Вечный Рим. Первый свиток. Император - Анатолий Анатольевич Логинов
— Благодарю, центурион, — ответив на воинское приветствие, негромко произнес Луций. — Ты и твои люди заслужили награду. Как и остальной экипаж.
— Стоило ли так рисковать, дуумвир? — так же негромко посетовал Публий, оглядывая заваленную телами убитых и раненых бирему. Его поддержал подошедший к ним Гай Кассиний.
— Стоило, — серьезно ответил Луций. — Мы показали пиратам, что сильнее их. Потому что можем сражаться на равных против вчетверо большего экипажа. Гай и Публий — наводите здесь порядок. Я на «Орла». Архилох пришлет людей в помощь.
— Возьмем бирему себе? — уточнил Гай.
— Полагаю, на одном из «круглых судов»* найдется достаточно матросов и манипуляриев, чтобы организовать новую команду, — ответил Луций.
* Круглыми судами римляне называли
транспортные и торговые корабли,
отличавшиеся от военных
большей шириной корпуса
Миопарона ушла. Точнее, заранее проинструктированные капитаны дали ей сбежать. Луций со слов своего гения знал, как действуют рассказы о превосходящей силе противника на вражеские войска. Тем более, что в скором времени уцелевшие пираты готовились дать решающее сражение римскому флоту. По донесениям разведки, они собирали флот у города Корацезиум*, в который свозили свои семьи и сокровища.
* Корацезиум, Коракесий — современная Анталья.
Основной центр пиратства Киликии в то время
В целом же все шло так же, как в истории, рассказанной гением. Только вместо Помпея командовали Лонгины, а если быть честным — младший Лонгин. Впрочем, и старый неплохо справился со своей работой. Дуумвиры разделили море на чертову дюжину округов. Поручив каждый одному или двум из набранных ими легатов, отправили их заранее в главные порты этих округов, чтобы снаряжать там корабли и вооружать отряды и эскадры. Обговорив с ними заранее детали операции, Лонгины скрытно расставили эскадры по своим местам. В каждом секторе находилось примерно по три десятка кораблей, которые должны были охранять берега, очищать от мелких отрядов пиратов побережья и острова, контролировать торговые пути и перехватывать бегущего от эскадр дуумвиров противника. В условленный день и час началось общее наступление на главные пиратские базы. Сам Луций вышел в море с лучшей частью сосредоточенных в Мизенуме военных кораблей и отправился с караваном хлеботорговцев в Египет. Прибытие огромного каравана с зерном резко снизило цены на хлеб. Снижение цен на рынках высоко подняло престиж Луция, что, надо признать честно, входило в его планы.
Эскадра старшего Лонгина очистила за сорок дней западные районы моря. После этого, базируясь на Сицилию, Мелит (Мальту) и порты провинции Африка, Гай Кассий Лонгин перекрыл путь пиратам на запад. Одновременно он контролировал свободу поставок зерна из этих провинций. Луций в это время, вместе с союзными эскадрами Родоса и Афин, начал чистить восточные воды Средиземного моря, в том числе у берегов Крита и Азии. Последующее восстановление торговли и поставок в столицу вызвало восхищение дуумвирами флота, как у бедноты, уже готовой поднять мятеж из-за высоких и постоянно до того возраставших цен на продукты, так и у римской знати, оценившей изящество и скорость решения проблем.
Теперь оставался последний и решающий шаг в борьбе за «наше море». Если Луцию удастся окончательно зачистить остатки киликийских и критских пиратов, то на какое-то время проблема пиратства будет решена. Конечно, Луций Лонгин не думал, что ее удастся решить полностью и навсегда. Плесень, заводящуюся в доме, надо убирать постоянно, иначе она затянет все вокруг. Имелась у него надежда, что удастся избежать длительной гражданской войны между Помпеем и Крассом. Тогда флот будет вовлечен в войну минимально и сохранит контроль над морем, продолжая уничтожать возникающие пиратские шайки. Тогда все будет, как с преступниками, которых постоянно отлавливают милиционеры, не давая бандитам и грабителям терроризировать граждан… Только бы сенаторы не вмешались, посчитав, что пиратской опасности больше нет и флот можно распустить.
Эскадра Луция Кассия Лонгина, усиленная отрядом родосских кораблей, двигалась к побережью Киликии. Навстречу ей в море вышла огромная армада пиратских кораблей — от нескольких трирем, до бирем, миопарон и даже крупных лодок. Флот пиратов превосходил римский по численности как минимум вчетверо, но основные их корабли были намного меньше и слабее даже римских либурн, не говоря уже о галерах. Но в стане «киликийцев», среди которых коренных киликийцев было около половины, царило воодушевление. При таком превосходстве в силах они просто обязаны победить римлян и отомстить за все поражения.
Огромный пиратский флот, выстроившийся полумесяцем, с «рогами» направленными в сторону римлян, медленно, сберегая силы гребцов, двинулся в атаку. Римляне шли несколькими колоннами, пользуясь попутным ветром, на парусах. Родосцы стояли в центре, а на левом фланге расположился отряд во главе самим дуумвиром. Первыми вступили в бой фланги. На которых пираты сосредоточили все миопароны, рассчитывая за счет их скорости и маневренности охватить фланги римлян. Но оказалось, что римские униремы не только превосходят миопароны в скорости, но и нисколько не уступают в маневренности. К тому же за счет большего водоизмещения на них удалось разместить метательные машины и намного больше солдат. На атакующие кораблики пиратов обрушился град камней, стрел и болтов гастрафетов, их забрасывали огненными зарядами из баллист или били в борт таранами маневрирующие даже под парусами римские галеры. Если же им удавалось сцепиться в абордаже, то пиратов встречали не наемники и слабо вооруженные матросы купеческих судов, а профессионально подготовленные морские пехотинцы. Тем временем в центре пиратские биремы и триеры, и родосцы маневрировали, стараясь таранить друг друга или сцепились в абордажных схватках. Казалось. Еще немного, еще усилие — и греки побегут. Но тут в схватку вступили фланговые отряды римлян, разбившие фланги пиратского войска…
Разгром был такой, что из всего флота спаслось не более трети из самых скоростных кораблей, либо корабли самых