Сергей Артюхин - «Эффект истребителя».«Сталинский сокол» во главе СССР

У них еще есть время, ибо наша страна тоже еще пока только в начале пути. Как говорят в Китае, путь в тысячу ли начинается с одного шага. Первый шаг мы сделали уже давно. Даже больше - мы сделали уже много, очень много шагов. И мы пройдем этот путь до конца. Пройдем его все вместе. И когда это произойдет, а, скорее всего, даже и задолго до этого, капитализм рухнет сам собой.

Я не знаю, сколько нам потребуется на это времени. Может быть, тридцать лет, может быть, сто, а может быть, и вся тысяча. Но я верю в нас, верю в советский народ, верю в дело коммунистической партии, верю в то, что мы рано или поздно добьемся своего.

Слава нашему народу - народу-творцу, народу-победителю, пролагающему под руководством Коммунистической партии путь к светлому будущему всего человечества - коммунизму! Ура!

- У-УР-Р-Р-РА-А-А-А! - площадь ответила своему лидеру. Ответила во всю мощь легких огромной многотысячной толпы людей, что пришли на нее в день триумфа.

Богдан улыбнулся, наклонился к микрофону и еще раз крикнул:

- УРА!

- УР-Р-РА-А-А-А!!! - толпа пришла в неистовство.

Но Драгомиров, казалось, ее не слышал. Он покачал головой, словно был недоволен.

- Я хочу, чтобы они услышали вас, чтобы вас услышал весь мир. Услышал всю вашу радость, вашу гордость, все ваше счастье! Я хочу, чтобы вся планета видела единение советских людей, их братство, их силу, их мощь! УРА!

И ответ советского народа услышал весь мир.

- Боюсь, Иран нам в достаточной степени не раскачать, - расположившийся в кресле мужчина был буквально затянут в дорогущий костюм синего цвета, прекрасно гармонирующего со светлой обивкой мебели.

- Перестаньте, Джозеф, - директор Центрального Разведывательного Управления раздраженно махнул рукой. - Что за уныние? Да, из-за этого дурацкого запуска наши позиции слегка пошатнулись, но превратить в костер как минимум Тегеран мы сможем. Вы же сами мне об этом докладывали.

Один из лучших американских специалистов по Востоку, этнический поляк Джозеф Стражински посмотрел на своего начальника с таким выражением лица, с каким обычно смотрят на таракана, обнаруженного на кухонном столе.

- Сэр, со всем уважением… чего мы этим добьемся? Даже если нам получится взорвать ситуацию в столице Северного Ирана, у бунтовщиков не будет и шанса. Опять-таки, даже если предположить, что местные вооруженные силы перейдут на нашу… их сторону, - оговорился аналитик, - Советы раздавят сопротивление быстрее, чем кто-нибудь успеет пикнуть. Еще и нас выставят на посмешище.

Собирающиеся за окном тучи, становящиеся с каждой минутой все темнее и темнее, добавили словам определенной мрачности.

- Ну почему же? Как минимум - заявим, что давящие демократию русские не останавливаются и перед применением силы на оккупированных территориях. Реноме это им подпортит и отвлечет мир от их успеха в космосе, - директор ЦРУ усмехнулся. - А то, что они заявят, будто это мы во всем виноваты… это просто слова, ничего больше. А во всех газетах будут фотографии советских танков и солдат на фоне горящих зданий столицы независимого государства. Вылитые оккупанты.

Джозеф вздохнул и спокойным голосом попытался объяснить свою позицию:

- Сэр. Все, чего мы этим добьемся - это кратковременного отвлечения мирового сообщества от успеха русских и слегка подпортим их репутацию. А вот что мы потеряем? - аналитик поднял свою тушу из кресла и, переваливаясь, словно медведь, направился к минибару. - Во-первых, шансы на переход Северного Ирана в наше распоряжение и его слияние с Южным - или даже хотя бы становление его нейтральным - исчезают. Почему? Да потому, что с таким трудом подготовленная организация подпольщиков будет уничтожена. Полностью, - агент спокойно разлил по рюмкам скотч и, протянув одну из них начальнику, залпом осушил вторую. Наполнил ее еще раз и продолжил: - А во-вторых, провал этой операции несет угрозу срыва нашего европейского проекта. Согласитесь, он слишком важен, чтобы вот так просто им рисковать.

Директор несогласно мотнул головой:

- Джозеф, я давно вас знаю, как прекрасного специалиста. Но нам нужен успех, хоть какой-нибудь и прямо сейчас! Восстание в Тегеране должно было произойти еще в апреле!

Стражински промолчал, никак не прокомментировав это заявление своего начальства.

- Вы можете сделать эту работу?

- Я сделаю все, что смогу. Но сделаю по-своему. И прошу понять, что подождать все же придется. Необходимо максимально снизить риски для Европы.

- Стражински, еще раз…

- Сэр! - не дал договорить директору аналитик. - Или так, или я умываю руки. Я не собираюсь быть ответственным за провал важнейшей операции только потому, что не отстаивал своего мнения. Если вы считаете, что я не прав, то смело можете мне об этом сказать, и мое заявление будет на вашем столе уже к вечеру. Можете думать, что хотите, но русские - слишком опасные враги, чтобы разбрасываться ресурсами, агентами и разведывательной информацией.

- Именно! - хозяин кабинета вдруг вспылил. - Эти гребаные коммунисты чертовски опасны, и с каждым днем ситуация становится только хуже! А вы предлагаете что? Выжидать? Чего, простите? Пока они нас догонят и перегонят? Да еще играете в эти свои детские игры из серии "если вам не нравится - увольняйте"?! Да как вы смеете?! - от возмущения мужчина буквально задохнулся. Затем, сделав глубокий вдох и с громким стуком поставив на столик рюмку с недопитым скотчем, рявкнул:

- Вы слишком много о себе возомнили, агент Стражински! Сегодня, когда Америка наблюдает за становлением ее самого страшного врага, мы все должны чертовски хорошо потрудиться, чтобы победить! А вы…

Далекий отзвук грома и шелест начинающегося дождя позволили аналитику перехватить инициативу.

- Сэр, - Джозеф спокойно улыбнулся, как будто монолог директора не произвел на него ни малейшего впечатления. - Отличная речь. Вам вроде бы скоро перед Конгрессом выступать? Поверьте, это именно то, что нужно. Денег дадут кучу.

- Да как вы…

- Сэр, со всем уважением должен отметить, что вы понятия не имеете, что именно происходит в наших операциях за "занавесом". Вы видите лишь только результаты. Понятно, что хочется заполучить их как можно быстрее - но мы все здесь понимаем, что опоздали. А значит, операцию надо сделать масштабнее и изощреннее, чтобы победить. Поторопимся - проиграем. Вот сейчас вы предлагаете плюнуть на последствия и устроить-таки мятеж в Иране. Просто и эффективно. Но плюсов нам особых это не даст - так, в лучшем случае чуть отвлечет мир от успехов комми - а вот минусов… Риск провала в Югославии, которую мы с таким трудом сделали нейтральной, хотя и благорасположенной к Советам, превышает все разумные пределы. И если мы провалимся в Иране, то это почти наверняка повлечет за собой потери в австрийском и венгерском проектах. А на них слишком много сил отдано, чтобы какой-то гребаный "спутник" одним своим существованием уничтожил все результаты. Извините, сэр, но по-другому я не могу.