Александр Маркьянов - Сожженные мосты

— А Фрезер-Стокс?

— Ему сейчас не помочь. Чем быстрее отработаем мы — тем быстрее нас отсюда заберут. Нас и Фрезера-Стокса. Давай!

Чуть подрагивающими руками принц начал устанавливать треногу — на склоне она упорно не желала вставать, и пришлось подкладывать камни. Аппарат ждал своего часа в рюкзаке — нечто среднее между видеокамерой и подзорной трубой.

— Готово!

Уорхол молча протянул ему гарнитуру связи.

— Кинжал, я Переменный, Кинжал, я Переменный, выйдите на связь!

— Переменный, я Кинжал, слышу вас хорошо. Докладывайте.

— Кинжал, я Переменный, вышли на точку зеро, наличие объекта подтверждаем. Горный объект, сильно укрепленный, с замаскированным входом. Сил ПВО не наблюдаю, повторяю — сил ПВО не наблюдаю. Дополнительная информация — Переменный-два подвергается атакам обезьян, ему срочно нужна помощь, как понял, прием.

— Переменный, вас понял! Направляю ударную группу, и группу эвакуации, на подходе обозначите себя по схеме два, как поняли?

— Понял, схема два, как там насчет поддержки?

— Поддержка будет после прохода ударной группы, после прохода ударной группы.

— Вас понял. РВП ударной группы?

— Шесть — семь минут.

— Вас понял, ждем. Конец связи.

МакКлюр положил руку на руку принца, который уже собирался включить систему лазерного прицеливания, отрицательно покачал головой.

— Сэр?

— Никогда не торопись включать это. Есть датчики облучения цели лазером, ты должен об этом знать. Включай в самую последнюю минуту, когда заслышишь бомбардировщики.

— В этих горах — датчики?

— Здесь есть русские. А значит — здесь может быть все что угодно.

Бомбардировщики были уже близко — горы очень сильно искажают звук, но сейчас они были на самом деле близко. МакДональд одну за другой пустил в сторону цели три ракеты — красную, желтую и опять красную, а принц включил систему лазерного наведения. Невидимый невооруженному глазу лазерный луч замер на двери в бункеры, на одном из фальшивых валунов.

Над головами, так низко, что шевельнулись волосы, оглушая свистом реактивных двигателей, пронеслись горбатые.[260] Опытные летчики, проведшие здесь не один год, перенимали скверные привычки пилотов Буканиров — «грызть землю». Тяги двигателей не хватало, чтобы уходить на большие высоты — поэтому приходилось поступать наоборот, летать низко и быстро, так чтобы зенитчик не поймал тебя в прицел.

Перед самой горой пилоты взяли вверх, обострившимся зрением принц увидел, как две огненные стрел сорвались с подвесок и устремились к земле. Миг — и там, куда был нацелен луч лазерного прицела, образовался невидимый за столбами дыма и пыли провал, вскрытый управляемыми ракетами.

Следующими были Буканиры — они заходили с юга, со стороны ущелья и виделись сначала черными точками, вырастающими на глазах. Они тоже что-то сбросили, а может быть, принцу просто показалось, что он видел момент сброса. Но как бы то ни было — в следующий момент их накрыла такая взрывная волна, что принц полетел на землю, стремясь схватить разрывающимися легкими хоть толику внезапно исчезнувшего воздуха — а сверху на него упал сбитый взрывной волной прибор наведения, едва не выбив из него сознание…

Он не знал, сколько прошло времени, может несколько секунд, а может и полжизни. Там, на том месте где была цель — а это не близко — поднималось большое, грибовидное облако, от одного вида которого становилось тошно.

Слева с земли, кашляя и хрипя как старик, начал подниматься МакКлюр, слева застонал Уорхол…

— Все целы?

— Сэр… — в кровь разбитыми губами проговорил принц.

— Ублюдки… Мак, ты цел?

У МакДональда было в кровь разбито лицо, падая, он приложился об камень.

— Кажется… я сломал нос…

— Сэр, там…

— Это вакуумная бомба. Могли бы предупредить, суки, там же безопасная зона имеется. О, ты там где…

О'Доннел отозвался откуда то снизу.

— Боже, сэр, я лишился всех мозгов.

— Ты и без них проживешь…

Такова была сила вакуумной бомбы — лучшего средства для уничтожения пещер и укреплений противника. В отличие от обычной бомбы эта сначала выпускала облако горючего газа, а потом поджигала его. Газ заползал во все укрытия, температура взрыва была такова, что выгорал воздух, и те, кто не погиб от взрывной волны погибал от разрыва легких, от тяжелой контузии внутренних органов.

— Мак, надо сваливать отсюда…

Заработала рация.

— Переменный, я Кинжал, выйдите на связь. Прошу оценку результатов удара, как поняли?

Принц перехватил гарнитуру у МакКлюра, в глазах мутилось.

— Кинжал, вы нас чуть не убили, долбанные козлы! — выдал он в трубку.

Рация на несколько мгновение замолчала.

— Переменный, я Кинжал, у вас там все окей?

— У нас все окей. Вытаскивайте нас отсюда ко всем чертям, вашу мать! Цель поражена, прямое попадание подтверждаю.

Немного пришедшие в себя САСовцы переглянулись — принц быстро становился не мальчиком, но мужем.

— Вас понял, поднимаю группу эвакуации. Контрольная точка один.

— Есть контрольная точка один, опознаемся по схеме.

Принц со злостью шваркнул по рации.

— Осторожнее, ваше Высочество. Поздравляем — от лица всех сказал Уорхол.

— С чем? С тем что нас чуть не размазали по камням:

— С тем, что теперь вы один из нас, сэр.

— Давайте убираться отсюда — решил МакКлюр — переберемся вон туда, повыше. Оттуда отсигналим.

Через двадцать минут их сняли с вершины два вертолета. Визуально оценивать, что осталось в пещерах не стали, чтобы не рисковать. У Фрезера-Стокса, прикрывавшего их высадку, двое оказались убитыми. Вечером, на поминках, принц напился до бесчувствия, вместе с остальными САСовцами несмотря на запрет фельдшера. Он стал «одним из них», солдатом армии Ее Величества, и не из худших.

Бардак…

Этим и только этим словом можно было описать то, что произошло после десятого сентября, после того проклятого дня, когда Североамериканские соединенные штаты изменились. Бесповоротно…

Лейтенант Мантино помнил этот день. Если в Нью-Йорке в этот день была идеальная погода — ни облачка, только синее, чистое небо — то в Вашингтоне тучи были. Но немного. С утра как всегда у детективов прошел брифинг, главное внимание на нем было уделено делу Кана — хитрого сукина сына, адвоката. Он подозревался в убийстве, убийстве из-за денежных разногласий с партнером — и это было очень сложно доказать, потому что адвокаты есть адвокаты. Пришлось прикрепить к группе детективов юрисконсульта из управления полиции, потому что каждый неверный шаг был чреват тем, что дело снимут с рассмотрения в суде из-за порочных доказательств или нарушения прав подозреваемого. Это было бы позором для всего полицейского управления — убийца ушел от ответственности из-за полицейских ошибок при расследовании.