Гера Греев - Истинно арийский попаданец
Сэр! Множественные воздушные цели на высоте 3000метров.
На горящую, потерявшую ход "Неваду", вокруг которой суетилось несколько эсминцев, с разных сторон начали падать черные точки - звездный удар пикировщиков.
Батареи "бофорсов" пытались открыть огонь, но были сметены разрывами, вспухшими в нескольких метрах над палубой.
Адмирал отвернулся.
Сэр! На "Вашингтоне" попадание. Пробита бронепалуба и сильный пожар и разрушения в районе элеваторов третьей башни.
Флаг адмирал стиснул зубы и навел бинокль.
....Они что, там, свихнулись!?
... Проклятье, как осколочно-фугасный снаряд может пробить броневую палубу!? Если это был бронебойный, то, как десять килограмм взрывчатки могут нанести сильные повреждения и создать серьезный пожар!?
... Как, черт побери, эти европейские скоты умудряются стрелять и попадать на расстоянии в 200 кабельтовых!?
... Ладно, "Вашингтон" не потерял ход - один снаряд, ничего страшного.
Сэр! Множественные цели вокруг эскадры. Радиолокационный пост утверждает, что не менее пятнадцати тяжелых кораблей.
Проклятье! - Нимица почувствовал как холодный липкий пот течет по спине - ... Залезли в ловушку!
... Что делать!?
Вокруг идущих на максимальной скорости "Северной Каролины" и "Вашингтона" с равномерной неторопливостью пневматического молота вставали дымные столбы огня.
Атлантический океан
Высота 12 000 метров
Борт самолета корректировшика
Мерно гудя моторами корректировщик описывал круг за кругом над обреченной эскадрой. В первой половине салона, расположенные в центре тяжести, медленно вращались, строго выдерживая своей осью направление на Тирпиц, две стабилизированные по азимуту платформы, несущая каждая двух офицеров корректировщиков и комплект стабилизированных в двух плоскостях прицелов.
Кажущееся несложной работа: первому - направить осевую линию своего прицела по направлению движения цели и по времени, отмерянному красной лампочкой, вывести маркер в точку, куда предположительно должен переместиться поражаемый корабль; второму - совместить начало осевой линии с кораблем и маркер на ней с точкой попадания предыдущего снаряда.
В задней части салона сидело еще несколько человек, контролируя работу аппаратуры замеряющей высоту, температуру, скорость и направление ветра за бортом, да еще с десяток различных параметров.
Все это автоматически переводилось в код "грея" и уходило на передатчик.
Все очень просто, но из этой простоты в баллистические вычислители линкора шел с рабочим циклом в несколько секунд непрерывный поток информации, на получение которой раньше требовалось бы как минимум несколько минут, да и не вся информация была доступна при использовании старых методов.
В течение полутора секунд баллистический вычислитель выдавал сигнал на приводы башен и отрабатывал линию прицеливания в место, где цель должна будет находиться с учетом времени на полет снаряда.
В главном артиллерийском посту линкора несколько старших офицеров анализировали тактику противника, оценивали его предполагаемые действия и вводили собственные поправки.
Спокойная, неторопливая, четко разбитая на подзадачи работа.
Башня приняв разрешение на ведения огня и получив подтверждение совмещения со своих сельсинов, производила залп.
Снаряд, ушедший к цели под оптимальным углом, на максимальной дальности стрельбы, обрушивался на цель почти по баллистической траектории, поражая броне палубу сверху, под углом близким к нормали.
Тупоконечный конус бронебойной головки из обедненного урана весом почти двести килограмм на скорости 900км/час проламывал закаленную броню и усиленная донная часть снаряда сминала стальной контейнер корпуса, выплескивая пластифицированный гексаген и инерционные детонаторы внутрь пробоины.
Сорок килограмм высокоэнергетического бризантного ВВ, сформировавшее внутри корпуса корабля мгновенно детонирующее облако объемом в несколько кубических метров не было способно пробить корпус корабля или серьезно повредить его силовую конструкцию. Оно скорее действовало как боеприпас объемного взрыва, соответствующей мощности.
Раскаленные газы и ударная волна, создающие массу вторичных осколков и очагов пожаров, разрушали трубопроводы; выводили из строя электропроводку и точные машины - турбины, электромоторы, приборы; калечили людей.
Залп за залпом, снаряд за снарядом, из которых, почти пятая часть достигала своей цели.
Даже если и не происходило детонации хорошо защищенного боезапаса, после несколько десятков таких попаданий, боевой корабль превращался в хорошо держащуюся на плаву, но мало боеспособную коробку.
Атлантический океан
Линейный авианосец
"Октябрьская революция"
Адмиралы Кузнецов и Дениц сидели в зале оперативного планирования, позади своих старших офицеров, собравшихся со всей эскадры, кроме, естественно, линкора "Тирпиц" и с интересом наблюдали за происходящим.
"Октябрьская революция", которая изначально задумывалась как учебно-боевой корабль, могла похвастаться очень приличным рабочим залом, в котором был даже один автоматический просветный интерактивный планшет, большого диаметра, и куда сводились на динамики и гарнитуры наушников результаты всех радиоперехватов и команд по внутренним линиям.
По просьбе Кузнецова, радисты "Тирпица" передавали на лидер, по направленному каналу, все внутренние оперативные переговоры и дублировали речевые команды с самолетов корректировщиков.
Несколько приданных эскадре офицеров штаба, вносили дополнительные изменения оперативной обстановки и положение подводной составляющей боя на центральный планшет, одновременно выводя рир проекторами на вспомогательные экраны действия авиационного крыла и свои тактические предположения и оценки возможного действия сторон.
Уровень интереса офицеров к происходящему зашкаливал все возможные пределы. Первая фаза операции, которая была основной, и в которой были уничтожены главные, авианосные силы "заразной эскадры", не была для них настолько наглядной, да и каждый занимался в ней своим конкретным, крайне важным и ответственным делом.
Все понимали, что молниеносный, по меркам морских сражений, разгром целого авианесущего флота войдет в учебники и будет годами анализироваться и разбираться на свои составляющие.