Андрей Онищенко - Миссия "Звезда Хазарии" или "Око Кагана"

– Позволю себе полюбопытствовать, достопочтимый Абдурахман, что натворил этот человек, он вроде иудей? В чем его вина?

– Этот человек имел глупость не угодить самому наместнику, в этом-то и все его преступление.

– Тогда поделом этому паршивому псу, если он хочет пить, то пусть пьет воду из колодца, она холодная и прозрачная. Люди говорят, что она самая вкусная в городе.

Исаак подошел вплотную к Завулону, и отвел его подальше от стражи, на ходу приговаривая:

– Вот тебе колодец, пей, сколько влезет. Ведро и веревка на месте.

Когда разделяющее расстояние было достаточным, чтобы постороннее ухо не смогло бы уловить смысл сказанного, Завулон тихо прошептал:

– Помоги мне! Я хочу скрыться в колодце, надави незаметно на рычаг!

Исаак понял все. Оставив Завулона, он направился к старому платану, громко приговаривая на ходу:

– Для такого злодея даже воды жалко. Такие как он, только позорят нашу общину.

Подойдя к дереву, он незаметно для всех привел в действие секретный механизм.

Никто не обращал внимания на Завулона, потому что бежать ему было некуда. Векиль, отвлекаемый хозяином, сидел за достарханом и вкушал холодный щербет. Двое стражников, дорвавшись до дармового угощения, потеряли бдительность и упустили узника из поля зрения. Дождавшись подходящего момента, Завулон скинул вниз деревянное ведро с привязанной к нему длинной веревкой, и нажал на высеченную, на камне шестиконечную звезду. Вода стремительно стала уходить в бездну, обнажая таинственный туннель. Завулон оглянулся и посмотрел по сторонам. Никто не обращал на него внимания. Ухватившись связанными руками за веревку, он бросился вниз, стараясь приостановить стремительное падение, крепко приживая к телу канат внутренней частью бедер.

Первым на исчезновение пленника обратил внимание векиль. Он сердцем чувствовал подвох со стороны Завулона, и его худшие опасения оправдались. С громким воплем отчаяния, он бросился к колодцу, но внизу, к тому времени, лишь болталась пустая веревка. Выполняя приказ Абдурахмана, один из стражников полез вниз. Не успел он добраться до бокового туннеля, как мощный поток воды, резко пошел вверх, закружил его в водовороте и потянул на дно колодца. Через миг, вода приняла свой обычный уровень. Какое-то время все было спокойно, но затем, на поверхности пошли пузыри, и через пару минут всплыло тело утонувшего стража.

Векиль в ужасе схватился за голову. Черные мысли одна за другой, чередой пронеслись в голове:

– Что делать? Как теперь вернуться во дворец?

Мысленно, Абдурахман, был готов к тому, чтобы покинуть пределы Абескунской низменности и выйти, таким образом, из-под юрисдикции наместника, но с долгожданным золотом. А теперь, не имея последнего, приходилось бежать от гнева Фархада, без ничего, с пустыми руками.

Пока из воды вытаскивали тело, под душещипательные причитания старого Исаака, которые сводились к тому, что теперь, его заведение будет обязательно разорено, из-за того, что в самом чистом колодце города, утонули два человека, одного выловили, а труп другого, остался гнить на глубоком дне.

Векиль Абдурахман, стараясь быть как можно незамеченным, быстро покинул чайхану. На случай внезапного отъезда из Семендера, он заранее собрал вещи, и теперь, выйдя за городские ворота, он нещадно гнал лошадь, под палящим солнцем Абескунской низменности. Стараясь как можно быстрее покинуть пределы равнины, он держал свой путь в Ширван, где как он считал, его не настигнет гнев Фархад Абу-Салима.

Боярин Илья Просветов, шел вновь по бесконечно длинным коридорам Академии времени, которые извивались и петляли, превращаясь временами в большие просторные залы. Вокруг было все, как и прежде. Илье казалось, что время каким-то чудным образом застыло тут.

– Ничего удивительного, – думал он, – это только для меня прошло двенадцать лет, а здесь, в Академии, прошло всего-навсего каких-то несколько месяцев.

Вокруг, как и тогда, сновали люди все в тех же комбинезонах со вставками различных цветов, символизирующих принадлежность к определенным структурным подразделениям Академии. Некоторые здоровались за руку с его провожатыми, что-то тихо спрашивали у них и с живым интересом разглядывали Илью, словно какой-то музейный экспонат. В действительности, посмотреть было на что, и Илья это понимал. Своим необычайным видом, в образе русского боярина из средних веков, он казался здесь каким-то нелепым героем народных сказок, необычайным образом, перенесенным во времени.

Высокая соболья шапка, густая черная борода на волевом лице, грозный взгляд карих глаз, алый кафтан, подбитый горностаем, с золотыми пуговицами, затейливые узоры на котором были расшиты серебряными нитями и украшены самоцветными камнями. Довершали его наряд, желтые сафьяновые сапоги на высоких каблуках с прикрепленными золотыми шпорами, которые создавали впечатление нелепости такого образа в этом мире. Но больше всего на попадавшихся, на встречу людей производило впечатление грозное оружие Ильи. Пара старинных кремневых пистолетов, заткнутых за богато украшенный пояс, длинная слегка искривленная сабля в дорогих ножнах, болтавшаяся на левом боку, добавляли этому былинному герою атмосферу романтического очарования, такого, не хватающего в этом мире неонового света и пластика.

Илья намеренно не переоделся. Едва шагнув через временной портал и очутившись в Академии, за несколько тысячелетий от того временного момента, который покинул, он сразу направился к начальнику Патруля. Причиной этому послужили те скудные сведения, которые он получил от визитера из будущего, неожиданно явившегося в имение боярина Просветова. Тогда Илья сразу и не распознал в нем гостя из Академии, но маленький черный нательный крестик, служащий ключом для перехода во времени, который предъявил ему визитер, послужил весомым аргументом.

Боярин Просветов не хотел покидать Россию XVII века, для себя он давно уже все решил. Однако, судьба его друга, Алексея, была ему не безразлична. Именно это обстоятельство являлось главным козырем Академии Времени, которое могло повлиять на окончательное решение Ильи и внести корректировку в его дальнейшие планы. По данным, полученным от неожиданного визитера, боярин Просветов узнал, что его друг при выполнении очередного возложенного на него задания Патруля, попал в затруднительное положение и теперь, нуждался в его срочной помощи. Эта весточка из далекого будущего решила все. Боярин Просветов быстро уладил все свои дела при Дворе юного Государя Михаила Романова, и, стараясь быть как можно более незамеченным, удалился из столицы и вновь отправился в путешествие во времени. И теперь, быстро шагая в своем наряде по коридорам Академии, он спешил как можно быстрее попасть к начальнику Патруля.