Василий Панфилов - Улан. Трилогия

Оккупационные* – из песни слов не выкинешь, Россия в те годы и впрямь "держала" Польшу. Однако любителям покричать о "злобных русских" стоит вспомнить, что мера эта была скорее вынужденной. Особых преференций оккупация не принесла (скорее наоборот, вложений было заметно больше), но очень уж беспокойными соседями оказались ляхи и даже при наличии мирного договора какой-то магнат имел право (официально имел!) собрать свои войска и отправиться грабить соседей – в том числе и Россию. Могли перекрыть торговые пути, ограбить купцов… Да много чего могли и делали.

Неуклюжей национальной политикой** – это в описываемое время, когда в стране стояли русские войска, политика была "неуклюжей". Так – как минимум националистической, а скорее даже откровенно нацистской. Даже ПОСЛЕ Второй Мировой поляки устраивали погромы и выживали евреев из страны – и такое отношение к чужакам, было у всех слоёв населения – вплоть до уровня руководства страны. К другим нациям отношение было (и осталось) ещё хуже. К примеру, получив после ВМВ кусок земли (линия Одер-Нейсе), большая часть населения которой на протяжении десятков(!) поколений являлась немцами, поляки выгнали их. Сопровождалось это чудовищными жестокостями, насилием и массовыми убийствами – причём речь идёт о сотнях тысяч убитых – как минимум. Скорее всего – миллионы.

С началом фактического вторжения Грифича в Поморье, начался раздел Польши. Другие страны войска пока не вводили… Да собственно говоря, особой необходимости в этом и не было. Русская армия стояла уже не первое десятилетие, Пруссия давно уже получила свой кусок – и удержала лишь незначительную часть, Австрии достаточно было двинуть несколько полков, стоявших на границе… И всё – Польша оказалась поделена на части.

Неожиданно, но Павел не стал "откусывать" Польшу слишком уж сильно – лишь немногим больше границы России в РИ, насколько её помнил попаданец. Император вспомнил многочисленные разговоры с наставником на тему "чемодана без ручки" и не стал увлекаться захватом земель.

Иметь возможность захватить землю и не делать этого… Поступок вызвал много пересудов и мало кто понял его суть. В Россию возвращались земли, принадлежавшие ей исторически, которые можно было потихонечку "переварить". Ну а остальная Польша… Павел помнил постоянную "долбёжку" про разницу менталитетов и понимал, что проблем от такого приобретения было бы слишком много. Тем более, что "назависимую" Польшу продолжали контролировать русские войска…

Но и тут он поступил по уму – гарнизоны стояли не в городах, а в нескольких отдельных крепостях, в ключевых точках страны. Объяснение было предельно простым – самоволие магнатов.

Император оставил в Речи Посполитой колоссальную мину – магнатов. Старинные законы с "правом вето", когда единственный шляхтич мог заблокировать решение Сейма, остались нетронутыми – как и крепостное право…. На первый взгляд решение было не самым умным – шляхта могла продолжать пакостничать. Но только на первый, ведь благодаря гарантированным "взбрыкам" панов, никто не будет удивляться стоящим в стране русским гарнизонам или отдельным поправкам в законах, согласно которым Россия имеет определённые привилегии в якобы независимой стране.

Получалось, что Польша становилась этаким "предпольем" в случае военных действий – таким, которого не жалко, всё равно чужое… При этом экономические преференции у Империи были нешуточные. Ну и самое главное – России ничего не мешало "откусить" ещё кусочек Польши через какое-то время. Как только получится усвоить уже захваченную добычу…

И всё равно – мышление у людей было насквозь феодальным и финт с "независимой" Польшей не поняла даже умнейшая Мария-Терезия. До времён неоколониализма было ещё далеко и осознать, что косвенный контроль может быть вполне надёжным… Не понимали.

Восстания в Поморье случились достаточно удачно – сразу после сбора урожая. Понятно, что часть собранного банально сгорела, но незначительная, так что голода можно было не опасаться. Тем не менее, проблемы были…

— Документы на владения проверять, но пока осторожно, — устало сказал Грифич Юргену фон Бо и откинулся на спинку кресла, щуря воспалённые глаза. Даже с его железным здоровьем и достаточно приличными экстрасенсорными навыками, месяц почти без сна – это много… А что делать? Владения достались беспокойные: поляки, поморяне, немцы, евреи, полукровки всех мастей… Да все – со своими "тараканами", амбициями и взаимными претензиями. Национальный вопрос здесь стоял остро…

Добавить сюда полтора десятка христианских конфессий и нешуточные взаимные претензии между еврейскими общинами разных городов…

Решать проблемы нужно было вовремя – события пошли "вскачь" и некоторые вопросы требовали сиюминутного разрешения. К примеру – между иудеями, проживающими компактно и иудеями "светскими" были большие разногласия. Хрен бы с ними, но ведь финансовые потоки в их руках… Вот и приходится вертеться. Своё давнее решение о запрете иудеям проживать компактно Рюген отменять не собирается: проблем от традиционно религиозных местечковых на два порядка больше, чем от "светских", проживающих среди христиан и не слишком соблюдающих религиозные запреты. Да нужно ещё учитывать настроения христиан – в Польше евреев традиционно не любили,*  но раньше они были выгодны шляхте, которая могла с их помощью "выжимать соки", формально оставаясь "чистой". Теперь же права шляхты сильно урезались и иудеи-посредники оставались не у дел.

Но при этом не хотелось допустить погромов с убийствами, как не хотелось и обижать подданных-христиан. Вот и приходилось мотаться по всему Поморью и говорить, объяснять, уговаривать, грозить…

— Сир? — осторожно прервал раздумья главный разведчик/контрразведчик.

— Да, — встрепенулся Владимир, — документы на владения проверяй без спешки. Ну, как в Мекленбурге: чтобы понимали, что лояльность может компенсировать отсутствие бумаг.

— Да таких слишком много, сир, — с сомнением ответил Юрген, — они между собой постоянно воевали, так что документы горели.

— Ох, — вздохнул принц, — похоже, тебе тоже поспать надо… Начинай от самых вопиющих случаев: чтоб ни документов, ни лояльности. Ну постепенно и дожмём.

Павел "еврейский вопрос" решил со всей горячностью молодого человека – изгнал.**  Не сразу – сперва молодой император посетил завоёванные владения и изгнание было, так сказать "по результатам".

— Да что ж это такое, — потерянно жаловался он бывшему наставнику, планомерно накачиваясь вином, — ладно ещё жиды,***  сволота ещё та, но… Славяне для них чужие… Да собственно говоря – все остальные для них чужаки. Но шляхта! Как можно отдавать свои деревни и города на откуп,****  там же такие же люди живут, одной с ними крови!