Хиллари Клинтон - Тяжелые времена

Всякий раз, когда сотрудники Государственного департамента гибнут за рубежом, согласно закону требуется провести расследование, которое ведет независимый Наблюдательный совет по отчетности. С 1988 года было проведено девятнадцать таких расследований. Томас Пикеринг был избран председателем данного органа на период расследования событий в Бенгази. Пикеринг — бывший старший сотрудник дипломатической службы с безупречной репутацией, который работал в представительствах Соединенных Штатов во многих странах мира. Ему доводилось бывать в непростых условиях, например в Сальвадоре во время гражданской войны, в посольстве США в Израиле во время начала первой «интифады», в России в первые годы после падения Советского Союза. Том — жесткий, умный и прямолинейный человек. Для того чтобы защитить честь Госдепартамента, который он любил, он не стал бы никого жалеть и воздерживаться от критики, если бы нашел какие-либо ошибки или недочеты. Если кто-то и мог провести достоверное расследование и найти ответы на многие наши вопросы, то это был посол Пикеринг.

Адмирал в отставке Майк Маллен, бывший председатель Объединенного комитета начальников штабов и всеми уважаемый, прямодушный военный моряк, стал заместителем Пикеринга в независимом Наблюдательном совете по отчетности. С ними взаимодействовала группа высококвалифицированных государственных экспертов с большим опытом работы на дипломатической службе, в управлении и разведке. Перед независимым Наблюдательным советом по отчетности, в состав которого в общей сложности входили пять человек, была поставлена задача разобраться в причинах произошедшего.

Я объявила о начале расследования 20 сентября, всего через несколько недель после нападения в Бенгази. Расследование началось значительно раньше, чем многие предыдущие подобные расследования, но важно было провести его как можно быстрее. Я отдала распоряжение по Государственному департаменту в полной мере сотрудничать с данным органом и призвала независимый Наблюдательный совет по отчетности сделать все возможное для выявления причин трагедии. У его членов был беспрепятственный доступ к любым материалам и любым сотрудникам Госдепартамента, имевшим, по их мнению, отношение к их расследованию (в том числе и ко мне, если им нужно было бы опросить меня по этому делу). Хотя предыдущие аналогичные отчеты оставались в основном недоступны для общественности, я хотела опубликовать как можно больше материалов работы независимого Наблюдательного совета по отчетности, насколько это можно было сделать, сохраняя при этом секретность всех имеющих соответствующий гриф материалов и документов.

Когда началось расследование независимого Наблюдательного совета по отчетности, я также предприняла свои меры по решению наиболее насущных проблем, с которыми не следовало затягивать, дожидаясь официального отчета этого органа. Я отдала распоряжение провести немедленное и тщательное изучение безопасности наших дипломатических представительств по всему миру. Я обратилась с запросом в министерство обороны о возможности создания совместной группы по оценке уровня безопасности, чтобы самым тщательным образом оценить состояние посольств и консульств в наиболее опасных странах пребывания. Для этого предполагалось направить группы из представителей сил специального назначения и дипломатических специалистов по вопросам безопасности в диппредставительства, расположенные в более чем десятке стран повышенного риска. Совместно с генералом Демпси и министром обороны США Панеттой мы прорабатывали возможности отправки дополнительного количества морских пехотинцев для усиления охраны диппредставительств, находящихся в регионах повышенной опасности. Кроме того, я обратилась в конгресс с просьбой выделить средства на оплату переброски дополнительных подразделений морской пехоты на новые места базирования, на создание дополнительных должностей сотрудников службы дипломатической безопасности и на закупку и оборудование диппредставительств системами физической защиты. Я назначила первого заместителя помощника государственного секретаря в Бюро дипломатической безопасности Госдепартамента — ответственным по обеспечению охраны диппредставительств в странах с высоким уровнем опасности.

Когда отчет независимого Наблюдательного совета по отчетности был готов, посол Пикеринг и адмирал Маллен сообщили мне о своих выводах. Они не старались смягчить удар. Их расследование было нелицеприятным, нацеленным на поиск системных ошибок и недостатков управления, как в Бюро дипломатической безопасности Госдепартамента, так и в Бюро по делам Ближнего Востока. Комиссия установила, что отсутствовало должное взаимодействие между ведомством, занимавшимся вопросами дипломатической безопасности, и подразделением Госдепартамента, отвечавшим за политику и взаимоотношения с правительством принимающей страны. Обеспечение безопасности не воспринималось как «общая ответственность», отсутствовала полная ясность в вопросе о том, кто в диппредставительстве уполномочен принимать решения по обеспечению безопасности, помимо самого посла. Учитывая, что всего в мире более 270 диппредставительств США и в каждом есть свои технические сложности, проблемы и требования, текущие вопросы безопасности редко поднимались до верхнего уровня управления, и, как следствие, имело место неадекватное руководство в отношении вопросов безопасности.

Хотя в Бенгази были проведены работы по повышению уровня безопасности генконсульства (в частности, была увеличена высота наружной стены кирпичной кладкой и бетоном, а по периметру была протянута колючая проволока; были установлены наружное освещение, бетонные барьеры для заграждения проезда, будки охраны, оборудованные мешками с песком, и огневые точки; входные деревянные двери были усилены стальными пластинами и особо прочными замками; было также установлено оборудование для обнаружения взрывчатых веществ), независимый Наблюдательный совет по отчетности определил, что эти меры предосторожности не соответствовали все повышавшемуся уровню опасности в городе. В центре внимания независимого Наблюдательного совета по отчетности и отдельного расследования, проведенного конгрессом, был вопрос о том, остались ли просьбы со стороны представителей сил безопасности в Ливии без внимания со стороны начальства в Вашингтоне. Независимый Наблюдательный совет по отчетности пришел к выводу: персонал генконсульства в Бенгази считал, что их просьбы об усилении мер безопасности не были «высокоприоритетны для Вашингтона», а «посольство в Триполи не смогло потребовать от Вашингтона решительных и неустанных мер для усиления безопасности». В самом посольстве, а также в соответствующих бюро и офисах Госдепартамента, на которые была возложена функция принятия решения о безопасности, не было «четкого понимания того, кто в конечном счете несет ответственность и имеет право принимать решения». Связь между Вашингтоном и Триполи поддерживалась в форме телефонных звонков, писем и телеграмм. Каждый год диппредставительства пересылали эти документы миллионами в головные органы, головные органы — в диппредставительства, диппредставительства — между собой и так далее. В этих документах сообщалось обо всем: от оценки общей ситуации в стране пребывания до кадровых перестановок. Каждая телеграмма в головной орган передавалась от имени посла и направлялась на имя госсекретаря. Каждая телеграмма из головного органа отсылалась от имени госсекретаря и направлялась на имя посла. Пожалуй, в этом не было большого смысла, но такова была практика Госдепартамента еще с давних времен. Было совершенно очевидно, что госсекретарь не мог читать или писать эти более двух миллионов телеграмм в год, да и послы не исполняли (или даже не знали о содержании) всех телеграмм, которые отправляли из их посольства. Только какая-то часть этих телеграмм действительно предназначалась для того, чтобы ее прочитал госсекретарь. Основная же масса была предназначена для других получателей, и иногда таких адресатов были сотни.