улыбаются:

– Давай, соня, завтракать и в поход.

Покинув гостеприимный бункер, снова окунаемся во влажно-вонючую канализационную атмосферу. Недолго оставалась чистой одежда.

Не устает поражать разнообразие туннелей. Вот и сейчас: ну, нафига глубоко под землей отделывать банальный дерьмосток белой кафельной плиткой? В свете фонарей выглядит, как дворец, впечатление портят лишь беспорядочно торчащие в туннеле железобетонные колонны. Подходим ближе. А ведь это сваи. Обычные строительные, которые забивает копер. Протягиваю руку, и пальцы спокойно погружаются в сырую растрескавшуюся труху. В воду падает солидный кусок, обнажая ржавую арматуру.

– Осторожнее!

Видя, что я стою неподвижно, командир продолжает заметно спокойнее:

– Дернешь здесь, а там, наверху…

Доходит:

– Завалится дом?!

– Именно. И прямо к нам, все девять этажей.

– Млять, это же каким идиотом надо быть, чтобы так строить?

– Идиотов на Руси-матушке хватает. А домов таких с девяностых по Москве наставлено немерено. Ладно, пойдем вперед, брат.

Размеренно шагая в прямоугольном бетонном коробе, улавливаю очень знакомый звук. Где я его слышал? Одновременно с приходящими воспоминаниями гул стремительно нарастает и переходит в бешеный грохот. Метро!

Полное ощущение, что поезд мчится прямо здесь. Шум затихает, отдаляется. Ахмет тычет пальцем в стену:

– Сокольническая линия. Пути за стеной, до ближайшей станции метров пятьсот.

– Зайдем?

– Нет, у нас другой маршрут.

Еще несколько раз совсем рядом гремели пассажирские составы. Кстати, в этом тоннеле намного теплее, чем в пройденных подземельях.

Резко взяв вправо, оставляем метро где-то за спиной.

Все-таки подземелье быстро гасит шум. Вот уже ничего не напоминает о благах цивилизации. Хотя нет. Понемногу приближается размеренное: «Бум. Бум. Бум». Удары сильные, даже чувствуется, как вздрагивает сам воздух.

– Стройка?

– Наверняка. Три дня назад здесь проходили – еще ничего не было. А сейчас сваи долбят.

Оборачиваюсь:

– Прикидываешь, сейчас через потолок, да по башке?

Усмехнувшийся Ахмет начинает отвечать, но слов не улавливаю, потому что кирпичный пол под ногами рассыпается, и я стремительно проваливаюсь во тьму.

Падение, к счастью, не затянулось, но шлепнулся на скользкий илистый склон. Не удержав равновесия, сел на пятую точку и заскользил дальше вниз, резво набирая скорость.

Американские горки, мать… Оказывается, попал в промытое водой русло, настоящий желоб. В свете фонаря мелькают каменные уступы, свисающие сталактиты. Внизу ждали заполненная водой яма и классический трамплин. Выбив своим телом фонтан брызг, слегка притормозив, улетаю в середину подземного озера.

Плюх! Окунулся щедро – с головой. Резко выпрямившись, встаю на оказавшееся достаточно близко дно. Воды по грудь, ледяные струйки просачиваются под одежду. Хорошо, что не сорвало фонарь – вижу близкий берег. Ступенчатое дно быстро повышается, попутно отмечаю идеальную прозрачность подземной водички. Ну, хоть это радует.