Хиллари Клинтон - Тяжелые времена

«Я могу помочь», — сказал мне султан. Он был один из тех лидеров, который считался всеми сторонами конфликта посредником, заслуживающим доверия. У него были тесные связи с Вашингтоном, арабскими государствами Персидского залива и Тегераном. Султан предложил организовать в Омане негласные прямые переговоры между Соединенными Штатами и Ираном для того, чтобы решить вопрос ядерного вооружения Тегерана. Предыдущие попытки наладить контакт с теократическим режимом Ирана закончились неудачей, но султан считал, что он может поспособствовать положительному исходу таких переговоров. Конфиденциальность была необходима для того, чтобы предотвратить срыв переговоров бескомпромиссными политиками обеих сторон до того, как такой проект начнет разрабатываться. Каково же было мое отношение к этой идее?

С одной стороны, не было ни единого повода для того, чтобы довериться иранцам, одновременно была масса поводов для подозрений, что они используют любую возможность для затяжки времени и отвлекающих маневров. Новые переговоры могли привести к проволочкам и проблемам, которые обеспечили бы иранцам время для того, чтобы приблизиться к своей цели: создать ядерное оружие, которое станет угрозой для Израиля, соседних стран и всего мира. Любые уступки, на которые мы могли пойти в процессе этих переговоров, были способны уничтожить результаты многолетней кропотливой работы для установления интернационального консенсуса по вопросу жестких санкций и усиления давления на режим в Тегеране. С другой стороны, предложение султана могло оказаться нашим единственным шансом избежать конфликта или неприемлемых перспектив превращения Ирана в государство, вооруженное ядерным оружием. Наша неудача в следовании принципам дипломатии могла привести к ослаблению интернациональной коалиции, которую мы сформировали для того, чтобы наложить санкции на Иран и настоять на их выполнении.

В это трудно поверить, учитывая все то, что произошло позднее, но Иран был союзником Соединенных Штатов в холодной войне. Правитель этой страны, шах, получил свой трон в результате государственного переворота 1953 года, поддержанного администрацией президента США Эйзенхауэра и направленного против демократически избранного правительства, которое подозревалось в симпатиях к коммунизму. Это решение, которое многие иранцы никогда не простили Америке, вполне соответствовало духу холодной войны. Наши правительства успешно сотрудничали друг с другом на протяжении 25 лет — до того момента, когда в 1979 году авторитарный шах был свергнут в результате Исламской революции. Ее результатом стало то, что шиитские фанатики во главе с аятоллой Рухоллой Мусави Хомейни захватили власть и навязали гражданам Ирана свой теократический вариант Исламской Республики. Новые руководители Ирана были настроены по отношению к Америке крайне непримиримо, называя нас «Большим Сатаной». В ноябре 1979 года иранские радикалы взяли штурмом посольство США в Тегеране и удерживали в заложниках 52 американцев на протяжении 444 дней. Это было откровенным нарушением международного права и тяжелым испытанием для нашей страны. Я помню, как каждую ночь смотрела в Литл-Роке репортажи, в которых велся счет дням, проведенным пленниками в неволе, в то время как кризис усиливался с каждым днем и обозримые перспективы прекращения этого кошмара не просматривались. Ситуация еще более усугубилась, когда спасательная операция Вооруженных сил США закончилась крушением вертолета и транспортного самолета в пустыне, что привело к гибели восьми американских военнослужащих.

Иранская революция привела к десятилетиям террора, поддерживаемого государством. Иранский Корпус стражей Исламской революции и организация «Хезболла», которая действовала в интересах Ирана, совершали террористические акции на территории стран Ближнего Востока и всего мира. В список их преступлений вошла организация теракта против посольства США в апреле 1983 года в Бейруте (Ливан), который привел к гибели 63 человек, включая 17 американских граждан. В октябре того же года они организовали теракт против морских пехотинцев США, который унес жизни 241 американца, а также против жилого комплекса в городе Эль-Хубар в Саудовской Аравии, который привел к гибели 19 служащих ВВС США и ранению сотен других людей. Кроме того, Иран сделал своей мишенью евреев и израильтян, организовав теракт в Израильском культурном центре в Буэнос-Айресе в Аргентине в 1994 году, жертвами которого стали 85 человек, а многие получили ранения. Госдепартамент США постоянно обозначал Иран как «главного спонсора терроризма» и представлял официальные доказательства его причастности к организации взрывов, похищениям людей, угонам самолетов и другим актам терроризма. Иранские ракеты, стрелковое оружие и минометы убивали как американских военнослужащих, так и военнослужащих союзных нам стран и гражданских лиц в Ираке и Афганистане.

Учитывая все изложенное, Иран, оснащенный ядерным оружием, представлял собой серьезную угрозу для безопасности Израиля, соседей Ирана по Персидскому заливу и всего мирового сообщества в целом. В связи с этим Совет Безопасности ООН начиная с 2006 года принял шесть резолюций, призывающих Иран прекратить разработку ядерного вооружения и следовать Договору о нераспространении ядерного оружия. Иран входит в число 180 стран, которые подписали его. Этот договор предоставляет своим участникам право на использование ядерной энергии в мирных целях, но обязывает обладающих ядерным оружием разоружиться, а тех, кто не имеет ядерного оружия, отказаться от его приобретения или разработки. Если позволить Ирану в нарушение этой договоренности получить в свое распоряжение ядерное оружие, это создаст прецедент для подобной практики сначала по всему Ближнему Востоку, среди суннитских лидеров, воспринимающих Иран в качестве противника, а затем и по всему миру.

Нам было известно, что Иран, несмотря на осуждение и давление со стороны международного сообщества, в течение многих лет разрабатывал технологию и материалы, необходимые для производства ядерного оружия. В начале 2003 года Иран имел в своем распоряжении около сотни центрифуг для обогащения урана, который представляет собой один из двух типов топлива для ядерного оружия (второй тип топлива — это плутоний). Центрифуги вращаются на сверхбыстрых скоростях, обогащая уран до такого высокого уровня, чтобы его можно использовать для создания ядерного топлива. Это очень сложный и кропотливый процесс, для которого требуются тысячи центрифуг. В течение последующих шести лет, когда мнения международного сообщества разделились, Иран постепенно расширял свою ядерную программу. При этом он отказался предоставлять инспекторам Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) доступ к своему производственному процессу и какую-либо информацию о нем. Несмотря на заверения иранских лидеров, что их ядерная программа разрабатывается исключительно в мирных (научных, медицинских и коммерческих) целях, ученые Ирана вели свои разработки в обстановке строжайшей секретности, в защищенных подземных бункерах, расположенных на большой глубине в горной местности, и обогащали уран до таких уровней и в таком количестве, что у разумных людей появились вполне обоснованные подозрения.